Перед нами рассказ об одном из тех мистических озарений, когда конечный мир разрывается как пелена Майи и человек вступает в великую гармонию всех вещей, испытывая чувство сопричастности всему, что существует. Мистический потенциал приведенного фрагмента актуализирует несколькими десятилетиями позже Роберт Музиль в последней завершенной главе романа «Человек без свойств». Глава называется «Дыхание летнего дня»: Ульрих и Агата, лежа рядом друг с другом под деревьями цветущего сада, замирают в предчувствии «Тысячелетнего Царства»; им кажется, что стоит отрешиться от всех желаний и знаний, закрыть глаза, и они почувствуют, «как соприкоснутся наконец внешний и внутренний миры, словно выпал клин, который разделял мироздание» [Музиль 1994, 492-493].
братишка, я тебе вовсе не судья:)
с этой штукой, на которой ты присел я знаком (ее здесь все за версту чуют и проходили на опыте) — в Формации абсолютом в относительности зовется, гордыней в простонародии. Мечом знания размахиваешь, ферштейн?
— не, мы тута все проснулися!))
и… ооо, он много чего может
с этой штукой, на которой ты присел я знаком (ее здесь все за версту чуют и проходили на опыте) — в Формации абсолютом в относительности зовется, гордыней в простонародии. Мечом знания размахиваешь, ферштейн?
просто оглянись, каково непрятие, силища!:)))
Виват Сант Мату:)