На землю выпал снег,
Его никто не ждал,
И выпав, он растаял, на глазах,
И как обман, в неискренних словах,
На сердце, каплей грусти стал.

Описание одной интересной игры, описанной в книге Эрика Берна «Люди которые
играют в игры».

«Крестьянка»

*Тезис*. Прототипом для анализа этой игры послужил случай с
крестьянкой, страдающей артритом. Ее осматривает профессор и находит случай
столь интересным, что показывает больную студентам-медикам. Он не только
дает характеристику ее болезни, симптомов и диагноза, но и рассказывает,
как ее нужно лечить. Вся эта процедура наполняет женщину благоговейным
трепетом. Затем профессор вручает ей рецепт, еще раз подробно объясняет,
как нужно лечиться, и женщина отправляется домой. Она в совершеннейшем
восхищении от его учености и говорит ему: «Ах, профессор, вы просто
великолепны!» Однако же она так никогда и не воспользуется рецептом. Во-
первых, в ее деревне нет аптеки; во-вторых, даже если бы она и была,
крестьянка никогда не выпустила бы из рук рецепт — такую «святыню». Что
касается остального лечения, то у нее нет никаких возможностей проводить
его: ни придерживаться определенной диеты, ни принимать водные процедуры и
т.д. Она просто живет, как и жила, так же искалеченная артритом, но
счастливая оттого, что может всем рассказывать, какое замечательное лечение
назначил ей великий профессор. Она каждый вечер с благодарностью упоминает
его в своих молитвах.
Много лет спустя профессору случилось проезжать через эту деревню по
пути к богатому и капризному пациенту. Он узнал крестьянку, которая
кинулась целовать ему руку, напоминая о замечательном лечении, назначенном
ей много лет назад. Он благосклонно принял ее поклонение и был особенно рад
услышать, как помогло ей его лечение. Он был так польщен, что даже не
заметил нисколько не уменьшившуюся хромоту женщины.
В социальной ситуации игра «Крестьянка» может приобрести как
искреннюю, так и лицемерную форму. Обе они имеют своим девизом: «Ах, вы
просто
Читать дальше →

Молчаливый созерцатель заброшенных водоемов,
На невнятном наречии пел свою песню,
Его плот, из обветренных временем бревен,
Устремился к началу по утренней глади,
В илистых заводях грустные ивы,
Склонили свои благородные лица,
Их слезы, как дождь, после радужной ночи,
Стремились вернуть улетевшее счастье.
Здесь не было света, здесь тишь и унынье,
В молчании ветер скрипел меж деревьев,
Шуршащие губы глухие заклятья
Шептали без признака жизни в глазницах.
От вдумчивых истин садилося солнце,
В далеких горах остужая желанье,
От признаков смерти оно перестало
Сиянием ласковым радовать глаз.

Зачем-то расцвел Иван-чай,
А дождь вокруг!
Прощаясь со мной «бывай!»
Мне скажет друг,
Ничего не поделаешь-круг,
Хороший был человек,
И первым приходит испуг-
А вдруг, навек?
А позже приходит страх,
Но время несется вперед,
На чей-то могильный прах
немая слеза упадет.

1 и 2 книги Джеда МакКены.Супер-книга для исследования гипноза «я»
vk.com/doc195820191_245173707?hash=6adea00746fd7f24e7&dl=90dbe536f3e7048bba
vk.com/doc195820191_245173684?hash=75d365ca9f08442290&dl=d1216a0fb49f29cd34

«Человек, который не понимает, о чём вы ему говорите, считает тупым не себя, а вас.»
Карл Ренц.

