Возникает сомнения — ищи сомневающегося!

Возникает непонимание — ищи непонимающего!

Возникают заблуждения — ищи заблуждающегося!

Возникают вопросы — ищи спрашивающего!

Это — практика! И ничего другого!

selfrealization.mybb.ru/viewtopic.php?id=656&p=76#p45224

Я плакал слезами восторга в храмах у святых ликов под ангельское пение.
Тогда мне не приходило в голову, что то же самое можно делать на рынке.

Я размышлял день и ночь о драгоценном человеческом рождении,
Страданиях сансары, болезни и смерти, карме и реинкарнации,
И, испытав жуткое отвращение к сансаре,
Я раздал имущество, отрекся от мира и семьи, став монахом.
Но Истина ни на шаг не стала ближе.

Впрочем, я хотя бы понял ее цену.

* * *

Я соблюдал Яму и Нияму, постился и подавлял желания, объявив им войну.
Я стал фанатиком Святости, Чистоты и Света,
Я даже видел Небеса и Богов,


Читать дальше →

процесс, который проходит буддийский йогин на пути к Окончательному Просветлению

1. Ступень однонаведенности (Спокойствие Ума-сути, но йогин еще не искоренил дуалистический взгляд и не осознал практически и в полном объеме несотворенную пустоту ума);
2. Ступень вне слов – игрушек (Йогин видит первозданное состояние ума. Благодаря прямому опыту с Умом-сутью, он избавляется навсегда от сансарических взглядов игры слов: «один-много», «хорошо-плохо», «да-нет», «кончное-бесконечное». Эта ступень считается ступенью Начального просветления);


3. Ступень одновкусовости (Йогин свободен от всех препятствий и помех (царство идентичности сансары и нирваны, что не следует путать с монизмом);
4. Ступень не-практики. (Йогин достиг последнего царства. Ему больше не чего искать или узнавать: он уже достиг состояния будды;)

Эванс Вентц

Стук колес,
Окутанный дымом.
Последний вагон…

Господи, я прошу не о чудесах и не о миражах, а о силе каждого дня. Научи меня искусству маленьких шагов.
Сделай меня наблюдательным и находчивым, чтобы в пестроте будней вовремя останавливаться на открытиях и опыте, которые меня взволновали.
Научи меня правильно распоряжаться временем моей жизни. Подари мне тонкое чутье, чтобы отличать первостепенное от второстепенного.
Я прошу о силе воздержания и меры, чтобы я по жизни не порхал и не скользил, а разумно планировал течение дня, мог бы видеть вершины и дали, и хоть иногда находил бы время для наслаждения искусством.
Помоги мне понять, что мечты не могут быть помощью. Ни мечты о прошлом, ни мечты о будущем. Помоги мне быть здесь и сейчас и воспринять эту минуту как самую важную.
Убереги меня от наивной веры, что все в жизни должно быть гладко. Подари мне ясное сознание того, что сложности, поражения, падения и неудачи являются лишь естественной составной частью жизни, благодаря которой мы растем и зреем.
Напоминай мне, что сердце часто спорит с рассудком.
Пошли мне в нужный момент кого-то, у кого хватит мужества сказать мне правду, но сказать ее любя!
Я знаю, что многие проблемы решаются, если ничего не предпринимать, так научи меня терпению.
Ты знаешь, как сильно мы нуждаемся в дружбе. Дай мне быть достойным этого самого прекрасного и нежного Дара Судьбы.
Дай мне богатую фантазию, чтобы в нужный момент, в нужное время, в нужном месте, молча или говоря, подарить кому-то необходимое тепло.
Сделай меня человеком, умеющим достучаться до тех, кто совсем внизу.
Убереги меня от страха пропустить что-то в жизни.
Дай мне не то, чего я себе желаю, а то, что мне действительно необходимо.

-Я сошёл с ума.
-Боюсь, что да.Совершенно свихнулся.Но открою тебе секрет.Безумцы всех умней…

Если ты осознал то Абсолютное Единое, которое свободно от пронизывающего и пронизываемого, то как ты можешь думать об Атмане как о заметном или неуловимом?

*******

Мне кажется, что изначально присущее Мне «я» и Высшее «Я» воистину тождественны и в точности подобны единому непрерывному пространству. Как, в таком случае, там может быть медитирующий и медитация?

*******

Атман не может быть очищен посредством практики шести ответвлений йоги, или посредством уничтожения ума, или посредством предписаний учителя. Атман – это Сама Реальность, и Это – Сама Чистота (Просветлённость).

*******

У Меня нет ни гуру, ни ограничивающих предписаний, ни признаков, ни действий. Знай, что Я, несомненно, бестелесен и невещественен, подобно пространству, и абсолютно чист по самой своей природе.

*******

Знание «Я» не обусловлено рассуждением, практикой медитации, предписаниями гуру или чем-либо ещё в пространстве или во времени. Я по самой своей природе то абсолютное Знание, Реальность, которая изначально присуща Мне, извечная и безграничная, как пространство.

*******

О ум, для тебя нет ни дня, ни ночи, ни восхождения, ни падения. Как может мудрый представлять бестелесное существо имеющим тело?

*******

Мой друг, Я обращаюсь к твоему уму – какой смысл в этих многочисленных праздных разговорах? Мой друг, Я обращаюсь к твоему уму – всё это – только догадки и предположения. Я сказал тебе то, что является самой сутью: Ты – воистину Реальность, безграничная, как пространство.

