Это моя жизнь. Другой не будет

Сижу у окна, в ожиданьи весны
Снегопад созерцая
Есть в этом своя красота, несомненно
Мы в точь, как эти снежинки, мы в полной власти стихии, сансары
Гонит по вселенной нас ветер желаний
То вниз, то вверх возносит он нас
Но скоро расступятся свинцовые тучи
И все мы растаем в весенних лучах
Испаримся, вознесемся снова на небо
Откуда однажды мы пали на землю…

25 марта 2013

искать просветление и искать себя — не одно и тоже )

а даже совсем противоположные вещи)

Глубинное, тончайшее значение
Сокрыто за вуалью слов —
За ними прячется вселенская Любовь
Всех Мастеров, несущих нам спасение.

Лишь нужно слушать их, ловя при том
Точнейший смысл их слов,
Способный разорвать земную цепь оков,
Неразделённым, целостным умом,
Недопускающим сомнений, толкований;

Тогда спокойный и открытый ум,
Сливаясь с Мастера умом, лишённым дум,
Становится проводником Небесных Знаний
И раскрывается вдруг тайный смысл Писаний,
И суть понятия: «войти в Небесный Дом».
Адвайтин

Вот у меня все такие созрел один момент.

Все учения об адвайте говорят о том что как бы существует 2 аспекта — это некий наблюдатель, то что он наблюдает и они не раздельны и пространство в котором это происходит.

Но здесь мне совсем не понятно о том что говорит учение фри эфей

Глаз не видит сам себя
И, любуясь этим миром –
Сотворённым им кумиром,
Ум понять не может «Я» —

Своё Высшее Сознанье,
Что даёт всю жизнь ему —
Непонятно то уму,
Что он есть Его созданье;

Но, направив всё вниманье
На своё возникновенье,
Место своего рожденья,
Он растает, открыв Свет —
Ведь реально его нет.
Адвайтин

С рождением ума рождается Вселенная,
Она – продукт подвижного ума,
В отсутствии ума – лишь Cемя сокровенное
Не существующая по себе сама —

Без Наблюдателя её игры и красок,
Без Созерцателя её прекрасных форм,
Без Обладателя её личин и масок,
Через которые тот ум ведёт свой спор

С самим собой в неведеньи извечном,
Понять пытаясь мир и самого себя,
И не понять ему, в мышленьи безконечном,
Что постигаются они лишь без него – без мысли-«я»
Адвайтин

Дни памяти: Март 12, Апрель 1, Апрель 4

В одном палестинском монастыре в окрестностях Кесарии жил преподобный инок Зосима. Отданный в монастырь с самого детства, он подвизался в нем до 53 лет, когда был смущен помыслом: «Найдется ли и в самой дальней пустыне святой муж, превзошедший меня в трезвении и делании?»

Лишь только он помыслил так, ему явился Ангел Господень и сказал: «Ты, Зосима, по человеческой мере неплохо подвизался, но из людей нет праведного ни одного (Рим. 3, 10). Чтобы ты уразумел, сколько есть еще иных и высших образов спасения, выйди из этой обители, как Авраам из дома отца своего (Быт. 12, 1), и иди в монастырь, расположенный при Иордане».

Тотчас авва Зосима вышел из монастыря и вслед за Ангелом пришел в Иорданский монастырь и поселился в нем.

Здесь увидел он старцев, истинно просиявших в подвигах. Авва Зосима стал подражать святым инокам в духовном делании.

Так прошло много времени, и приблизилась святая Четыредесятница. В монастыре существовал обычай, ради которого и привел сюда Бог преподобного Зосиму. В первое воскресенье Великого поста служил игумен Божественную литургию, все причащались Пречистого Тела и Крови Христовых, вкушали затем малую трапезу и снова собирались в церкви.

Сотворив молитву и положенное число земных поклонов, старцы, испросив друг у друга прощения, брали благословение у игумена и под общее пение псалма «Господь просвещение мое и Спаситель мой: кого убоюся? Господь Защититель живота моего: от кого устрашуся?» (Пс. 26, 1) открывали монастырские ворота и уходили в пустыню.

Каждый из них брал с собой умеренное количество пищи, кто в чем нуждался, некоторые же и вовсе ничего не брали в пустыню и питались кореньями. Иноки переходили за Иордан и расходились как можно дальше, чтобы не видеть, как кто постится и подвизается.

Когда заканчивался Великий пост, иноки возвращались в монастырь на Вербное воскресенье с плодом своего делания (Рим. 6, 21 — 22), испытав свою совесть (1 Пет. 3, 16). При этом никто
Читать дальше →