Модерато

Есть только я, необусловленный, свободный
от качеств или личности.

Любая мысль обо «мне» — мгновенная
несвобода.

У несвободы нет длительности, кроме
настойчивости концепции «меня»,
то есть её видимая длительность совпадает
с такой концепцией.



Читать дальше

И: Что такое Милость Гуру? Как она ведет к Самореализации?
М: Гуру есть Атман. Иногда разочарованный в жизни, недовольный тем, что имеет, человек ищет удовлетворения своих желаний, молясь Богу. Его ум постепенно очищается до тех пор, пока начнет стремиться познать Бога в большей степени для получения Его Милости, чем для удовлетворения своих мирских желаний. Затем начинает проявляться милость Бога. Бог принимает форму Гуру, является преданному ученику, учит его Истине и, более того,, очищает его ум общением. Ум преданного обретает силу и становится способным обратиться вовнутрь. Посредством медитации он проходит дальнейшее очищение и остается спокойным, без малейшего волнения. Эта спокойная поверхность и есть Атман.
Гуру одновременно является и «внешним», и «внутренним». «Извне» он дает толчок уму обратиться вовнутрь, а «изнутри» подтягивает ум в сторону Атмана и помогает в успокоении ума. Это и есть Милость Гуру. Нет различия между Богом, Гуру и Атманом.

И: Члены Теософского Общества медитируют для поиска Учителей, которые бы руководили ими.
М: Учитель находится внутри вас, и медитация является средством удалить невежественную мысль, что он — только снаружи. Если бы он был ожидаемым вами незнакомцем, то исчезал бы со временем. В чем польза от преходящего существования, подобного этому? Но пока вы думаете об отделенности или о том, что вы есть тело, Учитель «снаружи» также необходим, и он является в телесной форме. Когда же ошибочное отождествление себя с телом исчезнет, то Учитель обнаружится как Атман и ничто иное.



Читать дальше

Я прожил в Раманашраме примерно года полтора. Это случилось в конце 1948-го. Я остановился у Артура Осборна, в его доме. В те дни, когда приезжали иностранцы, им приходилось уживаться с Артуром Осборном, причем в большинстве случаев селили к нему без его ведома.

И вот как-то вечером примерно часа в четыре Шри Рамана пришел в этот небольшой домик и принес мне манго. И он сел на табуретку в углу комнаты. Я сел на кровать. Мы посмотрели друг на друга и мы улыбнулись. Он подарил мне одну из своих прекрасных присущих лишь ему белозубых улыбок. И я знал, что нам надо молчать, нам не надо ничего говорить, потому что говорить не о чем. Но неожиданно он задал мне вопрос. И я спросил его: «Рамана, что более важно, быть в присутствии Мудреца или практиковать самостоятельно атма-вичару, самоисследование?» Ответ я уже знал, но было чувство, что правильно будет задать ему этот вопрос.



Читать дальше

Саваки-роси:
Есть несколько стихов из пьесы: «Что я собираюсь сделать? Что я сделаю? О! Что же я сделаю?» Для меня нет никакой необходимости спрашивать: «Что я собираюсь сделать?» – потому что я вижу, что это не имеет значения.

Утияма-роси:
Этот мир – такое место, где каждый извивается подобно личинке комара в болоте, говоря: «Что я собираюсь сделать? Что я сделаю? О! Что же я сделаю?» Корень этого танца – карма. Одним словом, карма – это любое действие, которое мы совершаем, чтобы удовлетворить свои желания. Мы действуем как хотим в соответствии со своими желаниями; и только тогда, когда дела складываются именно так, как нам хочется, мы ухмыляемся. Всякий же раз, когда дела складываются не так, как нам хочется, мы прыгаем и восклицаем: «О! Что я сделаю?»

