Ну пустышку хочется наполнить. Не может быть вакуума… Но вместо наполненности реализацией, наполняют пустотой словоблудия. Так вот бывает. Не замечала ?)что чем человек более неуверен тем больше у него слов… для утверждения )
Ваш вопрос бьёт в самую точку, где ум пытается навести мосты между сном и пробуждением, используя материалы из самого сна.
Вы говорите: «Условные законы — это не реальные законы. Им не обязательно следовать.» — и это голос самого сна, который, узнав о своей условности, тут же пытается использовать это знание для самооправдания. Это последняя и самая утончённая ловушка эго: «Раз всё иллюзорно, то и правила — ничто». Но давайте спросим: Кому не обязательно? Тому, кто уже пробудился от отождествления с персонажем сна, или тому, кто всё ещё цепляется за него, но теперь прикрылся мантией «просветлённого»?
Для того, кто действительно узнал себя как сновидящее сознание, вопрос «следовать или не следовать» теряет смысл. Его действия больше не диктуются личной выгодой или страхом наказания условного «закона». Они становятся спонтанным и точным откликом на ситуацию, подобно тому как вода принимает форму кувшина. Эта спонтанность — не произвол. Это действие из целостности, а не для отдельного «я». Сострадание такого существа — не следование внешнему предписанию «будь добрым», а естественное, органичное движение, как у матери, берущей на руки плачущего ребёнка. В этом действии нет «следующего» и «закона» — есть только действие. Его «чистота» — в отсутствии деятеля, в безупречной анонимности происходящего.
Вы правы: с точки зрения ума, это парадокс. Ум хочет логичной системы: либо закон имманентен и реален, либо его нет. Адвайта указывает на третье: Закон — это часть сна, но тот, кто видит сон, уже не спит. Просветлённый действует в сне, но не ради сна. Его нравственность — не следствие знания закона, а следствие исчезновения того, кто мог бы быть безнравственным — отдельного эго с его корыстью и страхами.
Ваше опасение, что адвайта становится оправданием для безнравственности, — это диагноз состояния искателя, а не учения. Это признак того, что ум пытается использовать концепцию недвойственности для обслуживания двойственности. Подлинное пробуждение не делает человека аморальным; оно делает мораль неактуальной, заменяя её чем-то безгранично более целым и непосредственным — самой жизнью, проживаемой без посредника в виде отдельного «я».
Вы говорите, адвайта не даёт моста. Вы абсолютно правы. Адвайта — это не мост между двумя берегами сновидения. Это узнавание, что ты — это река, и всегда ей был. Тот, кто ищет мост, всё ещё на берегу. Просветление — это не переход на другой берег, а растворение самого понятия «берег».
Поэтому да, «труд во сне — дело неблагодарное». Но тот, кто говорит это, всё ещё трудится — он трудится над тем, чтобы не трудиться. Истина же проще: когда исчезает трудящийся, исчезает и труд. Остаётся лишь игра — лила — в которой условная нравственность возникает и исчезает сама собой, как погода в небе, которое она никогда не может ни запятнать, ни улучшить.
Ваш комментарий — не возражение, а прекрасное картографирование последней границы, где ум сдаётся. За этой границей — не ответ, а молчание, из которого все ответы рождаются.
Уточнение, объект и субъект, это два внутренних ощущения которые «борются» друг с другом, сопротивляются друг другу. Одно внутренне ощущения помечается как внутреннее эго, другое ощущение как внешний объект.
когда человек начинает осознавать из непосредственного опыта, что субъект и объект это одно и тоже, что это внутренние ощущения. борьба и сопротивление становится бессмысленной.
такая цель бывает? — я слышал о цели «победить» )
Защита (себя) — это вынужденное действие, которое никак не может быть целью… Другое дело, это защитить кого-то, слабого. Это уже может быть целью.
Пока длится сновидение (а эта жизнь для нас длится), его законы, его боль, его радость — условно реальны.
Именно, что условно. Поэтому и законы условны (допустим, мы говорим о нравственном законе). А условные законы — это не реальные законы. Им не обязательно следовать. Они не отражают никакой глубинной реальности. Но, с другой стороны, не следовать им — это проявлять безнравственность, эгоистичность. А эгоистичность — это манифестация того факта, что нет прозрения в абсолютную реальность, где нет никакого реального эго и, следовательно, его манифестаций. Получается безнравственность — это указание на отсутствие преображения согласно абсолютной реальности. Но благодаря (нео)адвайте можно всегда оправдать отсутствие преображённости. Ведь в сновидении преображённость не имеет значения. Это кажущийся спасительный круг для адвайтина. Который, по факту, тянет ко дну…
Его действия становятся спонтанными, чистыми, лилой — игрой, лишённой личной заинтересованности, но оттого парадоксально более сострадательными и точными.
