в звуках бхаджана утренний рассвет и вечерний закат
тишина взрывается золотом и опадает перламутровыми листьями
между счастьем и болью целый миг длинною в неизмеримое пространство
как между вдохом и выдохом целая жизнь одного организма
но что для Вселенной эта микроскопическая жизнь
когда Она набирает в легкие воздуха
рождаются измерения Пространства
а Ее выдох гасит Солнце
:::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::
Оперение нового дня, что рождается в звуках тантры
паззлы сложены календаря и санскритом прописаны мантры
неприметно на первый взгляд их звучание в шепоте ветра
и боюсь оторвать свой взгляд от мотива напетым
в твоих звуках я слышу нирвану
закрутилось
запуталась строчка буквы пляшут перед глазами
в них молитва
светла твоя грусть и многозначительна пауза вдоха
я люблю этот миг раскрывается линией кожа и пульсирует жизнь в каждой клетке
ты пронзительно жив и неистово смертен
в каждом выдохе Время воссоздает то, что живо извечно
на губах звук застрял
вдох сансары
Несколько месяцев от практики приятия удерживало ощущение, что это очень нудно, и что это не такая уж удачная идея, как вначале казалось.Длился скрытый протест по этому поводу.Видно постоянно обращать внимание туда, где больно, центрироваться на этом,- бередить рану — оо, не, это постоянный напряг.Лучше не задерживаясь, проскакивать, поскорее оттолкнуть этот момент.(Лучше не осознавать).Хотелось как-нибудь обойтись без техники приятия.
Но тут пришло понимание, что бесконечно долгое время нахождения под гипнозом идеи
существования «кого-то», испытывающего боль, требует для исцеления непрестанного возвращения туда, где ощущается «болящий», что также требует времени.
Т.е.длительный гипноз требует времени, что-бы осуществлялось противоположное гипнозу действие, снятие гипнотического воздействия ложной идеи. Без рутинной работы обойтись не удается:)
Пришла мысль: практика приятия — это практака «разгипноза», и это вовсе не занудно, это — круто!!!:)))
«Я» теперь практически «гипнотизер», ведун, снимает заговоры:))))))Ха-ха! С себя!:)))))
Что притязает на собственность, на авторство. Ничего такого, что реально способно действовать. Это просто мысль, которая случилась. А старание изо всех сил наделить ее большей реальностью, больше чем мыслью, функционером, приводит к страданию. Потому как если я смог так то смог бы и иначе. По факту никто ничего не может и все просто случается. Мысли, события, обуславливания. Одни мысли накладываются на другие, появляются и исчезают номинальные субъекты этих мыслей и все это ни что иное как проявление тотальности в данном моменте.
Классно. Пойду спать.
Я — Лир, король без королевства.
Сперва я видел плохих людей хорошими,
После вовсе не видел хороших людей,
А потом увидел, что их немало:
Корделия, Эдгар, шут…
Но с ума я сошел тогда,
Когда заглянул за кулисы
И увидел, как шут снимает колпак
И переодевается Корделией.
Значит, хороший человек — всего один,
Только надевает разные маски,
Чтобы мы не теряли надежды.
* * *
Я подстрочник,
Я прозрачник —
Между словом и делом,
Между человеком и человеком.
Я довесок к порции нужного,
Ложка меда в дегте или дегтя в меду,
Муть в стекле,
Шум в слухе.
Чем меньше меня, тем лучше.
Я посредник —
Чтобы кто-то понял другого,
Чтобы кто-то понял сам себя.
Поэт, подстрочник, переводчик, читатель,
А читатель, может быть, сам поэт —
И сначала, и по кругу:
Мир играет в испорченный телефон.
Не хочу быть порчею — быть собою.
Это вроде кровообращения:
Если жила самоутверждается —
Это спазм, и человек умирает.
Не нужно, чтоб меня чувствовали.
Я — подстрочник —
Переводом пусть будет кто-нибудь другой.
ТО, ЧТО ЕСТЬ СЕЙЧАС видится из абсолюта в относительности очень и очень пугающе:
— Неужели все ЭТО происходит со мной?
— Нет, ЭТОГО не может быть со мной!
— Я не мог родиться вот ЭТИМ!
— Всего ЭТОГО не должно было со мной случиться!
— Почему все ЭТО происходит со мной?
— Я намного больше, чем просто ЭТО!
— Я не должен вот так умереть!
— Я никогда не соглашусь с ЭТИМ положением дел!!!