Но фактически удача и неудача, счастье и несчастье, правильное и неправильное, хорошее и дурное в этом мире не таковы, какими вы судите о них в соответствии со своими желаниями. Эти желания – не то, что вы слышите от других, не то, о чём вы думаете. Если вы действительно увидите этот факт, вы не сможете не потерять доверие к собственным мелким мыслям и мнениям. И, потеряв доверие к своим мелким мыслям и мнениям, вы в конце концов перестанете задавать вопрос о том, «что я сделаю?» – и придёте к пониманию того, что установка «не имеет значения» правильна. В такое время источником страдания оказывается ум, который задаёт вопрос: «Что я сделаю?»; но когда вы поняли, что установка «не имеет значения» правильна, этот ум странным образом совершенно исчезает. Страдание – это крушение желания; поэтому всякий раз, когда мы действуем в соответствии с желанием, перед нами, подобно облаку, появляются мука и страдание.

Саваки-роси:
Хотя Амитабха всегда говорит нам: «Всё хорошо! Не тревожьтесь! Никто из людей не потеряет свой путь; не раздражайтесь!» – всё же человечество всегда кричит: «О! Нет! Это нехорошо!»

Удача и неудача, богатство и бедность, хорошее и дурное в этом мире – люди поднимают из-за этого такой шум. Мир по ту сторону различения – это хисирё, это освобождение от человеческой мысли.

Ученик: Если мысли нереальны и обладают природой пустоты, на что же тогда нам полагаться?

Римпоче: Это абсолютно правильно – не доверяться или не полагаться на что-либо обусловленное, ведь всё это в высшей степени ненадёжно.Если ни на что не полагаться и ничему не доверять, то откуда-то изнутри возникает определённая уверенность. Такая уверенность в себе является естественным свойством или природным качеством пустоты. Фактически в заблуждающемся переживании всё шатко и ненадёжно, поэтому всё чему бы вы не доверились, на что бы ни положились, в конечном счёте, вас подведёт и разочарует. Это становится очень утомительным и изнуряющим процессом. Со временем, обнаружив однажды ложность всех переживаний, возникающих из заблуждения, мы устаём гоняться за тем, на что можно было положиться. В конце концов, мы убеждаемся, что правильнее всего – вообще ни на что полагаться.Мы ведь можем просто быть свободными.

Читать дальше

Дисциплина идет рука об руку с преданностью, оба эти понятия важны друг для друга. Можно было бы сказать, что дисциплина и преданность подобны двум крыльям птицы. Без них нет возможности вступить в близость с духовным другом, учителем или воином. Без духовного друга нет пути к пониманию учения. Без учения нет пути к развитию глубинного разума. Без глубинного разума нет странствия, нет движения, нет творческой энергии.

Одна из проблем духовных исканий заключается в том, что мы склонны думать, будто способны обойтись без помощи, без связи с какой либо определенной линией, занимаясь только интенсивным чтением и самостоятельной практикой. Однако без учителя, которому мы сдаемся, без объекта преданности мы не сможем освободиться от духовного материализма.



Читать дальше

Человеческие существа—единственные во всей этой видимости, обладающие «я»-сознанием. «Я»-сознание присуще только людям. Это — сон. Бытие возникает и ему снится, что оно отдельно от самого себя, и затем оно очень долго повсюду ищет то, что находится повсюду.

Итак, бытие — это все, что есть, «я»-сознание — это то, что возникает, и обнаружение того, что есть лишь бытие, не имеет никакого отношения к ищущему. Поэтому все это — то, о чем мы здесь говорим — не имеет никакого отношения к вам или ко мне. Это не так, будто у меня есть что-то, чего нет у вас. Бытие невозможно познать.



Читать дальше

Ты размышляешь о своих действиях и взвешиваешь, насколько они были правильными или неправильными. Возможно, Ты думаешь, что в следующий раз все сумеешь сделать правильно. Или избежать неправильного. Для этого Тебе сначала нужно оценить уже произошедшее. Поэтому Ты всегда — сам Себе судья. Постоянно судишься с самим Собой. Безумец!

Это «Страшный Суд». Он всегда здесь.

Вечный судья, судящий самого Себя. Судья, который вечно сомневается в том, что Он сделал. Он постоянно спрашивает Себя, в чем смысл всего того, что здесь происходит.