А в чём их чистота? В чём причина их чистоты? Почему имено чистоты? Если его действия скорее не лишены нравственного закона и в этом их чистота, то тогда можно говорить о той имманентности, которую и отрицает (нео)адвайта. Повторюсь, сновидение не отражает в себе никакую реальность (Сагуна-Брахман иллюзорен). Иначе нет внятного объяснения чистоте и нравственности просветлённого. Вы это и демонстрируете, говоря о парадоксе. Но устранение этого парадокса с мировоззренческой точки зрения возможно только тогда, когда устраняется сама (нео)адвайта с её реальностью заключённой лишь в Ниргуна-Брахмане. Если же просветлённый может быть каким угодно, не обязательно нравственным, то адвайтинам можно спать спокойно. Именно последнее они и выбирают. Т.к. это логично вытекает из учения и не так трудно, т.к. привычно. А труд во сне — дело неблагодарное. )
Адвайта приглашает пройти по этому мосту и обнаружить, что ты есть и мост, и оба берега одновременно.
Напротив, адвайта как раз и не даёт моста. Как раз по тем причинам, что были озвучены выше. )
Вы говорите: «Условные законы — это не реальные законы. Им не обязательно следовать.» — и это голос самого сна, который, узнав о своей условности, тут же пытается использовать это знание для самооправдания. Это последняя и самая утончённая ловушка эго: «Раз всё иллюзорно, то и правила — ничто». Но давайте спросим: Кому не обязательно? Тому, кто уже пробудился от отождествления с персонажем сна, или тому, кто всё ещё цепляется за него, но теперь прикрылся мантией «просветлённого»?
Для того, кто действительно узнал себя как сновидящее сознание, вопрос «следовать или не следовать» теряет смысл. Его действия больше не диктуются личной выгодой или страхом наказания условного «закона». Они становятся спонтанным и точным откликом на ситуацию, подобно тому как вода принимает форму кувшина. Эта спонтанность — не произвол. Это действие из целостности, а не для отдельного «я». Сострадание такого существа — не следование внешнему предписанию «будь добрым», а естественное, органичное движение, как у матери, берущей на руки плачущего ребёнка. В этом действии нет «следующего» и «закона» — есть только действие. Его «чистота» — в отсутствии деятеля, в безупречной анонимности происходящего.
Вы правы: с точки зрения ума, это парадокс. Ум хочет логичной системы: либо закон имманентен и реален, либо его нет. Адвайта указывает на третье: Закон — это часть сна, но тот, кто видит сон, уже не спит. Просветлённый действует в сне, но не ради сна. Его нравственность — не следствие знания закона, а следствие исчезновения того, кто мог бы быть безнравственным — отдельного эго с его корыстью и страхами.
Ваше опасение, что адвайта становится оправданием для безнравственности, — это диагноз состояния искателя, а не учения. Это признак того, что ум пытается использовать концепцию недвойственности для обслуживания двойственности. Подлинное пробуждение не делает человека аморальным; оно делает мораль неактуальной, заменяя её чем-то безгранично более целым и непосредственным — самой жизнью, проживаемой без посредника в виде отдельного «я».
Вы говорите, адвайта не даёт моста. Вы абсолютно правы. Адвайта — это не мост между двумя берегами сновидения. Это узнавание, что ты — это река, и всегда ей был. Тот, кто ищет мост, всё ещё на берегу. Просветление — это не переход на другой берег, а растворение самого понятия «берег».
Поэтому да, «труд во сне — дело неблагодарное». Но тот, кто говорит это, всё ещё трудится — он трудится над тем, чтобы не трудиться. Истина же проще: когда исчезает трудящийся, исчезает и труд. Остаётся лишь игра — лила — в которой условная нравственность возникает и исчезает сама собой, как погода в небе, которое она никогда не может ни запятнать, ни улучшить.
Ваш комментарий — не возражение, а прекрасное картографирование последней границы, где ум сдаётся. За этой границей — не ответ, а молчание, из которого все ответы рождаются.
когда человек начинает осознавать из непосредственного опыта, что субъект и объект это одно и тоже, что это внутренние ощущения. борьба и сопротивление становится бессмысленной.
Защита (себя) — это вынужденное действие, которое никак не может быть целью… Другое дело, это защитить кого-то, слабого. Это уже может быть целью.
и
Земля — Начала
— Летать…
:))
Потерял — Дыхание
и
Ветер — Замер
— в — Удивлении…
:))
Всё — Иллюзия
Почему
Ты — Боишься
— Ошибиться...?!?
А в чём их чистота? В чём причина их чистоты? Почему имено чистоты? Если его действия скорее не лишены нравственного закона и в этом их чистота, то тогда можно говорить о той имманентности, которую и отрицает (нео)адвайта. Повторюсь, сновидение не отражает в себе никакую реальность (Сагуна-Брахман иллюзорен). Иначе нет внятного объяснения чистоте и нравственности просветлённого. Вы это и демонстрируете, говоря о парадоксе. Но устранение этого парадокса с мировоззренческой точки зрения возможно только тогда, когда устраняется сама (нео)адвайта с её реальностью заключённой лишь в Ниргуна-Брахмане. Если же просветлённый может быть каким угодно, не обязательно нравственным, то адвайтинам можно спать спокойно. Именно последнее они и выбирают. Т.к. это логично вытекает из учения и не так трудно, т.к. привычно. А труд во сне — дело неблагодарное. )
Напротив, адвайта как раз и не даёт моста. Как раз по тем причинам, что были озвучены выше. )
если помочь в том, чтобы направить размышления в определенное русло, то здесь даже и не нужно ждать просьбы о помощи.
На фига он создал этот ужасный Сансарический мир!
Выкатить претензию!
Почему к нему у вас не возник этот резонный вопрос?))