12 мая 2015, 13:09
Для самых смелых - 2
Когда я писал тот первый пост, направление было верное, но подход – слишком жесткий. Я вообще склонен иногда упираться рогом там, где не надо. Я был убежден, что следует жестко обрывать цепляние к мысли и незамедлительно вслед за этим как бы проваливаться в то, что открывается сразу же после такого отсекания-отказа, а потом стараться оставаться в этом пространстве-парении как можно дольше. Типа там медом помазано.
Теперь я все это увидел под несколько иным углом. Все войны и все перемирия с умом возникают оттого, что есть вера в реальность содержания мысли. Это как если ты смотришь телевизор, видишь там какую-нибудь политическую дрянь, и все твое существо вопиет: брехня! Как будто по другому каналу идет какая-нибудь «не-брехня».
Теперь я чувствую, как ослабевает во мне вера в реальность содержания любой, абсолютно любой мысли. Любая «брехня» и любая «правда» в этом смысле одинаково иррелевантны. Исчезает сама по себе притягательность мыслей, поскольку ясно видишь, что они сообщают нечто, что держалось исключительно на вере.
И тогда никакого «отсекания», в принципе, не нужно. Внимание просто не держится на мысли, оно само мягко соскальзывает с нее, поскольку там реально нечем поживиться. Не нужно ни принимать, ни отталкивать, ни игнорировать. Это как если видишь по телевизору драку и у тебя как бы больше нет желания вмешаться. Совершенно нет необходимости отвергать мысли вкупе с их содержанием, избегать или блокировать. Вместо этого появляется нечто, что очень трудно описать. Я называю это для себя: утрата веры в реальность мыслей. А то, во что больше не веришь, уже не вызывает такого жгучего интереса, как прежде.
Притом, пространство «междомыслия» открывается как нечто, от мысли практически неотличимое. Там тоже нет никакой необходимости зависать – разве что уверовав в то, что это пространство имеет некую сверхъестественную ценность. Его ценность, однако, не более, чем ценность пыли, покрывающей телеэкран.
Все дело в вере. Только она одна делает
Читать дальше →
Теперь я все это увидел под несколько иным углом. Все войны и все перемирия с умом возникают оттого, что есть вера в реальность содержания мысли. Это как если ты смотришь телевизор, видишь там какую-нибудь политическую дрянь, и все твое существо вопиет: брехня! Как будто по другому каналу идет какая-нибудь «не-брехня».
Теперь я чувствую, как ослабевает во мне вера в реальность содержания любой, абсолютно любой мысли. Любая «брехня» и любая «правда» в этом смысле одинаково иррелевантны. Исчезает сама по себе притягательность мыслей, поскольку ясно видишь, что они сообщают нечто, что держалось исключительно на вере.
И тогда никакого «отсекания», в принципе, не нужно. Внимание просто не держится на мысли, оно само мягко соскальзывает с нее, поскольку там реально нечем поживиться. Не нужно ни принимать, ни отталкивать, ни игнорировать. Это как если видишь по телевизору драку и у тебя как бы больше нет желания вмешаться. Совершенно нет необходимости отвергать мысли вкупе с их содержанием, избегать или блокировать. Вместо этого появляется нечто, что очень трудно описать. Я называю это для себя: утрата веры в реальность мыслей. А то, во что больше не веришь, уже не вызывает такого жгучего интереса, как прежде.
Притом, пространство «междомыслия» открывается как нечто, от мысли практически неотличимое. Там тоже нет никакой необходимости зависать – разве что уверовав в то, что это пространство имеет некую сверхъестественную ценность. Его ценность, однако, не более, чем ценность пыли, покрывающей телеэкран.
Все дело в вере. Только она одна делает
Читать дальше →