Вы говорите из привычной рамки восприятия, где субъект — это нечто устойчивое: тело, обладающее мыслями, желаниями, внутренним пространством. Это нормально. Так мыслит большинство. Но тот текст, который Вы комментируете, указывает на то, что всё это — явления, а не доказательство существования независимого «я».
Да, в восприятии различаются тела.
Да, есть желания — чувствовать себя хорошо, выглядеть определённым образом.
Да, всё это имеет место.
Но разве в этом обнаруживается тот, кому это принадлежит?
Или просто возникает очередная мысль о том, что это принадлежит «мне»?
Речь не идёт о том, чтобы отрицать тело или ощущения.
Речь — о том, чтобы увидеть: всё возникает, но не у кого-то.
И даже если возникает чувство «у меня» — это ещё одно явление, ещё одна форма.
Вы предлагаете вернуться к привычной точке отсчёта: «ну ведь есть Вы, отличающийся от других».
Но в этом уже предположен субъект, а именно его существование и ставится под вопрос. Не концептуально — напрямую, в созерцании.
Разве можно указать, где находится это «Вы»?
Если честно посмотреть:
возникают образы, слова, чувства, телесные ощущения, различия — но возникает ли центр, тот, кто их удерживает?
Мысль — да.
Тот, кто мыслит — только как ещё одна мысль.
Такова природа указания.
Оно не требует веры, только честного смотрения.
То, что я собираюсь сделать ниже, это просто „описать“ недвойственное Я прямо сейчас…
Попытка описать недвойственное Я уже создаёт ментальный объект, «нечто». Недвойственное не может быть схвачено или передано, даже в «потоке сознания».
Вы всегда знали, что вы есть вы.
Оставляет «вы» как устойчивого субъекта, тогда как суть недвойственности — отсутствие устойчивого «я» или «вы» как такового. Создаёт иллюзию якобы неизменного наблюдателя, что удерживает идентичность.
Иван возникает в пространстве этого Я ЕСТЬ…
Делает Я ЕСТЬ неким местом, пространством или «контейнером», то есть объектом. «Я ЕСТЬ» перестаёт быть ускользающим качеством осознавания и становится чем-то фиксированным.
Я не говорю сейчас с Иваном, я говорю с тобой.
Это дуализм. Присутствует разделение между «я» и «ты», даже если это «ты» — якобы истинный свидетель. Всё ещё используется форма диалога, а значит сохраняется иллюзия двоих.
Сие Я есть Бог. Бог читает эту страницу.
Персонализация Абсолюта (как «Бог») — это введение объекта, пусть и трансцендентного. Это добавляет эмоциональную и религиозную окраску, которая уводит от безличностного характера осознавания.
Ты есть то, что было тобою ещё до Большого взрыва.
Указание на «тебя до» — это временная концепция. Любое «до» и «после» — время. Но суть недвойственности — вневременность, вне линейной причинности.
Сознайся, что ты есть Бог. Сознайся, что ты есть Красота.
Взывает к якобы субъекту, способному признать нечто. «Сознайся» предполагает личное усилие или акт признания. Это само по себе отрицает самоосвобождённость или уже-есть.
Тебе известно, что ты окончательно, подлинно, истинно дома…
Намёк на фиксацию: что-то «окончательное», нечто достигнутое. Адвайта не про достижение или фиксацию в переживании. Всё что фиксируется — ум.
Поскольку ты уже напрямую, непосредственно и сокровенно един…
Слово «един» снова предполагает два элемента, которые соединились. Это скрытый дуализм. Истина недвойственности — отсутствие двух с самого начала.
Будьте этим Одним.
Быть Одним» — значит сделать Абсолют объектом. Адвайта — не про «Одного» в противоположность «многим», это не позиция. Недвойственность — это отсутствие противоположностей вообще.
Передайте мою любовь Ивану.
Эстетичный финал, но возвращает обратно в роль и личность. Оставляет послевкусие «разговора» между двумя персонажами, от чего текст вроде как уходит, но в итоге возвращается.
Эти фразы звучат красиво и эмоционально, но они полны указаний на субъект, объект, усилие, временность и достижение. А именно это делает их противоречащими сути недвойственности — где нет субъекта, нет объекта, нет усилия и нет пути.
Вот недвойственное изложение того же направления — без субъекта, без усилия, без идеи «кем-то стать», без «Абсолюта как объекта», без высокопарной мистики. Просто указание на То, что есть — всегда.
Нет наблюдателя, нет наблюдаемого.
Возникает чтение. Возникает восприятие этих слов. Возникает осознавание.
Но не тем, кто читает.
Мысли появляются — без того, кто их думает.
Тело дышит — без дыхающего.
Внимание движется — без того, кто бы мог им управлять.
Никогда не было того, кто «искал» и не будет того, кто «нашёл».
То, что есть сейчас — не результат усилий. Это не можно удержать, постичь, обрести.
Оно не пришло.
