Отправился Джа-лама в Уддияну мудрости набираться. А там никакой мудрости, сплошные талибы. Поймали они Джа-ламу и решили на кол посадить.
— Скажи, — говорят, — аллах акбар, тогда отпустим.
— Аллах акбар, — сказал Джа-лама.
Отпустили его талибы. А по пути назад поймали Джа-ламу левые эсеры и тоже решили на кол посадить.
— Аллах акбар, — сказал он.
Но это почему-то не помогло…

Отрыл Джа-лама у себя в огороде терма. Обрадовался и понес ее в гелугпинский монастырь дарить. А там носом крутят, не берут.
— Иди, — говорят, — к русским, пусть они сначала экспертизу сделают.
Огорчился Джа-лама и пошел к русским.
Вернулся на новом мерседесе.

Пришел однажды один еврей к Джа-ламе и говорит:
— Уверуй, — говорит, — в нашего Бога.
— А что он такого сделал, ваш Бог? — спрашивает Джа-лама.
— Он вывел наш народ из египетского плена.
— А куда он его в итоге привел?
Еврей расстроился и ушел.

Пришли однажды к Джа-ламе местные жители и стали на судьбу плакаться.
— У нас, — говорят, — урожай погиб, колодцы пересохли и чума свирепствует. Помоги нам, святой человек!
Призвал Джа-лама четырехрукого Махакалу, и сразу перехотелось местным жителям и жрать, и пить, и лечиться.
Святой человек, сказали они и ушли счастливые.

Поймали красноармейцы Джа-ламу и решили его на кол посадить. За религиозную пропаганду.
— Колись, — говорят, — есть Бог или нет?
— Нет, — отвечает Джа-лама.
— Ну, раз Бога нет, тогда все дозволено, — обрадовались красноармейцы.
И посадили Джа-ламу на кол.

Заявился однажды к Джа-ламе четырехрукий Махакала и говорит:
— Ты, говорит, от моего имени по всей степи телеги толкаешь и бизнеса разводишь, я тебя щас на куски порву.
Удивился Джа-лама и спрашивает:
— А от ЧЬЕГО имени мне телеги толкать и бизнеса разводить?
Почесал себе Махакала репу всеми четырьмя лапами и восвояси умелся.

Приехали как-то к Джа-ламе белые офицеры из бывших теософов. Ищем, говорят, Реальность по всей округе, никак найти не можем.
Вышел Джа-лама из юрты, окинул орлиным взором широкую степь, понюхал воздух и говорит:
— Нету ее здесь, вашей Реальности.
Огорчились офицеры и дальше поскакали — Реальность искать…

Решили как-то Аннунаки человека создать. Сварганили на скорую руку прототипчик, напихали в башку побольше всякой дури и потащили сдавать начальству. А начальство как вникло, так аж побелело от ужаса. Это чудо, говорят, нам сначала всю экологию засрет, а потом весь зоопарк раскурочит к такой-то матери ядерной бомбой. Пришлось закрывать проект. Сдали прототипчик на склад — к другим неудавшимся экземплярам. Типа говорящего змея и прочего. А что потом приключилось, вы и сами знаете…

Приехал к Джа-ламе во Внутреннюю Монголию один искатель из Москвы. Джа-лама его принял, кумысом напоил и спрашивает: чего, мол, выяснить хочешь? — Искатель кумысу отхлебнул и говорит: — Хочу, типа, узнать, кто я?
И давай сразу о своем духовном пути со слезой рассказывать. Мол, и в Индии был, и в Непале, и у индейцев в Южной Америке, все бабки на поиск спалил, жена бросила, дети пальцем у виска крутят, печень отваливается — а на вопрос проклятый ответа как не было, так и нет.
Послушал его Джа-лама, послушал, кумысу еще подлил и спрашивает так участливо:
— Бабки, говоришь, кончились?
— Все до копейки, — рыдает искатель.
— Жена, говоришь, бросила?
— Бросила, сука.
— Дети над тобой смеются?
— Смеются, сволочи.
— Здоровье угробил?
— Угробил.
— Ну и кто ты после этого?
Подумал-подумал искатель и отвечает:
— Мудак.
Благословил его Джа-лама и отпустил с миром.

Решили однажды нигилисты царя убить. Только вот незадача: царя-то нет! Так у них в «Библии нигилиста» записано, а против Писания не попрешь. Как быть? Отправились сперва к Толстому совета просить. Тот только руками замахал: какое там, говорит, цареубийство, я злу непротивлюсь круглые сутки, а вы такое надумали. Идите нахуй. Ну, пошли. Приходят к Достоевскому. Как нам, говорят, царя убить, если его нет? У Достоевского от такого разворота эпилептический припадок случился, еле откачали. И ушли нигилисты других духовных авторитетов искать. Сначала их Соловьев нахуй послал, потом Розанов, а отец Павел Флоренский еще и клюкой накостылял вдогонку. Короче говоря, затесались они ближе к ночи на заседание теософского кружка. Там все чинно: кто стихи читает о высоком, кто речи толкает, кто молчит загадочно. А главное — в шею не гонют! Обрадовались нигилисты: тут уж точно чего дельного подсказать должны. Дослушали очередную поэзу и интересуются так скромно, как быть и что делать. Достал, мол, царь, сильно, хоть и нет его. А теософы и говорят загадочно: для кого нет, а для кого, может, и есть. Где ж он есть, дивятся нигилисты. — А в голове! — И давай снова поэзы читать без конца. Потерпели нигилисты еще чуток и опять интересуются: чем же его, гада, взять, если он в таком надежном месте укрылся? — Да свергнуть к чертовой бабушке, смеются теософы. Революция! — А дальше что? Как жить-то, научите, братцы дорогие! — Да очень просто, отвечают теософы. Как мы: БЕЗ ЦАРЯ В ГОЛОВЕ. Посидели нигилисты еще немного и домой побрели. Ничего у них из цареубийства не
Читать дальше →