Путь «пельмешек»

Обожаю мультик «Кунфу Панда». Помните, как Мастер Шику тренировал толстого Панду, разбрасывая повсюду пельмешки, не давая их раньше времени слопать? Вот она уникальная индивидуальная особенность!
Чтобы было с Пандой, если бы мастер Шику заставил его долбиться как Тигрицу? Правильно — закомплексованная (или горделивая) толстая размазня, полная чувства вины (или гордыни). Впрочем, и Тигрице нет смысла скакать по полкам, ловя пастью пельмешки от Шику! Тоже ерунда получится!
Поэтому пока мы (такие разные) не готовы прямо взорваться узнаванием «своей» Изначальной Природы, Мастер и вынужден разбрасываться уникальными и такими противоречивыми «пельмешками». А как ему указать, если Это ближе, чем дыхание?
Веселая игра в «непонимание» и радостная ловля «пельмешек», тем не менее, может длиться бесконечно. Вот поэтому Мастер и подсовывает Панде «пустой» свиток с зеркальной поверхностью. Чтобы — ах да! — Мастер Дракон это и есть Я! (А потом Панда и говорит злобному Тигру: ага, я тоже не сразу допер!)))
Остается только добавить: Не-Два и Кто это допер?
Обожаю этот мультик, как и Мастера Дракона
Читать дальше →

Найдем Его, убьем Его и будем наслаждаться....

Джидду Кришнамурти
Почему мы спешим к результату, к финишу? Почему ум всегда стремится к цели? Но почему он не стремится к своему концу? Мы устали и пресытились многим, чем раньше играли; мы отвернулись от старого и теперь ищем новых игрушек, которыми можно было бы забавляться. Мы переходим от одного к другому, как женщина, рассматривающая витрину магазина, пока не найдем то, что нас полностью удовлетворит, и тогда прочно устраиваемся, готовые застыть на месте. Мы всегда чего то жаждем; перепробовав многое, что не принесло никакого удовлетворения, мы хотим теперь самых предельных вещей: Бога, истину, все, что нам угодно. Мы жаждем результатов, новых переживаний, новых ощущений, которые оказались бы длительными, несмотря ни на что. Мы никогда не видим тщетности результата вообще, но готовы признать бесполезность данного результата. Так мы странствуем от одного результата к другому в надежде когда либо найти то, что положит конец всякому исканию.

Когда переживание заканчивается, тогда существует опыт, результат. В момент переживания не существует никакого опыта; опыт — это память о переживании. Как только состояние переживания угасает, начинается опыт. Опыт всегда мешает переживанию, жизни. Результаты, опыт приходят к концу; но переживание неисчерпаемо. Когда память создает помеху неисчерпаемому, начинается поиск результата. Ум, сам являющийся результатом, всегда стремится к завершению, к цели, а это — смерть. Смерти нет, когда нет переживающего. И только тогда существует то, что неизмеримо.

Проблемы
Читать дальше →

Мэтт Корби, австралийский поэт-песенник.

Очень интересный вокал! Сам пишет, сам поет — молодец короче )))

Из интервью Директора Музея кино:

«Ведь кино — это сон. Половину фильма мы спим, потому что находимся в полной тьме.
Вы не знали это?
Движение на экране получается следующим образом. Есть аппарат, где крутятся три лепестка и три пробела. Через лепесток протягивается клеточка кадра, через него бежит луч; потом — пробел и снова лепесток с клеточкой. Таким образом, 24 раза в секунду вы смотрите на клеточку, а в остальное время находитесь в полной тьме — спите.
Вы воображаете себе движение, которое сами складываете в момент слепоты, прилепляя один кадр к другому.
И этот сон нам физически необходимо собрать и соединить со своей нервной системой. Именно поэтому всем после фильма надо с кем‐то поговорить, рассказать, поделиться.
Кино выполняет свою функцию только тогда, когда есть достаточное число людей, обговоривших фильм.
Чтобы вытащить киноисторию, надо собрать ее из генетического кода других существ».