Работа, стол, монитор
Рутина скрипит у виска…
Хурма в пакете с обедом,
Да пошла ты нах@р тоска

)))

Обед мне собранный женою…
Котлет откушав, с огурцом!
Я думаю о ней с Любовью
И день весь буду Молодцом!

))))

Сита однажды находилась в лесу среди жён различных риши и самих риши. Когда жёны спрашивали её, кто был ее мужем среди этих риши (Рама сам присутствовал там как риши), она отвечала отрицательно, если ей указывали на кого-то, и просто опустила голову, как только указали на Раму. Её молчание было красноречивым.

Подобным образом Веды красноречивы, утверждая «нэти»–«нэти» и затем храня молчание. Их молчание есть состояние Реальности. Таков смысл описания Молчанием. Когда источник «я»-мысли достигнут, она исчезает, а то, что остается, есть Атман.

В: Вместо того чтобы помогать людям в их поиске просветления, вы, похоже, иногда
подталкиваете их оставить его. Вы советуете людям увидеть, чем это является на самом
деле, не обязательно для того, чтобы они смогли достичь его, но чтобы перестать пытаться.
Это справедливое утверждение?
Дж.М.: Конечно. То, чем это является на самом деле, настолько далеко от того, что ищут
духовные искатели, что пытаться отвратить их даже гуманно. Безусловно, неоконченный
поиск сам по себе является темой, темой всей жизни, и именно этим в действительности
занимается большинство людей. Для нихцелью является поиск, а не нахождение.
В: Но они не осознают, что ищут ради поиска, а не ради действительного достижения
искомого?
Дж.М.: Конечно, так должно быть. И здесь я должен вам напомнить, что в контексте
пребывания человеческим существом на планете Земля поиск истины имеет смысл, а
нахождение – нет.
В: Вообще-то, вы говорили, что просветление – штука несколько глупая.
Дж.М.: Да, всё это дело немного чокнутое.
В: Странно слышать, как просветлённый мастер называет духовное просветление
«чокнутым».
Дж.М.: Ну, не знаю. Всё чокнутое. А что не чокнутое? Первая Благородная Истина это
не «Жизнь есть страдание», а «Жизнь – чокнутая». Самые чокнутые люди это те, кто
воспринимает это наиболее серьёзно, и никто не воспринимает это серьёзнее, чем тот, кто
хочет пробудиться.
В: Значит, духовные искатели – самые чокнутые?
Дж.М.: Ну, на свете полно странно серьёзных людей.
В: Вы стараетесь избежать называть духовных искателей самыми чокнутыми людьми?
Дж.М.: Нет, я не говорю так, потому что не думаю, что духовные искатели в основном
такие уж серьёзные. Тот, кто действительно находится в процессе пробуждения, будет самым
серьёзным человеком, которого можно вообразить, но этого нельзя сказать о многих.
В: Просветление обычно рекламируется как величайшее из достижений, как само-
совершенство, как высочайшая цель человечества, предельная задача всякого поиска, но в
ваших устах оно
Читать дальше →

Когда я просыпаюсь утром, во мне вспыхивает Точка Боли. Она локализована точно в центре грудины, хотя затем может «плавать», сдвигаясь влево до уровня соска или совсем немного вправо. Боль острая, ясная и чистая. Она абсолютно нейтральна, у нее нет никаких причин. Можно сказать, «душа болит» — неясно, ни зачем, ни почему. Еще можно сказать, что это квинтэссенция страдания, его чистый экстракт. Боль притягивает внимание. И когда внимание привлекается к ней, становится понятной еще одна тенденция: в этой боли есть своя сладость. Она раскрывается позже, когда я наблюдаю, как к боли притягиваются как магнитом мысли, ее усиливающие.

Это могут быть мысли о вине, обиде — о чем угодно, что содержит в себе ноту, способную усилить боль или поддержать ее на определенном уровне. Также сюда подверстывается ощущение массивной, неисправимой недостаточности, пустоты, «дыры» — чего угодно. Но это все уже вторично. Сами по себе мысли не несут страдания, оно не коренится в мыслепотоке, но совсем наоборот: уже готовое, данно страдание привлекает соответствующие мысли. Так, например, пресловутая «недостаточность» есть лишь подходящий образ, которым описывается явление, данное не в образах, но лишь в ощущениях. Это сравнительно вольная интерпретация некоей конкретной данности.

Я заметил, что весьма охотно и даже вполне намеренно позволяю мыслям, заряженным страданием, утремляться к Точке Боли. Там есть однозначно мое желание, мое «позволение». И через это становится понятно, что я на самом деле желаю испытывать боль, поскольку в ней скрыто удовольствие.

Кроме того, я обнаружил, что Точка Боли, связанная эмоционально и квазифизически с телом, и есть то, что обычно принято считать «собой». Если расчистить поле вокруг этой точки от мыслей и прочих построений, становится понятно, что «найденный я» и есть это. Точка, пункт. Чтобы всегда точно и однозначно локализовать этот пункт, то есть «быть» в обычном смысле этого слова, мне нужно его постоянно стимулировать. Чем интенсивнее
Читать дальше →

Смотришь под ноги,
Да, земля уходит.
Разверни взгляд,
Да, взлетаешь!

Стоять на ногах
Не боясь высоты
Простая красота
Не знает гордыни

По дороге домой периодически захожу в овощной ларек, где обитает любопытный персонаж. Это работник магазина, который в любое время дня и года повернут ко мне спиной. На входе в кибитку на весах стоит маленькая худенькая приветливая дагестаночка. На улице вокруг коробок с овощами хлопочет молодой парень дагестанец. А в глубине ларька в полусогнутом виде, к стене передом, ко мне задом стоит русский парень, с легким налетом блаженности. Когда бы я не зашел, он стоит над мешком-сеткой и выкладывает из него овощи в коробки. Я не вижу его лица, но слышу его голос. Когда я спрашиваю девушку, какую бы картошку она посоветовала мне купить, чтобы она была разварчистой, парень, оставаясь повернутым ко мне спиной, отвечает: «У меня процесс варки картошки плавно переходит в процесс жарки». Когда я спрашиваю девушку, хрустящие ли яблоки? Парень из-за спины отвечает: « Цапля сохла, цапля чахла, цапля сдохла». Когда я спрашиваю: «А где у вас белый лук?» Парень выдает: «Нельзя объять необъятное». Каково? Я смотрю на девушку круглыми глазами, девушка смотрит на меня, поджимая нижнюю губу, поднимая брови и покачивая головой, говорит: «Трудный случай пунктуации...»

…

В мои пять лет один год казался вечностью.
В десять лет один год казался пятидесятью годами.
В пятнадцать лет один год казался двадцатью годами
В двадцать лет один год казался десятью годами.
В двадцать пять лет один год казался трем годами.
В тридцать лет один год казался одним годом.
В сорок лет один год казался полугодом.
В пятьдесят лет один год кажется – фьють!!!
В шестьдесят лет время
Читать дальше →