Оно не уходит.
Оно не знает себя.
Тишина — без слушающего.
Ясность — без осознавшего.
Покой — без того, кто бы мог в нём «остаться».
Всё, что есть — Это.
Ни один концепт не ближе к Нему, чем другой.
«Абсолют», «покой», «я» — лишь формы, возникшие в том, что не имеет формы.
Нет центра. Нет края.
Всё происходит — без происходящего.
Здесь — не точка. Не место.
Не «у тебя» и не «во мне».
Просто — Это.
Оно не утверждает: «Я — Бог».
Оно не говорит: «Я — ничто».
Оно не говорит.
…
Возникает желание понять — оно тоже возникает.
Возникает мысль: «ну вот, теперь я понял» — и это тоже.
Возникает «Иван» — как форма.
Возникает «вселенная» — как форма.
Возникает «возникновение» — как концепт.
Всё возникает.
Но не в чём-то. И не для кого-то.
Это нельзя назвать. Нельзя удержать.
Но Оно — и есть.
Прямо сейчас. Без напряга. Без правильности. Без ошибки.
Просто Это.
предложил посмотреть
Вы говорите из привычной рамки восприятия, где субъект — это нечто устойчивое: тело, обладающее мыслями, желаниями, внутренним пространством. Это нормально. Так мыслит большинство. Но тот текст, который Вы комментируете, указывает на то, что всё это — явления, а не доказательство существования независимого «я».
Да, в восприятии различаются тела.
Да, есть желания — чувствовать себя хорошо, выглядеть определённым образом.
Да, всё это имеет место.
Но разве в этом обнаруживается тот, кому это принадлежит?
Или просто возникает очередная мысль о том, что это принадлежит «мне»?
Речь не идёт о том, чтобы отрицать тело или ощущения.
Речь — о том, чтобы увидеть: всё возникает, но не у кого-то.
И даже если возникает чувство «у меня» — это ещё одно явление, ещё одна форма.
Вы предлагаете вернуться к привычной точке отсчёта: «ну ведь есть Вы, отличающийся от других».
Но в этом уже предположен субъект, а именно его существование и ставится под вопрос. Не концептуально — напрямую, в созерцании.
Разве можно указать, где находится это «Вы»?
Если честно посмотреть:
возникают образы, слова, чувства, телесные ощущения, различия — но возникает ли центр, тот, кто их удерживает?
Мысль — да.
Тот, кто мыслит — только как ещё одна мысль.
Такова природа указания.
Оно не требует веры, только честного смотрения.
С уважением.
Вы хотите и хорошо выглядеть
и чувствовать себя хорошо (?)
Ваше тело от тел других людей?
внутреннем пространстве
есть Вы как тело…
пишут о своё пространстве восприятия.
Эстетичный финал, но возвращает обратно в роль и личность. Оставляет послевкусие «разговора» между двумя персонажами, от чего текст вроде как уходит, но в итоге возвращается.
Эти фразы звучат красиво и эмоционально, но они полны указаний на субъект, объект, усилие, временность и достижение. А именно это делает их противоречащими сути недвойственности — где нет субъекта, нет объекта, нет усилия и нет пути.
Вот недвойственное изложение того же направления — без субъекта, без усилия, без идеи «кем-то стать», без «Абсолюта как объекта», без высокопарной мистики. Просто указание на То, что есть — всегда.
Нет наблюдателя, нет наблюдаемого.
Возникает чтение. Возникает восприятие этих слов. Возникает осознавание.
Но не тем, кто читает.
Мысли появляются — без того, кто их думает.
Тело дышит — без дыхающего.
Внимание движется — без того, кто бы мог им управлять.
Никогда не было того, кто «искал» и не будет того, кто «нашёл».
То, что есть сейчас — не результат усилий. Это не можно удержать, постичь, обрести.
Оно не пришло.
Оно не уходит.
Оно не знает себя.
Тишина — без слушающего.
Ясность — без осознавшего.
Покой — без того, кто бы мог в нём «остаться».
Всё, что есть — Это.
Ни один концепт не ближе к Нему, чем другой.
«Абсолют», «покой», «я» — лишь формы, возникшие в том, что не имеет формы.
Нет центра. Нет края.
Всё происходит — без происходящего.
Здесь — не точка. Не место.
Не «у тебя» и не «во мне».
Просто — Это.
Оно не утверждает: «Я — Бог».
Оно не говорит: «Я — ничто».
Оно не говорит.
…
Возникает желание понять — оно тоже возникает.
Возникает мысль: «ну вот, теперь я понял» — и это тоже.
Возникает «Иван» — как форма.
Возникает «вселенная» — как форма.
Возникает «возникновение» — как концепт.
Всё возникает.
Но не в чём-то. И не для кого-то.
Это нельзя назвать. Нельзя удержать.
Но Оно — и есть.
Прямо сейчас. Без напряга. Без правильности. Без ошибки.
Просто Это.