Что может быть забавнее умереть без физической кончины тела?.. А еще забавнее вновь воскреснуть… И так сотни раз. Это просто не передать какое счастье слышать все происходящее вокруг будучи мертвым на уровне психики… Бесконечно купаться в блаженстве наполняющем пространство тела. Это как сознательно растягивать момент умирания… Ведь именно так описывают свои переживания те, кто пробывал одной ногой твердость загробной почвы. Да, медитация- это искусство зависания над обрывом небытия, это искусство длить предсмертность, левитировать в ней. Действительно человек счастливейший из зверей… Секрет в том, что смерть дает освобождение всем… Не зря у нее сладкий вкус… И только человеку дано обмануть природу и наслаждаться этим медом мудрости вновь и вновь… Получить освобождение психической боли оставляя в живых биологическую структуру. Это просто чудо.
Недавно снился сон, в котором я тоже был искателем. И даже читал какие то «святые» тексты. И даже успел поругаться с другом по поиску…
Невероятная хохма всего сна в том, что я-искатель в том сне, ничего не помнил обо мне-искателе здесь! Что же тогда ищет? Что может быть в любом месте, в любой ситуации совершенно непринуждённо?
Кто нибудь может подумать воображение, но это не так, поскольку в воображении ты всё равно помнишь о себе «реальном».
Где сон, а где «настоящая » реальность?
Понимаю старика Лао цзы, с его вопросом кто я — Лао-цзы которому снится что он бабочка, или бабочка, которой снится что она Лао цзы?
Есть нечто которому всё рАвно, во что и кем играть.)
Если что-либо видится тебе единственно важным, но совершенно недостижимым, то это ещё не причина отчаиваться — ведь ты всегда и везде делаешь всё возможное и всё от тебя зависящее для достижения заветной цели.)
Люди обозначили себя как люди,
а то, чем они непрестанно занимаются — назвали Жизнью.
Так появились люди, у которых есть Жизнь.
Потом они начали оценивать её, как хорошую и не очень,
и начали прилагать усилия, чтоб всегда было «очень».
Окружающий мир они тоже поделили на «живой» и «неживой».
Живой они всячески переобуславливали, подвергая своим дрессировкам,
«неживой» просто пользовали, или ломали.
Иногда им было страшно, и всё шло как-то не так,
— тогда они придумали себе Бога,
который был бы ответственным за всё происходящее.
Стало полегче…
«Виновник Торжества» был найден.
Потом, правда, некоторые разуверились и в Нём,
наивно решив, что сами с усами, и Жизнь — это такая штука,
которая целиком зависит от Них.
Вот так и бродют люди по этому глиняному Шарику,
думая что живут…
Давно это началось,
но с тех пор мало что изменилось…
Миг за мигом, не спится, открытые окна…
Мне очей не сомкнуть, ну а сны уж летят чередой…
Я глаза позабыл на последней странице,
когда книжка закончилась вместе со мной.
Мне теперь предстоят миллиарды открытий:
путешествий, явлений, позабуду про сон и покой…
Это сны лихорадят тетради сомнений,
в подстаканнике чай с лебедой.
Миг за мигом пусты…
И сквозь полустанки событий,
Цистерны летят со свободой, маслянистой, как нефть,
Под завязку закачаны богом, герметично закрыты…
Запечатаны единственным словом-смерть.