Илья Ильф и Евгений Петров

РАССКАЗ О ГУСАРЕ СХИМНИКЕ

Рассказ взят из полной версии «12 стульев» — доцензурного варианта, с замечательного сервера www.lib.ru

Блестящий гусар, граф Алексей Буланов, как правильно сообщил Бендер, был действительно героем аристократического Петербурга. Имя великолепного кавалериста и кутилы не сходило с уст чопорных обитателей дворцов по Английской набережной и со столбцов светской хроники. Очень часто на страницах иллюстрированных журналов появлялся фотографический портрет красавца-гусара — куртка, расшитая бранденбурами и отороченная зернистым каракулем, высокие прилизанные височки и короткий победительный нос.

За графом Булановым катилась слава участника многих тайных дуэлей, имевших роковой исход, явных романов с наикрасивейшими, неприступнейшими дамами света, сумасшедших выходок против уважаемых в обществе особ и прочувствованных кутежей, неизбежно кончавшихся избиением штафирок.

Граф был красив, молод, богат, счастлив в любви, счастлив в картах и в наследовании имущества. Родственники его умирали быстро, и наследства их увеличивали и без того огромное богатство.

Он был дерзок и смел. Он помогал абиссинскому негусу Менелику в его войне с итальянцами. Он сидел под большими абиссинскими звездами, закутавшись в белый бурнус, и глядел в трехверстную карту местности. Свет факелов бросал шатающиеся тени на прилизанные височки графа. У ног его сидел новый друг, абиссинский мальчик Васька*. Разгромив войска итальянского короля*, граф вернулся в Петербург вместе с абиссинцем Васькой. Петербург встретил героя цветами и шампанским. Граф Алексей снова погрузился в беспечную пучину наслаждений. О нем продолжали говорить с удвоенным восхищением, женщины травились из-за него, мужчины завидовали. На запятках графской кареты, пролетавшей по Миллионной, неизменно стоял абиссинец, вызывая своей чернотой и тонким станом изумление прохожих. И внезапно все кончилось. Граф Алексей Буланов исчез. Княгиня Белорусско-Балтийская*,
Читать дальше →

Рассмотрим следующую пару: самоутверждение – приятие.

ЯД:
Самоутверждение в своей основе опирается на тот же базовый тезис, что и самоопределение: существование отдельного кого-то, который, конечно, не персонаж игры в описание, а сама «реальность», ее источник, прародитель, альфа и омега всего.
Но в данном варианте заблуждения не так важно определиться с тем, кто же «Я» «на самом деле», гораздо важнее, СКОЛЬКО всего «Я» имею или умею. На передний план выходят не маски новых «отождествлений», а функции и имущество. Причем все это (и функции, и имущество) совершенно ясно, определено и пересчитано, а вот главный владелец за всем этим совершенно не заметен, он выпадает из внимания, однако подразумевается очень весомым, важным и «имущим».

ЛЕКАРСТВО:
Практика приятия всегда начинается с самого ясного, явного, «феноменального», постепенно продвигаясь к внутреннему, тайному, «себе».

Тут важно пояснить: многие люди не могут воспринять никакое явление безотносительно к СЕБЕ. То есть все вещи или «мои», или «не мои», люди тоже или «за меня» или «против меня», и даже явления природы часто находятся в тесных личностных отношениях со «мной». В той или иной степени такого рода эгоцентризм присутствует у любого «самоутверждающегося» организма.

Так вот практику приятия необходимо начинать с того, что видится как феномен, никак не зависящий от МЕНЯ. Постепенно, практикующий может обнаружить, что круг таких явлений все больше расширяется, а потом вдруг даже сами эти представления, эмоции, окрашивающие феноменальный мир в «мое», «не мое», «за» и «против», начинают видеться как феномены, никак не зависящие от «меня».
Тогда можно приступать к исследованию, так называемого «внутреннего мира»: чувства, мысли, ощущения, состояния тоже можно описать, как феноменальные проявления.

Практика приятия опирается на совершенно очевидный тезис:

«Все происходящее уже принято существованием в момент осуществления»

Тогда о чем собственно практика?
По сути дела задача практикующего
Читать дальше →

