Мысли появляются одна за одной, вроде ничего страшного, я бы сказал естественная штука:) Однако даже при простом их невовлеченном наблюдении чувствуется напряг, тоесть нет невовлеченнго наблюдения, есть тенденция по какому-то удержанию положительного состояния от мыслей, хочется чтобы негатив они не вызывали. Кажется если тотально отпустить наблюдение, то энергия высвободится и растворит наблюдающего, останется только наблюдение… Хочетя растворится, просто исчезнуть, чтобы все накрыло этой энергией, но что-то мешает:)

Чем на самом деле является исследование? — Хороший вопрос. И как большинство хороших вопросов, это основополагающий вопрос. Истинное исследование – позволяя себе любопытство, взяться за бесценную суть увлечённости. Все знают, как выглядит исследование, исходящее из стремлений разума – вопрос ради вопроса, или думаешь, будто должен исследовать. Это не увлечённость. Если ты чем-то увлечён, это попадает внутрь тебя. Проникает под панцирь, который удерживает тебя от эмоциональных переживаний или любопытства, панцирь, который не даёт происходить ничему действительно новому.

Итак, перед началом глубокого исследования чего либо, тебе нужно быть увлечённым этим. Увлечённым достаточно сильно, чтобы оно проникло под этот панцирь. Что действительно тебя интересует? Что заставляет тебя почувствовать себя здесь и сейчас, в эту самую минуту? Что является самым важным для тебя? Для настоящего, реального исследования, очень важно задаваться вопросом: «чем именно ты искренне увлечён?». Это должен быть личный вопрос, а не вопрос о духовном учении или о чём-то, что вне твоего переживания. Это должно быть чем-то, что поднимается у тебя изнутри.

Читать дальше →

Как бесконечны бесконечные мысли в бесконечности бесконечных проявлений ТОГО, ЧТО ЕСТЬ… Как скоротечны скоротечные волны в скоротечности океана скоротечных мыслеформ, вытекающих из ТОГО, ЧТО ЕСТЬ… Как просты самые простые вещи в свете ТОГО ЧТО ЕСТЬ… И как нелепы предположения о том, ЧЕГО НЕТ и НИКОГДА НЕ БЫЛО…

О чем поет кукушка на рассвете…
О чем жужжит пчела, сев на цветок…
О чем так громко радуются дети…
О чем тихонько шелестит листок…

Я вернусь в незнакомый город,
Встречу незнакомых людей,
Они меня встретят и вспомнят
Свое детство.
В их глазах не увижу тревоги,
Определю по блеску фонарей
Километры темной дороги,
Оставшейся за спиной.
Будем пить за новые лица,
С отсутствием прежнего блеска
В глазах, А старые будут снится
/или приходить в снах/.
Я вернусь в этот город,
Канувший в пучину лет,
Уносящих куда-то в небо
Прежний, веселый свет.

Сирень в твоих задумчивых,
Лишь взмахом вдохновляющих,
Восторженно опущенных
И сказочно чарующих глазах –
Лишь ветер поздней осени
В туманно простужающих
И насморком замученных,
Все время ожидающих,
С оттенком серой проседи
Словах.

Темный бархат на столе и нет зеркал,
За окном стучится дождь, да дорога без конца,
Ветер скрежетал всю ночь, утром перестал,
Покатилось утро прочь, не догнал.
Помнишь все, но ни к чему не лежит душа,
Очень холодно и вновь хочется тепла.
Первый лед и первый снег, осени уж нет,
Она быстро так ушла и растаял след.
Как потухшая свеча догорает день,
Снова вечер, как всегда, а за ним метель.
В темном городе дома, в окнах горит свет,
Под ногами тишина, впереди рассвет.
Без начала и конца протекает жизнь.
Утекает как вода в трубах дождевых.

Ветер швырял в лицо пачки листьев
Желтых, красных, зеленых, словно сумасшедший,
Он швырял их в лицо и они разлетались
В разные стороны еще свежие, пахнущие лишь
Воздухом, сырым воэдухом и осенью.
Затем они, как денежные купюры разного достоинства
Совершали изумительные пируэты и казалось,
Прохожие бросятся догонять, подбирать их,
Запихивать себе в карманы, за пояс и бегать,
Бегать в истерической возбужденности. А еще
Казалось, что этот-же ветер подхватит этого-же
Безумного прохожего, покружит и швырнет вниз,
Вместе с потоками воды, швырнет в свинцовую
Сырость и раздавит набежавшей волной и засыплет
Листьями. Сумасшедший осенний ветер...

За пыльным окном-окошком дорожка бежит, кружится,
Вьется змейкой, дымком витиеватым, грациозно.
Когда дождик, капли-капельки скатываются,
Поскрипывая по стеклу, резиновым звуком, нежно,
Глубоко и протяжно. Набухшие капли.
Стекло непрозрачное, мысли, рассеянные в разные стороны,
Бегут вдогонку друг за дружкой, опережая события и остановки,
Торопливо предсказывая будущее неизвестных людей. В точности.
Как встреча отголоском стрельнет в голове, в виске,
Слетит пелена со стекла, на тысячную долю, до бесконечности,
Просветлеет голова, и степь ковыльная, и неизъяснимость,
Как покрывало снега поздней осенью, и все вместится в миг,
А тишина пронзительностью взгляда из глубины просканирует
Обрывки снов, оторванные от материка острова-льдинки.
Когда дождик, все расплывается, смешивается, преобразуется,
Разливается на подоконнике, но уже по-другому, почти бесцветно, как будто шепотом, Лишь увеличивая, как увеличительное стекло, неровности, шероховатости Подоконника, покрашенного несколькими слоями белой масляной эмали,
Слой за слоем, год за годом, а в местах, где дерево обнажено,
Вода делает цвет этой древесины насыщенным и глубоким,
Открывая скрытое, размягчая
Читать дальше →