И если Ты страдаешь от этого — так что же? И если ощущаешь Себя виноватым — так что же? Ты виноват. Кроме Тебя, больше некому было заваривать всю эту кашу. Ты единственный виновный. Совершенно невинным образом, конечно. Ни Бог, ни родители, ни сосед, ни обстоятельства, на которые можно было бы спихнуть вину за то, что Ты есть то, что есть и как есть. Потому что Ты — Первооснова всего Бытия. Большей вины не бывает.

Это покой безвыходности.

Ты крайне страдаешь оттого, что не можешь принять этого. Но не оттого, что виновен. Ты виновен по-любому. Даже в том, что не принимаешь того, что страдаешь из-за этого.

Значит, Ты — бедный страдалец. Жалеющий «себя». К сожалению, страдающий — это всегда «кто-то», а этот «кто-то» абсолютно неуместен.
И это — абсолютная невиновность. Абсолютная невинность. Совершенная девственность Твоей природы.
Ее Тебе никто не может дать. И никто не может отнять ее у Тебя. Ты являешься ею.

Обстоятельства никогда не сделаются столь совершенными, чтобы наступил покой. Слава Богу! Только представь Себе, что покой можно было бы сотворить. Тогда Ты впал бы в зависимость от спокойных условий. Что это за покой, которому требуются спокойные условия?!

Первая аксиома учения заключается в том, чтобы принять существующую реальность во всей её полноте. Во вселенной нет ничего «другого»; есть только вы. Что ещё нужно вам увидеть? Что ещё нужно вам услышать? Всё есть порождение властителя вашего сознания, доводящего до совершенства непреложное знание. То, чего вам недостаёт, так это индивидуального приятия понимания. Это называется «открыть врата надлежащего метода», чтобы полностью довериться потоку подлинной вечности, пронзающего все времена и эпохи. Нет ничего, что не было бы им, и ничего, что было бы им.
В основе этого правила лежит самообладание, и только. Почему? Нужно лишь использовать слова для уничтожения слов, использовать принцип для изгнания принципа, учить людей равновесию и постоянству в сущности и проявлении ради их блага. Если говорить языком учения, то это по-прежнему понимание того, что приходит в первую очередь, а не того, что приходит после. Это называется «всеобщей простотой», опытом частичного понимания тела реальности.
Если слова не выходят за пределы образов, вы умираете, как только утверждаете что-либо, не обретая при этом никакой свободы. Если вам известен опыт, выходящий за пределы образов, демоны сознания не собьют вас с пути; они будут пребывать в вашей власти, и вы сможете без усилий преображать их. Ваши слова созвучны великому Дао, при этом они лишены привязанности к спокойствию. Вот что называется первой аксиомой дзэнского учения.

Вторая аксиома — это возвращение к причинности и исполнение следствия без какого бы то ни было привязывания к принципу «постоянного тождества». Это называется «возвращаться от обыденного к потенциальному», «свободно даровать и отнимать жизнь», «вознаграждать и забирать без помех», «возрождаться в жизни и вступать в царство смерти», «приносить благо всем живым существам». Состояние это, выходящее за пределы материальных желаний и устремлений и эмоциональных взглядов, называется «природой Будды», мгновенно покидающей весь этот мир. Это называется «мгновенным пониманием двух принципов», «равным прояснением двух истин». Незатрагиваемое двойственными взглядами, проявляется непостижимое действие. Вот что называется «второй аксиомой учения».

Третья аксиома — знать, что существует изначальный исток природы и свойств великого знания, и проникаться его неограниченным видением, понимать как положительное, так и отрицательное, схватывать всю вселенную. Непостижимое действие единой и подлинной сущностной природы, откликающейся на движение, лишённое всякой обусловленности, становится очевидным. Действовать совершенно без усилий, вмещать в себя всю жизнь, не стремясь при этом ни к чему, — вот что называется в практике «методом сосредоточения сострадания». Такова третья аксиома учения.