Учителем Ле-цзы был Старый Шан, а другом — Богао-цзы. Ле-цзы досконально перенял искусство обоих и возвратился домой, оседлав ветер. Услышал о нем Инь Шэн, присоединился к его ученикам и в течение нескольких месяцев не искал себе пристанища. Десять раз, когда Ле-цзы отдыхал от своих дел, он просил его открыть свои секреты и, каждый раз Ле-цзы отсылал его обратно, ничего ему не сказав. Инь Шэн обиделся и попросил разрешения уехать. Ле-цзы не стал возражать.
Прошло несколько месяцев, Инь Шэн не отказался от своих намерений и снова пришел к Ле-цзы.
— Почему ты столько раз приходишь и уходишь? — спросил его Ле-цзы.
— Не так давно я обращался к вам с просьбой, а вы не удостоили меня ответом. Тогда я обиделся на вас, но ныне обида прошла, и вот я опять здесь, — ответил Инь Шэн.
— Я считал тебя проницательным, а ты, я вижу, ничего не понимаешь! Ну хорошо, я расскажу тебе, чему я научился у моего учителя. Спустя три года после того, как я начал учиться у моего учителя и подружился с одним человеком, мое сердце уже не занимали мысли о правильном и неправильном, мои уста более не говорили о пользе и вреде, и, тогда учитель впервые посмотрел в мою сторону. Спустя пять лет в моем сердце снова появились мысли о правильном и неправильном, а мои уста вновь заговорили о пользе и вреде — и тогда учитель впервые мне улыбнулся. Спустя семь лет я уже не прилагал к своим мыслям понятия правильного и неправильного и говорил все, что приходило на ум, не задумываясь о пользе и вреде. Тогда учитель впервые предложил мне сесть рядом с собой. Спустя девять лет я принимал свободно все, что появлялось в моем сердце и говорил свободно все, что приходило на ум, не зная, правильно это или неправильно, полезно или вредно, и даже не помня, кто мой учитель и кто мой друг. Тогда, когда я дошел до предела всего, что было внутри и вовне меня, мое зрение стало подобным моему слуху, мой слух — подобным моему обонянию, мое обоняние — подобным вкусовым ощущениям. Мое сознание стало собранным воедино, а
Читать дальше →

Все ещё верите в просветление?..
Приглашаю всех желающих на встречу Живого Общения
2-го и 3-го марта 13:00 — 16:00 в Минске
Предварительная запись обязательна. Количество мест ограничено.
Количество просветления тоже ограничено)))
Вся информация по телефону тел. +375 29 3702273 (Леся)
Буду рада видеть всех желающих пообщаться!

Реальное внутреннее Я человеческого существа поймано в плен. Предположения и действие вторичного Я, а также поверхностные, но крепкие оковы обусловленности и внешнего окружения удерживают его в это состоянии. Суфию приходится делать все возможное для того, чтобы войти в контакт с внутренним Я и, взаимодействуя с ним, избегая и сводя на нет влияние препятствующих факторов, помочь человеку в самореализации.
Представьте себе некоего человека. Ему надо освободить узника, заключенного в замке на острове. Спасатель сделал тростниковый плот, прочности которого хватит лишь на то, чтобы выдержать его одного, и ночью поплыл на нем к острову. Стражники увидели плот и бросились к нему. Прибывший скрылся в темноте, а плот, разумеется, затонул, как только стражники ступили на него. Кто-то из стражи сказал: «Да это же просто какая-то развалюха, не успели мы взобраться — она ушла под воду. Для побега это — несерьезно». Они также решили, что раз плот развалился, узник не сможет убежать. Одни считали, что на плоту кто-то был, другие же были уверены, что там никого не было. Сам узник, услышав все эти рассуждения, стал воображать самое разное.
Итак, спасатель — это суфий, пробирающийся к пленнику. Он плывет к нему на плоту, что символизирует средства приближения к решению этой проблемы. «Новый вид транспорта», он будет использован позднее, — это методы, разработанные спасателем на основе его специального знания. Замок -убеждения, господствующие в среде; стражники — субъективные убеждения человека, включая и его предположения.

Китайскому фермеру Гао Сяньчжану удалось создать то, что некоторые бы назвали «святыми» фруктами — груши в форме Будды. Шесть лет он работал над техникой выращивания таких груш и в этом году получил урожай размером в 10000 фруктов. Местные жители раскупают его груши, в тот же час, как он срывает их с деревьев. Каждая груша стоит 2$. Успех его необычных груш в Китае убедил его экспортировать их в Европу

Основной причиной, запускающей процесс духовного поиска, является ощущение крайней недостаточности и незавершенности настоящего момента. «Сейчас что-то не так, но в будущем, где-то в далекой неведомой дали существует состояние абсолютной целостности, покоя и благости, к которому (совершенно точно!) можно прийти тем или иным путем… Некоторые вроде добрались, и у меня получится...» И так далее.

Несложно понять, что подобное видение порождает вечно оживающую перспективу на будущее и создает непреодолимый зазор между ТЕМ, ЧТО ЕСТЬ В ПЕРЕЖИВАНИИ и ТЕМ, ЧТО НАХОДИТСЯ В СОДЕРЖАНИИ МЫСЛИ.

Если несостыковка распознается как изначально пустотная, не содержащая и грамма реальности мысль, то от нее не может быть никакого вреда. «Сейчас я горбачусь на работе, а мог бы попивать чай и наслаждаться красотами пуэрториканского заката». Мысль и мысль, как пришла, так и ушла. Руки продолжили вытачивание втулок в пыльном цеху на окраине подмосковья.

Однако если СОДЕРЖАНИЕ МЫСЛИ каким-то невероятным образом выпрыгивает из мысли и вступает в конфликт с ТЕМ, ЧТО ЕСТЬ В ПЕРЕЖИВАНИЯХ, то рядом с белым пушистым котом настоящего момента мгновенно вырисовывается силуэт опасно-хищной черной кошки, которая раз за разом бросается наперерез нашего жизненного пути, и превращает ТО, ЧЕГО НЕТ В ПЕРЕЖИВАНИЯХ в реальные и невероятно изматывающие страдания.

