Если бы вера в авторство приносила только негативные переживания, то человек расставался бы с этой верой при возникновении первого указателя. Но именно из-за того, что эта вера приносит, наряду с негативными переживаниями чувства вины и недостаточности, такие переживания как чувство гордости и величия, человек не очень торопится с ним расставаться.))))
И именно ради того, что бы почувствовать себя великим, гордым, обладающим, мы готовы терпеть муки недостаточности и чувства вины сколь угодно продолжительное время. Ведь нас с детства обуславливают, что за черной полосой неминуемо придет белая. Вот мы и надеемся на лучшее, в тайне предвкушая приятные переживания авторства.

Умереть на поле боя, сражаясь с превосходящим числом противников. Чувствовать в руках рукоять верного меча. С отточенным мастерством разить им направо и налево, неся разрушения и смерть. Не видеть вокруг ничего, кроме врагов. До конца быть преданным своему сюзерену и боевым товарищам. Вот пример достойной смерти для воина. Но бывает и по-другому…
Молодому самураю Хитори не довелось испытать вкус настоящего сражения. На тренировках он множество раз побеждал условного противника. Его хвалили. И даже после окончания школы самураев, за усердие и стремление служить, его взял к себе в личную охрану знатный дайме Мацумото. Ему казалось, что он не боится собственной смерти и тем более не пощадит врагов.
Когда он нес вахту на северной башне замка, раздалась команда: «Хитори, тебя требует господин». И молодой воин стрелой полетел к своему повелителю, тот ждать не любил.
– Ты звал меня, господин? – спросил с готовностью Хитори.
– Хитори, ты должен отвезти это письмо моему союзнику – Тсуруге. Докажи свою преданность мне. Если это письмо попадет в руки наших врагов (лицо Мацумото исказилось гримасой отвращения и гнева, а рука инстинктивно сжала рукоять катаны), ты знаешь, какое наказание тебя ждет.
Выйдя из приемного зала и сжимая в руке письмо, Хитори с решительностью поспешил на первое серьезное задание. Он не заметил, что тень за его спиной как бы раздвоилась: одна часть продолжала двигаться за молодым воином, а вторая метнулась в другую сторону и исчезла в коридорах замка.
До владений дайме Тсуруга было два дня пути и Хитори вынужден был остановиться на постоялом дворе. Оставив лошадь в конюшне, договорившись с хозяином об ужине и комнате, он даже пожалел, что задание было слишком легким: отвезти письмо и все. Хитори решил, не снимая доспехи, быстро отужинать, три часа отдохнуть и до рассвета отправиться в путь. В дверь постучали, и в комнату вошла хрупкая девушка. Она принесла еду и саке.
– Можешь забрать саке – резко сказал самурай.
– Как угодно, господин –
Читать дальше →

«Я» во всем ищет выгоду, всегда хочет чего-нибудь поиметь!) Поэтому самоисследование и приятие так не интересны ему, ведь там нет бонусов для «Меня», а без них где тогда «Я»?)))

Голубой дракон — один из редчайших и красивейших в мире моллюсков

Если ты автор какой-нибудь фигни, типа чувства «авторства»…
Ты можешь не только продолжить заморочку — но и ПРЕКРАТИТЬ!..
Часто, авторство держится лишь на том, что сейчас происходит…
Типа, я испытываю страдание, боль, значит, я автор и виновник…
И все сходится — боль и страдание так очевидны в данный момент!..
Но если ты АВТОР — ПРЕКРАТИ ВСЕ ЭТО, или это — просто притязания!..

Я вот сейчас вращаю Землей, ведь в этом факте тоже нет сомнений...

Когда я думал, что уже достиг самого дна, снизу постучали.

Ежи Лец.

Это такая модель, которая, как мне видится была создана, в попытках контролировать То Что Есть.
Контролировать не получилось. Но получилось создать иллюзию контроля. Что, конечно, вещи не равнозначные :)



Читать дальше →

Крушение того, что хрупкостью казалось
Свершение всего, что даже не рождалось
Я якорь опущу на дно, где я застряла
Себя я подхвачу, наверх, туда, где взяла
Красивые слова забыты в клетке ночи
Пройдя извне к себе — и нету больше мочи
И тысячи шагов среди глубин песков расстают
А то что не готов пойти вослед богов — бывает…
Забытые творенья, слепое умиление — ненужное сомненье
Остатки перезвона, гонение урона — еще жива персона
Цветущие побеги поют о вечном беге
Плывущие касатки взбивают волны всмятку
Кромсают без остатка куски надежды сладко
Кремовые перчатки сдавили горло хваткой
Не пойманные тени бросали под затмение
Крапивные ожоги взростали словно боги
И хрупкость расстворялась металлом закалялась
И все, чего боялась, утрачено и сдалось…