В каждом мгновении, которое происходит прямо сейчас, уже все ЕСТЬ!
В отношениях с близкими нам людьми и не очень. В окружающих нас предметах и приходящих мыслях которые нам приятны и не очень!))) Во всем этом уже СЛУЧАЕТСЯ ЖИЗНЬ!
И это все ОДУХОТВОРЕНО! Но так как случилось небольшое помутнение, мы начинаем искать эту ОДУХОТВОРЕННОСТЬ в придуманной «духовности», и тогда перестаем замечать столь привычные и банальные вещи, которые наше мышление списало как «не значительные».
Так появился АД по среди РАЯ!
Но есть ХОРОШАЯ НОВОСТЬ!)))) АД ПРИДУМАН!))))
Обнимаю ВАС МОИ ДОРОГИЕ!)))) И не стану желать вам МИЛОСТИ!))))
ОНА УЖЕ ЗДЕСЬ!!!)))
Нам всем нужно, чтобы на нас кто-то смотрел. Нас можно было бы разделить на четыре категории согласно тому, под какого рода взглядом мы хотим жить.
Первая категория мечтает о взгляде бесконечного множества анонимных глаз, иными словами — о взгляде публики. Это случай немецкого певца, американской актрисы, а также редактора с большой бородой. Он привык к своим читателям, и когда однажды русские закрыли его еженедельник, у него возникло ощущение, будто он очутился во стократно разреженном воздухе. Никто не мог заменить ему взгляд незнакомых глаз. Ему казалось, он задохнется. Но в один прекрасный день он понял, что на каждом шагу его преследует полиция, что прослушивают его телефонные разговоры и даже тайно фотографируют на улице. Анонимные глаза вдруг стали повсюду сопровождать его, и он снова мог дышать! Он был счастлив! Он театрально обращал свои речи к микрофонам в стене. В полиции он обрел утраченную публику.
Вторую категорию составляют те, кому жизненно необходимы взгляды многих знакомых глаз. Это неутомимые устроители коктейлей и ужинов. Они счастливее людей первой категории, ибо те, когда теряют публику, испытывают ощущение, будто в зале их жизни погасли лампы. Почти с каждым из них такое случается раньше или позже. Люди второй категории, напротив, уж каким-никаким нужным
взглядом сумеют разжиться всегда.
Затем существует третья категория: это те, кому нужно быть на глазах любимого человека. Их положение столь же небезопасно, как и положение людей первой категории. Однажды глаза любимого человека закроются, и в зале наступит тьма.
И есть еще четвертая, редчайшая, категория: эти живут под воображаемым взглядом отсутствующих людей. Это
Читать дальше →
Есть такое место Ипподром,
Там лошади бегают по кругу,
Так происходит часто и в жизни, Все понятно, есть указатели,
Есть понимание, есть Учение,
А БЕГ по Кругу происходит.
ИЛИ еще говорят, а ВОЗ И НЫНЕ ТАМ.
А есть ли желание вообще вырваться из круга,
Или сдвинуть ВОЗ,
Каждый Сам знает, о Себе,и за СЕБЯ,
От себя ведь не скроешь, от других можно,
А вот от СЕБЯ НЕТ,
Все о чем ДУМАЕТСЯ-МЫСЛИТСЯ,
Куда же от этого денешься,
Что намыслишь, так и ЖИТЬ Будешь.
Для других можно написать КРАСИВО,
А жить при ЭТОМ КРИВО.
Выбора говоришь нет.
Ну как решишь, так и будет,
Фишка в том, ЧТО полюбомуТЕБЕ,
Выбирать; бегать по кругу,
Или выйти из НЕГО,
А ты говоришь, НЕТ ВЫБОРА,
Нет, так НЕТ.
Мое какое дело.
У ТЕБЯ СВОЕ ведь… ДЕЛО.
16 ноября в субботу
Состоится беседа (Адвайта) c чаепитием.
Беседа протекает с персонажем Иштатва (Ishtatva)
Начало в 16:00 — 23:00
Вход бесплатно
Адрес:
Химки, Проспект Мельникова 2/1, кв.232, 6-й подъезд, 4-й этаж, код.232
(от метро «Речной вокзал» маршрутка 986)
(от метро «Планерная» маршрутка 946)
(от Ленинградского вокзала до ж.д. станции «Химки» далее маршрутка 3, 19)
Поразил сегодня топик Инары
Кто бы это не написал, но это очень здорово! Поэтому спешу поделиться находками из этого творчества:
Есть вопросы,
На которые не ответишь «да».
«Ты спишь?» — «Я сплю», — Вот и нет.
«Ты откуда?» — «Я русский». — Вот и нет. Потому что мысль изреченная есть ложь.
Пореже бы нас тревожили расспросами.
Кто старается быть самим собой
(«Я — это я») —
Тот, наверное, не стоит старания.
В старый дом зашел разговор —
На огонек, ненароком,
Потому что на улице шел дождь.
В старом доме за столом под лампой
Сидели унылые гости,
А вокруг лампы кружились мухи.
Разговор присел за столом,
Пристроился к чашечке чая
И начал работать.
Один убеждал,
Другой возражал,
Третья шутила,
А четвертая мотала на ус. Разговора никто не заметил —
Такая у него работа.
А когда кончился дождь,
Он допил свой чай и ушел
К друзьям, гулявшим по улице
Ветерком.
ЖЕНСКИЕ СЛЕЗЫ
Когда его осудили,
В городе было весело,
Потому что народ справлял Пасху,
Вспоминал Исход,
И даже римские солдаты
Заходили в дома,
Чтоб задаром попить изюмного вина.
А она шла мимо и плакала.
В дешевом кабаке
Кутил со старыми товарищами Варавва,
Освобожденный по амнистии,
Поминал Иисуса добрым словом,
Пожимал плечами:
«Блаженный!»
А она шла мимо и плакала.
Центурион Лонгин ругался,
Что его поставили на самый скверный пост
Сторожить казненных
И, раздосадованный,
Ткнул одного из них копьем.
А она подошла к горе и плакала.
Рыдала Богородица,
Убивалась Магдалина,
Петр закусил руку,
А опечаленный Иоанн
Оглянулся на нее и подумал:
«Кто эта женщина,
Плачущая об учителе горше матери?»
А она плакала не о Христе,
Ей просто вспомнилось старое,
И она подумала почему-то:
«А вдруг это он и есть?»
Она не ошиблась,
Но какое это имело значение —
Ведь она просто женщина,
Даже без имени,
Просто Аллилуева жена,
А что сейчас женские слезы? И она даже не войдет в Евангелие.
Мысль она пришла, тогда когда в ней была необходимость,
Мысль ушла тогда, когда в ней уже не было НЕОБХОДИМОСТИ и Надобности
Ну вообще, пока нечего более сказать.
Всем удачи.Покоя и Тишины.