Почему это происходит?
Потому что содержание мысли кажется реальным. Кажется, что его можно положить на одни весы с переживанием, и оно даже может перевесить!

Поэтому если посредством исследования становится очевидно, что СОДЕРЖАНИЕ МЫСЛИ это лишь небольшой фрагмент ВСЕГО ПЕРЕЖИВАНИЯ в данный момент, и оно никоим образом не может выпрыгнуть из мысли и заместить собой САМО ПЕРЕЖИВАНИЕ, то страданию попросту негде возникнуть. Белый кот будет мирно посапывать в одиночестве.

Однако мы проводим исследование раз за разом, но «развязки» все не происходит. Почему?
Читать дальше →

Иду по лесу ночью. Замечаю что то типа куста. Мне кажется что это привидение. Тело охватывает ужас. Ум охватывает интерес. Но раз телу плохо, ум успокаивает его. Ухожу.
В такой момент я четко увидел, что страха в уме нет. Страх это напряжение в теле. Напряжение в уме — это отсутствие напряжения в теле. Страх создается умом, чтобы снять собственный страх. Круг замкнут. Только мысли. Лишь восходящее солнце дает передышку обоим.

Я не помню, когда я впервые почувстовал, что безмерно хочу счастья. В каждом из нас это желание есть всегда, но до какого-то момента оно настолько является свойством природы, что мы его не замечаем. Это же так естественно… но вдруг, что-то происходит, и ты понимаешь чего ишешь. Мой поиск стал осознан, я понял, зачем я живу: для счастья.
Я жадно искал его во всем. Находясь на природе, я дышал ее ароматами, любовался ее красками, был частью вечного чуда. Мне было хорошо, но это еще не было счастьем. Я возвращался в обыденный мир и страдал в нем.
Я обожал музыку. Она проникала в самые сокровенные уголки моей души, погружала в волшебный мир. В ней было чудо гармонии: одновременно свобода движения, равновесие и покой. В музыке было все, но и она заканчивалась. Я нехотя возвращался из чудного мира, из сказочной страны в окружаюшую действительность, холодную и одинокую.
Я всегда любил уют. Засыпая, зарываясь в одеяло, я мечтал о жизни на необитаемом острове, о подвигах и приключениях. За окном была зима, под одеялом было тепло, в душе спокойно и благостно. Сколько уютных воспоминаний: гречневая каша с теплым молоком после купания, поданная мамой прямо в постель, стук дождя по оконной раме, мягкий свет лампы на столе, за которым сидит мать и что-то пишет, рисунки на обоях и болезненная нега, когда все взрослые вокруг тебя и так хорошо… Я знаю, нам всем это близко и каждый скажет, что это про него.
Но чем я становился взрослее, тем меньше было уютных моментов. Чувства притуплялись, впечатления сглаживались, а на их место приходила странная действительность, в которой ты не принадлежишь себе, и почему-то все время кому-то должен. Я жадно цеплялся за уют, за чудо равновесия, в котором хотелось быть. Спасали книги и церковь, куда я стал активно ходить вместе с отцом в старших классах школы.
В церкви было тепло и таинственно. Я жадно вдыхал запах ладана, наслаждался сверканием свечей и окладов. Так в детстве любуешься картинками из камушков, складывающимся в
Читать дальше →

Сладость самоопределения заключается в том, что «живущий» выглядит значительно более живенько чем сама Жизнь. То есть из Жизни выделяется один тип феноменов, самый броский, самый активный – мысль, и с помощью него рисуется очень живой человечек, по сравнению с которым все остальные феномены – лишь мертвая декорация. Это можно назвать детским увлечением Разума, когда он играет в куклы и солдатики, наделяет их реальностью. Это самое пестрое и бросающееся в глаза из того, что есть всегда под рукой.

Когда Разум так увлечен этой игрой самоопределения, он начинает беситься когда ничего не происходит в физическом мире, поэтому для него так тягостно ожидание, неопределенность, и человечек внутри головы начинает биться об стенки, выдумывать проблемы, решать их, приукрашивать фантазии, мечтать.
Таким образом, самоосознание просто кажется не вкусным для мышления, потому что оно показывает феномены такими как они есть и не видит в них недостатка в том виде, как они есть. Ум бесится, говорит “ты превратишься в камень без меня!”, “я есть жизнь! Я хирею без того, чтобы был движняк, без того, чтобы было как Я ХОЧУ!”. Ум накладывает тоскливые описания на феномены в том виде как они есть, потому что они так легко обходятся без самоопределения, без этого образа “я”!

Это большая зрелость, когда возникает интерес не только к этому живенькому мини-хозяину всего, но и собственно к самой Жизни, которая проявляет себя каждый миг как феноменальный Мир. Так становится возможной медитация, исследование…