В какой-то момент солнце стало не жгучим,
А рокот машин сменился тяжёлым роком,
И будто, планета, поскрипывая певуче,
Ко мне повернулась другим неизвестным боком.
Я медленно шёл, замечая всё новые знаки,
И рядом делились радостью чайные розы,
Растянутые, нежились на траве собаки,
Деревья застыли в диких причудливых позах.
И люди, которые мне попадались навстречу,
Были слишком уж резкими неуместно.
И так хотелось от них взметнуться кречетом,
За ветром, в направлении зюйд-зюйд-вестном.
Но всё продолжалось, звонкие мысли-крючья
ОсЫпались, беспомощно пустоту цепляя,
И разрасталось внутри молодое, жгучее…
Необратимая, ядерная, цепная
Реакция, превращающая в сверхновые
Людей, надолго застрявших в своей нормальности,
Меня постепенно, сладостно-больно расковывать
Будет…
Рокот машин с брутальностью
Звучит для деревьев, деревья застыли в позах,
Планета легонько крутит ворсистым боком,
И я из чашечки радостной чайной розы
Гляжу, одурманенный сладким соком.

Нарисованная ветками сирени;
Написанная листьями по коже;
Самым своим последним дыханьем
Я скажу: Господи, любимый, спасибо…
За то, что я сподобился видеть
Как Ты сгораешь в пламени заката,
Чтобы никогда не вернуться,
Потому что ты никуда не уходишь;

Просто ещё одному будет некуда деваться,
Ещё одного за руку и в сад над рекою,
Где ходят по крыльям херувимов,
Потому что им никто не дал имя —
Значит, всё молча…

А завтра будет то, что было раньше;
Священный союз земли и неба;
Если повезёт, поймаешь пулю зубами,
Одна только красота косит без пощады;
Потому что она держит суд в сердце,
Потому что она держит путь на север,
Где ни времени, ни объяснений,
Один только снег до горизонта.

Значит, ещё перед одним раскроется небо
С сияющими от счастья глазами,
Дела Твои, Господи, бессмертны
И пути твои неисповедимы
И все в одну сторону…

Напишите это слово на камне,
Раскрасьте его северным сияньем,
Наполните голубиной кровью
И забудьте навсегда, что оно значит;
Голуби возьмут его в небо,
Так высоко, что больше не видно,
И небо расколется на части,
Но об этом никто не узнает;

А мы сгорим в пламени заката,
Чтобы остаться навсегда в саду над рекою,
Потому что это нашими губами
Ты сказал однажды, раз и навсегда
Голубиное
Читать дальше →

Рааааааааааааа.

Ты, впитывающий радость блаженства и шуньяты,
Сидящий неподвижно на лунном диске
Наверху прекрасного столепесткового цветка,
Излучающий белый свет,
Я поклоняюсь Тебе, Божественный Гуру Ваджрасаттва!

Слушай, Абушри:
Ты несчастный, мечтающий целыми днями, дурак, вспомни —
Ты (не забывай), как заблуждения
Тебя запутывали в прошлом.
Так что берегись иллюзий в настоящем
И не веди лицемерной жизни.

Прекрати ненужные размышления.
Ты уже создал тысячи планов,
Которые так никогда и не исполнились
И лишь вели к разочарованию.
Незавершенные дела подобны перекатам волн.
Так что оставайся одиноким
И не позволяй голове кружиться.
Ты изучил тысячи философий
И ничего в них не схватил.
Какой смысл дальнейшего изучения?
Ты изучал, но когда тебе было нужно, ничего не припоминал.
Какой смысл в умственной активности?

Читать дальше →

Ты, впитывающий радость блаженства и шуньяты,
Сидящий неподвижно на лунном диске
Наверху прекрасного столепесткового цветка,
Излучающий белый свет,
Я поклоняюсь Тебе, Божественный Гуру Ваджрасаттва!

Слушай, Абушри:
Ты несчастный, мечтающий целыми днями, дурак, вспомни —
Ты (не забывай), как заблуждения
Тебя запутывали в прошлом.
Так что берегись иллюзий в настоящем
И не веди лицемерной жизни.

Прекрати ненужные размышления.
Ты уже создал тысячи планов,
Которые так никогда и не исполнились
И лишь вели к разочарованию.
Незавершенные дела подобны перекатам волн.
Так что оставайся одиноким
И не позволяй голове кружиться.
Ты изучил тысячи философий
И ничего в них не схватил.
Какой смысл дальнейшего изучения?
Ты изучал, но когда тебе было нужно, ничего не припоминал.
Какой смысл в умственной активности?

Читать дальше →

Мысли и чувства — не «ваши». Они лишь посетители.
Приветствуйте их осознанно и с любовью.
Позвольте им остаться столько, сколько нужно. Пусть они погреют озябшие ноги у вашего бушующего огня.
Они могут покинуть вас, когда будут готовы. Отправьте их с улыбкой.

Пусть ваш дом будет уютным и готовым для ваших следующих гостей.

Что такое страх без слова «страх»? Что такое грусть, печаль, гнев без словесных ярлыков?

Вместо того, чтобы называть эти чувства словами «страх», «гнев» или «грусть», отбрось эти тяжеловесные, second-hand этикетки, напичканные судилищем и тысячами лет кармы.
Обратись к этому первородному ощущению жизни «из первых рук», к ощущению настоящего момента в груди, шее, голове. Почувствуй жжение, покалывание, вибрацию в теле, перемещение энергии, её интенсивность.

Читать дальше →

Была я недавно на концерте Александра Моноцкого. Впервые с ним познакомилась. Для тех, кто не знает — это такой современных российских композитор, сочиняющий авангардные перформансы, церковные песнопения, оперы, музыка к кино и спектаклям. Пел не только он. Также люди знающие его песни выходили на сцену и тоже пели, в сопровождении божественной игры трех скрипок и одного контрабаса. Александр меня поразил с первых минут своей живостью, честность и простотой. А еще люди, которые выходили петь были очень красивые и счастливые от того, что поют. И под конец всем залом немножко попели. Было очень здорово.
Если кому интересно, вот здесь можно послушать Хотя в записи совсем не то.
Ну и статьей мне захотелось поделиться. Очень чувствуется живое, человек хорошо проживает «свое учение» на практике.

"— Среднерусский мужчина — это крестьянин, у него мир в гармонии. Он, когда поет, озвучивает весь космос своим покоем, болью и счастьем. Это такое космическое сферическое обертонное пульсирование. А казаки — это люди с другим мировоззрением. Они в любой момент готовы умереть и убить. Я про казачье пение немного понимаю — я изучал его, ездил, ну и гены, Маноцковы же из казаков. Большинство казачьих песен поются не просто от лица такого человека, а от лица человека, который, как иногда выясняется к концу песни, вообще-то уже умер.

…

— Музыка не бывает про что-то. Она про все. Музыка вся состоит из самой себя, структурные слои, которые в ней есть — ритмическая структура, высотная, формальная, — приняты только для удобства наблюдателя. На самом деле это все одно и то же — пульсации, вставленные в пульсации, вставленные в пульсации, и работа композитора в том, чтобы создать специальный дисбаланс, отражающий его творческое намерение. В любом случае композитор создает жизнь, мир. Про что произведение? Про самое себя. Это как спросить — про что человек? Жизнь — она о самой себе, о том, что она началась и закончится. В ней всегда есть сознание, что человек находится в
Читать дальше →