27 сентября 2014, 02:20

Говорят, он жил здесь.....

Говорят, он жил здесь, вблизи, где-то вниз по улице,
Вечерами выгуливал в парке свою тоску,
И считал, что глаза людей так легко рифмуются
С белоснежным небом, приставленным дулом к виску.
Он заваривал чай из звезд и ругал повседневщину,
Рисовал в траве портрет из своих следов,
Говорят, он любил горожанку, простую женщину,
И вписал ее в вечность посредством обычных слов.
Говорят, он отрезал боль и отнес на мусорку,
И вся жизнь была, как бег, как пожар, цейтнот.
Говорят, что он слышал мир, как мы слышим музыку,
Говорят, он видел в людях систему нот.
Говорят, что его душа оставалась голая,
Но плясала так, что скрипели сухие лбы.
Говорят, он писал стихи на ладони города,
На асфальте дней, под ногами людской толпы.
А потом исчез. И остались лишь эти россказни,
Этот пропуск дат, эти сказки на новый лад.
Говорят, его видели где-то в начале осени,
Говорят, он смеялся, когда уходил «назад».
Аль Квотион

2 комментария

DASHKA
прямо до слез…
DASHKA
Ты ненавидишь себя

А ты ненавидишь себя,
Замученный скудостью быта,
Всю жизнь свою вскользь, второпях,
Всю жизнь свою — полуубито,
Пытаясь найти кислород
Для вечно голодного сердца.
Но каждый твой день — эшафот,
Под ритмы беднеющих терций.
Тебе остается ланцет,
Срезать им свой выдох пробитый,
И жажду проснуться, прозреть
Глушить неразбавленным спиртом.
Тебе остается кровать,
Где можно по заданной смете
До зла равнодушно ласкать
И трахаться только при свете.
Озноб проползет по вискам,
Судьба заиграется в счеты,
Сбежать бы построчно к чертям,
Но завтра опять на работу.
Задачи, усталость, режим,
Любовь — как случайные шашни,
И некогда, некогда жить,
И сдохнуть — по-прежнему страшно.
Ты мог бы еще изменить,
Хоть что-то. Сорвать занавески,
Сорваться от слов и обид,
Сшить счастье из жалких обрезков,
Бунтуя, страдая, грубя,
Разбить вековую зеркальность.
Но ты ненавидишь себя,
И это до боли…
Банально.

Аль Квотион