Роман
@konstruktor

все оголено до предела.

пробовал конечно. У меня мама — мастер.

с растениями экспериментировал. я и на него вылил зло.

вот. ты и ответила, чуть выше написал :)

а по моему — нет. Это страх потерять опору, остаться одной в старости

нету пока внуков.

я не про важность видит он или нет. я про то что он открыт — у него нет маски. и я это чувствую.

а когда женщина вешается на мужчину в буквальном смысле и визжит — «не пущу!!!!» Это любовь? :)

Любовь матери я не вижу. Звонить 50-ти летнему сыну -одел ли он шапочку в мороз — это любовь? если одел шапочку, а почему штаны тоненькие? а где перчатки?

ребенок, пейзаж — понял. А вот если смотришь на человека внимательно, чтобы он не видел моего взгляда. и человек что то делает без дежурной маски?

это когда вот вот слезы потекут? А как это уловить к другим?

Сначала любовь воспринимается как дуалистическое чувство — есть тот, кто любит, и тот, кого или что любят. Любовь начинается как условное ощущение, но развивается.

Я забыл как она чувствуется. Можете напомнить? С чем сравнить, есть эталон?

ладно, брат, буду за тобой наблюдать.

в общем ты пришел нас спасать. Сайт как сайт, не хуже других. Просто заморочки изощренней

гы

нужно прекратить искать, нужно прекратить быть искателем,

ключевое слово «нужно» и опять закрутилось

«жопо-чуйкой» :)

утомили кристмосовские песни по радио.

Начинаем, никуда не убегая вниманием, перебирать все феномены внутри: вот тело, голова, вот мысли, вот ощущения, в конце концов вы упираетесь в пустое пространство с обратной стороны от воспринимаемых объектов и на этом финал, потому что на нем все и заканчивается. Великое откровение (правда великое!!) заключается в том, что вы никогда никого там не найдете. Но это нужно не просто принять на веру и бросить поиски. А именно ПРОВЕРИТЬ, перебрать все, разложить все перед взором внимания и убедиться, что не осталось уголка, куда внимание не заглянуло. И убедиться, что так НИКТО И НЕ НАЙДЕН, ИМЕННО ПОТОМУ ЧТО ТАМ НИКОГО И НЕТ!

Почему российская железнодорожная колея шире европейской. Когда проектировали железную дорогу из Петербурга в Москву инженер-проектировщик, немец, докладывал проект лично Государю-Императору. После того, как царь провел линию на карте, были еще несколько вопросов. И последний:
— Какую делать колею, Ваше Величество? Такую же, как в Европе, или шире. — Спросил немец-инженер.
На что царь ответил чисто по-русски: А Нахер шире?!
Непонятно, а исполнять надо царскую волю. Так и стала российская колея на немецкий хер шире европейской.