Практикующему искателю нужна только жажда Бога.
Если ему нужно сочувствие, то это будет практикующий искатель сочувствия.
Я не считаю, конечно, что сочувствие — это плохо. Это прекрасно.
Но к поискам Бога оно не имеет отношения от слова «вообще».
Хотя, скорей всего, я не прав. Сочувствие нужно искателю, но — не к нему — а от него. Если его нет, то о каком пути может идти речь? Только понты…
Смешно сказать, но я только недавно понял, в чём необычность Достоевского-писателя. Долгие годы оставалось такое школьное прямолинейное представление…
Оказывается, герои Фёдора Михайловича, например, упиваются своим ничтожеством. Своими опущениями.
И тот же Раскольников постоянно ищет повод, чтоб самому себя сдать ментам.
Едва ли у кого ещё в литературе есть такой подход…
Это я только маленькую частичку необычности этого писателя упомянул…
И это совсем не значит, что ФМ мне нравится. Или не нравится.
Мне правда интересно всё, что ты пишешь, но у меня к тебе одна просьба. Не мог бы ты… ну так, на полстраницы, изложить свой видение. Чтоб я лучше тебя понимал.
Многоточие русскому человеку — после слова «меня», полагаю, пояснять не надо… или надо? Ладно-ладно… Простонародное идиоматическое выражение, обозначающее контакт при соитии.
Когда есть наблюдатель, тогда… наш дуальный тюремный язык не подходит… но всё же попробую… Эти «ребята» (палач и компания) никуда не деваются, но они… теряют что ли свою важность.
По-моему, весьма удачно это показано в фильме «Игры разума».
За Иисуса, я, знамо дело, я говорить не буду, но когда я прихожу, например, в банк, то не говорю: «Случилось через этот организм тела-ума сюда прийти...». Я говорю: «Здравствуйте, мне нужно то-то и то-то». Но сознанием-то я понимаю, что всё просто происходит…
Если ему нужно сочувствие, то это будет практикующий искатель сочувствия.
Я не считаю, конечно, что сочувствие — это плохо. Это прекрасно.
Но к поискам Бога оно не имеет отношения от слова «вообще».
Хотя, скорей всего, я не прав. Сочувствие нужно искателю, но — не к нему — а от него. Если его нет, то о каком пути может идти речь? Только понты…
Ерунда это всё.
У Достоевского такое всё вывернутое и парадоксальное…
Конечно, здесь совсем не та площадка, чтоб общаться о литературе… но всё же приведу пример.
Родион размышляет типа: Тварь я дрожащая или право имею…
Если задуматься, то он, конечно же, именно тварь дрожащая… иначе даже не думал бы об этом.
Вот Наполеон, например, совсем не размышлял о такой ерунде, просто шёл и брал власть.
И такого у ФМ просто тонны.
Даже жаль немного, что мне сейчас литература не слишком интересна.
Оказывается, герои Фёдора Михайловича, например, упиваются своим ничтожеством. Своими опущениями.
И тот же Раскольников постоянно ищет повод, чтоб самому себя сдать ментам.
Едва ли у кого ещё в литературе есть такой подход…
Это я только маленькую частичку необычности этого писателя упомянул…
И это совсем не значит, что ФМ мне нравится. Или не нравится.
Просто его книги мало кто читал по-настоящему.
Мне правда интересно всё, что ты пишешь, но у меня к тебе одна просьба. Не мог бы ты… ну так, на полстраницы, изложить свой видение. Чтоб я лучше тебя понимал.
СУХОЙ ОСТАТОК
Комары меня…
А двуногие – тем паче.
И никак нельзя иначе.
Так устроено всё тут.
Что ещё тут понимать?
В чём ещё тут убеждаться?
Остаётся, вашу мать,
Этим только наслаждаться.
Но пока всё учитываешь, можно вляпаться ещё больше.
Пришёл в голову один смешной эпизод из жизни. Типа в тему. Хочешь расскажу?
Когда есть наблюдатель, тогда… наш дуальный тюремный язык не подходит… но всё же попробую… Эти «ребята» (палач и компания) никуда не деваются, но они… теряют что ли свою важность.
По-моему, весьма удачно это показано в фильме «Игры разума».
Только вот есть ещё нечто безобъектное, бесформенное, в котором вся эта хрень только и может существовать.
За Иисуса, я, знамо дело, я говорить не буду, но когда я прихожу, например, в банк, то не говорю: «Случилось через этот организм тела-ума сюда прийти...». Я говорю: «Здравствуйте, мне нужно то-то и то-то». Но сознанием-то я понимаю, что всё просто происходит…