Один сановник должен был прийти к Бокудзю в назначенное время, но опоздал. Бокудзю спросил его:
— Почему Вы задержались?
Тот ответил, что играл в поло. Мастер спросил:
— Кто бьёт по мячу, наездник или лошадь?
— Наездник.
— Он устал?
— Да, он устал.
— А лошадь?
— Лошадь тоже устала.
Затем Бокудзю спросил:
— А ворота устали?
Озадаченный чиновник ушёл домой. Весь вечер он размышлял над странным вопросом. Ночью к нему неожиданно пришло решение. Ранним утром он пришёл к Мастеру. Бокудзю опять спросил:
— Устали ли ворота?
— Да, устали.
Бокудзю рассмеялся и сказал:
— Ты прав…

Нет более быстрого пути к овладению знаниями, чем искренняя любовь к мудрому учителю.

Мы все уже хорошо усвоили, что эмпирический процесс познания — это триада «субъект-объект-процесс»! И, казалось бы, стоит увидеть одновременно эти три мысли, три феномена, и все станет на свои места! Это как игра в наперстки — когда все три будут на столе одновременно, ни один не сможет нас одурачить! Но вот незадача, дурачат нас не наперстки, они все всегда на виду, дурачит нас поролоновый шарик… Это и есть в нашей метафоре символ РЕАЛЬНОСТИ!

Возьмем простое понятие «познанное», его невозможно определить без «непознанного», да и «познающий» тоже где-то здесь, определяет, что там уже познано, а что пока нет! Что же наделяет реальностью «меня познающего»? Вы думаете, знание — нет! Они всегда подвергаются сомнению, сегодня — одна правда, завтра – другая, и все знают об этом, многие в открытую говорят что все знания недостаточны, условны, относительны! Скажете «непознанное» — тоже ошибетесь! Непознанное, хоть и выглядит как некая загадка, тайна, некая сокровищница, вместилище всех знаний, многими тоже распознается как очередная концепция, как абстракция, а воз и ныне там! «Знахарь» все оживает и оживает, сколько его не разоблачай и не убивай! Сначала он хозяин знания, или мысли, может, осознанности, потом уже этого тела, потом он уже живущий, жующий, просветляющийся! Припиши иллюзорному персонажу одну реальную функцию, он потом отымеет их тысячу, а что, раз одна реальна — то можно и сто иметь!

Так вот крутят бедные ищущие эту «триаду» по кругу «ищущий-искомое-поиск»,
Читать дальше →

В мире временном сущность которого — тлен
Не сдавайся вещам несущественным в плен
Сущим в мире считай только Дух Вездесущий
Чуждый Всяких вещественных перемен…
Омар Хайям
-Дух распознанный есть сам образ Земной
Что как якорь блаженно висит над Тобой
Образ Космоса есть сейчас во плоти
И Романтика сейчас у всех на пути!

Романтический взгляд есть блаженство любви
Романтический взгляд есть сейчас во плоти
что дает Тебе Радость идти по пути
Ты иди торжествуя — через Дух все минуя-

Солнце в Тебе Озаряя Волнует
Звезды в Тебе Печалью Любует
Все Океаны Тебя Согревают
Холодом нежно Жарой Обнимают

Все Образы Космоса как Волны в Тебе
Играют с Улыбкой при Солнце во Мгле
Совет Мироздания сейчас в Тебе —
Все Образы Космоса Есть на Земле

Весь День и Вся Ночь есть Романтики Вздох
Присутствием дышит — каждый есть Бог — Присутствием видит — каждый есть Бог — Присутствием Любит — Романтичный итог-

Присутствие Бога —
— растворение ночи
Романтика День —
— День вместо ночи

Atuna Амо

Целью жизни является безмолвие. Безмолвие — это язык Бога или
Брахмы. Мир — это безмолвие. Безмолвие — язык сердца. Безмолвие —
язык мудрости. Молчание — огромная сила. Молчание — великое
красноречие. Безмолвие — власть. Безмолвие есть жизненная сила.
Безмолвие — это единственная реальность. Позади всех шумов и звуков,
находится безмолвие — самое сокровенное в нашей душе.
Безмолвие — это интуитивное переживание. Идти в безмолвие — это
становиться Богом. Нет лучшего лечебного бальзама для тех, у кого
сердце ранено ошибками, разочарованиями и потерями. Молчание,
которому мы радуемся во время глубокого сна, и тишина, которую мы
испытываем глубокой ночью, даёт нам ключ к существованию океана
безмолвия.

