Как известно никто не может изменить ход природных явлений. Так заведено изначально. Сперва что-то рождается, затем какое-то время живёт, а в конце пути умирает. И даже паре одиноких монахов, обитающих в плавучей хижине на озере, не подвластно изменить природу вещей. По мере смены времён года, сами монахи чувствуют на себе влияние природных явлений, и они заставляют их меняться в ту или иною сторону. Не смотря на отшельнический образ жизни, весной они расцветают и наполняются скрытыми яркими желаниями, а осенью, наоборот, их жизнь угасает. Под присмотром наставника молодой монах познаёт все радости и горести земной жизни…



Читать дальше →

Композитор Llewellyn, талантливый, хотя и ведущий затворнический образ жизни, — создатель музыки для релаксации, медитации и оздоровительных практик.

Специфика творчества Ллевеллина состоит в соединении музыки Нью-Эйдж с оздоровительными и духовными практиками. Самые компетентные врачи мира по достоинству оценивают терапевтический эффект его музыки. Автор является крупнейшим в мире коллекционером эзотерической литературы, и все его произведения имеют корни в истории религии и целительства. Почти все альбомы Ллевеллина в своё время удостаивались престижных наград на фестивалях Нью-Эйдж музыки.



здесь можно скачать или слушать онлайн: Llewellyn

сайт: llewellynandjuliana

Строчки как пар-- это выдох, а за выдохом следует вдох
Обжигает морозом и сердце замирает снежинкой во тьме
Краткий миг она белым узором продолжает свой плавный полет
В промежутке сердечного стука. С каждым выдохом новая жизнь
С каждом вдохом ее прекращенье. В этой жизни отец есть и мать
Есть дитя что играет и плачет. Есть любовь и потеря любви
Есть унылая старость и смерть и рождения новых живущих…
Только пар, сигареткой звезда светит сквозь покрывало тумана
И за выдохом следует вдох, что за радость дышать полной грудью.

Felix:
Всегда прекрасные стихи. Но друг мой ТО ЧТО ЕСТЬ это праздник, а у тебя всегда немножко похороны.

«ПРАЗДНИК»

глава из поэмы «Возвращенье на Родину»

1

Наконец, устав от одиночества, он решил отыскать Другого.
Он так и сказал — Приди! — но лукавое эхо сказало в ответ —
… иди!.. — и он пошел прямо вперед, и когда, однажды, уперся в
собственную спину — он горько заплакал, ибо пройдя круг жизни,
никого он не встретил, кроме себя самого.
Тот, Другой, был так огромен, или так мал, что казалось Его не
было вовсе: было много людей, много слов и много событий, но все
это был не Он, а некий волшебный морок. И вгрызаясь в грудинку, он
пытался давно уже думать так: это я ем Его; и выпивая стакан вина:
это я пью Его… и все же он догадывался о том, что стремится обмануть
себя, а Тот, Другой, оставался таким же недоступным, как и был, —
а были только вещи и тени вещей, только люди и тени людей, только
солнце и тень от солнца… — Да и сам я — не только ли чья-то
тень? — так он подумал однажды, но не сумел как следует додумать
эту сложную, странную мысль. Он отчаянно знал — Я есть! есть…
Но этого ему уже не хватало для счастья, радости и блаженства, на
которые он как-то само собой предьявлял незыблемые, как казалось
ему, права.
Как стрела, он был нацелен вовне — всегда от себя — в бездонное
око, казавшейся светом, тьмы — там искал он Другого, искал, и —
не находил.
Между тем, надежда на Встречу ослабевала и он уже впускал временами
в свое детское сердце смертельный холод отчаянья, и, стиснув зубы,
цедил сквозь них космический хладный мрак, и редкие звезды, касаясь
его зубов, нежно и долго звенели, и этот звон был тот самый звон
погребальный, когда хоронили Праздник.

2

Вся моя жизнь была подготовкой к жизни.
Я жил как шел, а шел я на Праздник.
Ведь появление свое на свет я так и понял, как приглашение на Праздник. Если меня и разубеждали в детстве, то как-то неубедительно, и я не поверил: я слишком

Читать дальше →

Больше нет буквы А
Больше нет буквы Б
Ольше нет уквы В
Ольше нет укы Д
Ольше нет укы Е
Ольш нт укы Ж
Ольш нт укы З
Ольш нт укы И
Ольш нт укы К
Ольш нт уы Л
Оьш нт уы М
Оьш нт уы Н
Оьш т уы О
Ьш т уы П
Ьш т уы Р
Ьш т уы С
Ьш т уы Т
Ьш уы У
Ьш ы Ф
Ьш ы Х
Ьш ы Ц
Ьш ы Ч
Ьш ы Ш
Ь ы Щ
Ь ы Ь
Ы Ы

Больше нет смысла в твоем существовании.

Ищущий попал в мышление Мастера и первое что сказал:
— Не уютно здесь как-то, слишком тихо. Да и поговорить не с кем…
— Не с кем, не с кем, не с кем, — угасая эхом отозвалось мышление