Часть 1
Жили-были два номинально-персональных субъекта: ёжик На и ужик Ну. Жили они не тужили в своей уютной норке посреди дремучего леса. И всех радостей жизни у них было в достатке: орешки кедровые, грибочки сушёные, бочонки меду и озеро в пяти шагах ходу. Но всё же больше всего на свете друзья любили сладости, коих в лесу днём с огнём не сыскать. Торты, печенья, пирожные доставляли им особое наслаждение, что они впрочем, старались осознавать по мере возможности. Но сладости всегда как-то быстро заканчивались, и тогда друзья снаряжались в поход до ближайшего магазинчика, который находился совсем не близко в большом городе.
Жили они так поживали, как однажды случилась студёно-престудёная номинально-объективная зима. Все дороги запорошило снегом, ветки деревьев трещали от мороза и даже привычные к холоду вороны прятались в гнездах.
Как-то раз ранним утром Ну выскочил из тёплой постельки и побежал вприпрыжку к буфету. «Сегодня», подумал он, «пол совсем ледяной». Он пошарил в буфете, но ничего не нашёл. «Странно, вчера был большой кусо…» – мысль повисла в воздухе и чешуйки на его спине странно зашевелились. Большая черная крыса, глядя на него чёрными блаженными глазами, доедала последний кусочек яблочного пудинга. Громко чавкая, она провалилась в тёмную дыру в задней стенке буфета, и Ну от неожиданности долго и тупо смотрел на буфет, пока совсем не замерз.Он чуть было не расплакался, как вдруг вспомнил, что как раз сегодня они с На собирались в город за сладостями, и даже приготовили с вечера пустые корзинки. Весело напевая, он подбежал к двери, чтобы посмотреть, какая сегодня погода. Как всегда с разбегу он толкнул дверь, но она почему-то не распахнулась, как обычно, а лишь слегка приоткрылась. Из маленькой щелки пахнуло морозным воздухом, и у Ну сразу покраснел нос, и чешуйки покрылись инеем. «Ого. Вот снегу-то намело!» – он вздрогнул, поплотнее закрыл дверь, и полез на печку, где ещё сладко посапывал На.
– Вставай, соня! У нас нет ни крошки в буфете!
Читать дальше →

«Вокруг Дали все правда, кроме меня самого» Дали

1. Оральная система биовыживания (контур), в значительной мере определяемая импринтами раннего младенчества, отвечает за поиск Безопасного Места и избегание Опасного или Враждебного.

Когда кто-то наводит на вас пистолет, какое бы «я» в вас до этого момента ни доминировало, система биовыживания сразу же «захватывает» ваш мозг. Побежите ли вы, упадете в обморок или повергнете противника наземь ударом каратэ — впоследствии вы не сможете вспомнить момент принятия решения. «Я просто сделал это», — скажете вы потом, потому что древние, восходящие к рептилиям нейронные цепи этой системы действуют как безусловные рефлексы.

Происходящее на этом этапе импринтирование и кондиционирование определяют следующие наши черты:
— БЕСПОКОЙСТВО ИЛИ УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ
— УКОРЕНЕННОСТЬ ИЛИ СТРАСТЬ К ИССЛЕДОВАНИЯМ
— ЗАВИСИМОСТЬ ИЛИ НЕЗАВИСИМОСТЬ

2. Анальная территориальная система (контур), в значительной мере определяемая импринтами, возникшими на этапе, когда ребенок учится ходить, отвечает за захват территории и поддержание некоторого определенного статуса в стае млекопитающих, человеческой семье и сообществе. Даже низкий статус, будучи однажды импринтирован, будет автоматически функционировать и казаться «нормальным». Так, например, человек с импринтом «Неудачник» в этой системе будет ощущать крайнее неудобство, беспокойство и злость, если обстоятельства внезапно сделают его «Хозяином Положения», — столь же автоматически, как человек с импринтом «Хозяин Положения» будет ощущать неудобство, беспокойство и злость, оказавшись в положении «Неудачника».

Происходящее на этом этапе импринтирование и кондиционирование определяют следующие наши черты:
— ДОМИНИРОВАНИЕ ИЛИ ПОДЧИНЕНИЕ
— УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ ИЛИ СОМНЕНИЯ В СЕБЕ
— СИЛЬНОЕ ЭГО ИЛИ СЛАБОЕ ЭГО
— ВЫСОКИЙ СТАТУС В СТАЕ ИЛИ НИЗКИЙ СТАТУС В СТАЕ
— ОТДАЧА ПРИКАЗОВ ИЛИ СЛЕДОВАНИЕ ПРИКАЗАМ
— «МОРАЛЬ ГОСПОД» ИЛИ «МОРАЛЬ РАБОВ»

3. Семантическая времясвязывающая система (контур), импринтируемая на этапе, когда язык и другие
Читать дальше →