Тоскою, словно колпаком,
Окутан город сном.
И сделать ничего нельзя,
Узор рисует свой судьба.
Хотела птицей в небо рваться,
Но поворот и как бы не сорваться
В пропасть.
Вечность
Играет непокорным,
Покорный следует за ней,
Хоть и пытается упорно
В частях Существованья навести порядок,
И закрепить свой распорядок,
При этом сам являясь частью.
Себя пытаясь убедить,
Что, я уж точно должен быть.
Осколком счастья
Пребывая, не стать счастливым.

Что не делилось никогда,
Во всём присутствует всегда,
Не появлялось и не исчезало,
Себя лишь в проявленьях познавало?
На это можно получить ответ
Когда здесь вопрошающего нет.

К осколкам приложи ладонь
И ты почувствуешь огонь
Соедини осколки вместе,
Возможно мир прольётся песней.
Уже её ты не услышишь,
Но ты же дышишиь, просто дышишь!
Передо мною мир огромный,
До боли не знакомый.
Он с каждым выдохом готов
Родиться вновь.
А я вприпрыжку собираюсь в магазин
Носок один, так где ещё один?
Иду по улице, мальчишка строит глазки-
Смущенье… будто в сказке!
Когда не знаешь как,
Тогда всё происходит
Так,
Как происходит.
Не может быть иного.
И снова кто-то ищет,
И снова не находит.
Очарованием гоним,
Которое уже готово
Рассеяться, как дым.

PS: Прошу членов формации, которые заметят зацепку, лишний раз в неё потыкать:))

Госю пришел к дзэнскому наставнику Юи-э и сказал: «Многие годы я практиковал дзэн, но так и не преуспел. Прошу вас, укажите мне дорогу».

«В практиковании дзэн нет никакой хитрости. Нужно лишь освободиться от рождения и смерти», — ответил наставник.

«Как же вырваться из круга рождения и смерти к свободе?» — спросил Госю.

«Каждая мелькающая в твоем сознании мысль есть рождение и смерть», — повысив голос, произнес Юи-э.

И тут Госю испытал невиданный прежде восторг, почувствовав себя так, словно он сбросил с себя непосильную ношу.

Как-то в общину дзэнского наставника Банкэя, великодушного наставника людей, пришли нищие, больные проказой. Банкэй принял их, а совершая обряд посвящения, омыл и обрил им головы своими собственными руками.

За всем этим наблюдал один господин, посланник даймё, который всецело доверял мудрости Банкэя и построил в своей провинции храм, чтобы наставник мог обучать учеников и выступать с проповедями перед людьми.

Ошарашенный видом того, как Банкэй бреет головы неприкасаемым, господин поспешил принести наставнику таз с водой, чтобы он вымыл руки.

Но наставник отказался, заметив: «Ваша неприязнь более отвратительна, чем их язвы».

Почему душа то стремится, то убегает от смерти? Будь у нее знание о своем бессмертии — разве страшило бы ее новое путешествие? Или это тело яростно сопротивляется своему распаду, но тело не знает — ни о своей жизни, ни о своей смерти. Может, это ум устрашает себя картинами вечных мук или самоисчезновения? Но каждую ночь он затихает и исчезает во сне без сновидений, а после возникает свежий и отдохнувший. КТО УМИРАЕТ? вот главный вопрос и вопрос, кто спрашивающий, лишает ответ на него смысла.