*******

Ум не в состоянии охватить Брахмана, и речь не может выразить Его, а что же тогда говорить о предписаниях гуру! Эта единая и неделимая Истина сияет для всегда единого с Брахманом гуру, говорящего эти слова.

Павел Тюрин. Будний день в раю


Павел Тюрин. Берег

Божественное распространяется во все стороны света, несмотря на то, что остаётся в одном месте.Оно движется всюду, хотя не делает для этого усилий.Кто может лучше меня знать это божественное, которое не раздувается от гордости из-за своего богатства?

Интеллигентный человек освобождается от всякой печали и горя, когда узнает великое, вездесущее божественное, бестелесное и неизменное внутри постоянно изменяющегося тела.

Божественное нельзя узнать через речь, через интеллект или через прослушивание многословных лекций.Божественное может узнать только тот, кого божественное само выбрало.Для такого человека божественное открывает свою истинную природу.

Никто не знает о том, где и как существует божественное.Все живые существа в пору пралайи, распада вселенной, станут пищей для божественного, и даже смерть, разрушитель всего, станет не более, чем гарниром для божественного.

Упанишады.

Божественное можно узнать, но не до конца.Вы можете полностью узнать только то, что меньше вас, что вы можете окружить и понять со всех сторон.
Никто не может узнать божественное до конца.Это тайна останется тайной.Вы можете прыгнуть в него и сказать, что осознали его или объединились с ним, но никогда не можете сказать, что вы познали его.Вы можете объединиться с ним, но не узнать его.
Познание-это бесконечное путешествие, оно никогда не заканчивается.

Ошо.

Мы думаем особенно напряженно в трудные минуты жизни, — пишем же лишь тогда, когда нам больше нечего делать.
Так что писатель только в том случае может сообщить что-либо интересное или значительное, когда он воспроизводит прошлое. Когда нам нужно думать, нам, к сожалению, не до писания. Оттого-то все книги, в конце концов, являются только слабым откликом пережитого.
*********************************************************************************************************************************
Если к Достоевскому пришел человек и сказал о себе, что он безнадежно несчастен, великий художник людского горя, вероятно, в глубине души хохотал бы над ним и его наивностью. Разве можно сознаваться людям в таких вещах? Разве можно так жаловаться и ждать все-таки утешения от ближних?

Безнадежность — торжественнейший и величайший момент в нашей жизни. До сих пор нам помогали — теперь мы предоставлены только себе. До сих пор мы имели дело с людьми и человеческими законами — теперь с вечностью и отсутствием всяких законов. Как можно не знать этого!
****************************************************************************************************************************************
Наполеон слыл знатоком человеческой души, Шекспир тоже. И их знания не имеют меж собой ничего общего
***************************************************************************************************************************************
Что человек — почти каждый — десять раз на день меняет свои убеждения, это ясно для всякого беспристрастного наблюдателя. Об этом много раз говорилось, это служило предметом сатирических и юмористических изображений для многих писателей. И в том, что быть неустойчивым в своих суждениях — это порок, никто не сомневался. Наше воспитание на три четверти сводится к тому, чтобы приучить нас самым тщательным образом скрывать в ce6e переменчивость в суждениях и настроениях. Человек, не умеющий сдержать свое слово, — последний человек: на него ни в чем нельзя положиться. Тоже и человек, не имеющий прочных убеждений: совместная деятельность с ним невозможна. Мораль, здесь, как и всегда, исходящая из утилитарных соображений, выдвигает «вечный» принцип: ты должен всегда оставаться верным своим убеждениям. В культурных кругах эта заповедь считается до того незыблемой, что люди даже пред собою боятся оказаться непостоянными. Они окаменевают в своих верованиях, и для них нет большего стыда, чем признаться, что они переменили свои мнения. И когда прямые люди, как Монтень, открыто рассказывают о непостоянстве своих взглядов и настроений, — это многим даже кажется неправдой, клеветой на самого себя. Не нужно ни видеть, ни слышать, ни понимать, что вокруг тебя происходит: раз ты сформировался, ты потерял право расти, ты должен оставаться статуей, о которой все знают, в чем ее качества и в чем недостатки.
*************************************************************************************************************************************
Стремление понять людей, жизнь и мир мешает нам узнать все это. Ибо «познать» и «понять» два понятия, имеющие не только неодинаковое, но прямо противоположное значение, хотя их часто употребляют как равнозначащие, чуть ли не как синонимы. Мы считаем, что поняли какое-нибудь новое явление, когда включили его в связь прочих, прежде известных. И так как все наши умственные стремления сводятся, к тому, чтобы понять мир, то мы отказываемся познавать многое, что не укладывается на плоскости современного мировоззрения. Например, лейбницевский вопрос, поставленный Кантом в основание критики разума: как можем мы познать находящуюся вне нас вещь, если она не входит в нас? Это непонятно, т. е. не мирится с нашим представлением о понимании. Значит — это нужно вытеснить с поля зрения, что и попытался сделать Кант. А казалось бы, наоборот; казалось бы, что в интересах знания нужно бы жертвовать — и очень охотно — пониманием, ибо понимание есть все-таки второстепенная вещь: zu fragmentarisch ist Welt und Leben!..