Так как ты уже и всегда — ТО, то нет нужды искать путей быть ЭТИМ.
Всякая попытка быть ТЕМ только «удаляет» тебя от ЭТОГО.
Единственная преграда ПРОСТО быть — это ты, неугомонный искатель того, чего нет на самом деле.

video.mail.ru/bk/dvcons/3/4.html

Все мысли и слова… подобны лепету безумца или подобны слухам о далеких событиях, они подобны радуге в небе, подобны эху в горах, они абсолютно безсущностны, поэтому йогин просто наслаждается ими, отпустив свой ум в недвойственность.

Без понимания этого принципа самоосвобождения мы можем усвоить некие прекрасные теории о Боге, о святом, об Освобождении, и эти новые концепции станут нашей клеткой.

Вместо того чтобы освобождать, они станут золотыми цепями, закрывая нам подлинный путь к Освобождению. Истинная Реальность абсурдна, нелогична, иррациональна, безумна, трансцендентна.

Ещё распирает с вами поделиться,, если не надоел… Почему то Гегам, как то *подсобрал* меня в кучу,, а то я *расплылся* было…
Во время прочтение его книги(я думаю, связь не прямая,, просто пришло время,, а уму свойственно связывать..), ошущение Есьмности удерживалось легче, проще… вчера лежу,, придался очередной манане(размышлению),, переодически, годами выработаная привычка Самоисследоваться постучалась, пора в я -Есмь… Я, такой, рраз!!!.. Не получилось..!!!
Читать дальше →

«Дзэн-дед» отвечает всем философам от «недвойственности» по существу!!!

История дзэн:

Какой бы вопрос о дзэн ему ни задавали, Гутэй просто показывал средний палец. Однажды у него был прислужник, которого посетитель спросил:
— Что главное в учении Мастера?
Мальчик показал ему палец. Увидев это, Гутэй отсёк ему палец ножом. Когда мальчик, крича от боли, бросился вон из комнаты, Гутэй окликнул его. Когда мальчик повернул голову, Гутэй показал ему палец. Мальчик попытался сделать то же самое, но отрезанным пальцем это сделать как-то не вышло. Тут-то он внезапно достиг просветления.

Перед смертью Гутэй сказал собравшимся монахам:
— Я получил свой дзэн одного пальца от Тэнрю. Я пользовался им всю жизнь, но он так и не исчерпался.

Люди говорят: «Сколько бы Саваки ни говорил, это нисколько не воодушевляет меня!». Это само собой разумеется. Я и сам не воодушевлён. Учение Будды пытается заманить нас на место, на котором нет «ничего особенного.»

Нет ничего более смешного, чем старые бабушки, ищущие «воодушевление». Для них всё воодушевляюще, хотя оно и ни на что не годно. «Воодушевление» – это причина всех ошибок: разве мы тогда не делаем себя критерием «воодушевления»? Мы полагаемся на Будду в надежде на лакомый кусочек.

Сколько бы ты ни помышлял хорошего о том, что ты делаешь – всё, что делает человек – плохо. Если ты чего-нибудь подаришь, то думаешь потом день за днём: «Я ему это подарил!». Если ты практикуешь, то говоришь: «Я практикую, я практикую!». Означает ли это, что мы лучше должны делать плохое? Нет, если мы делаем хорошее – это плохо, а если мы делаем плохое, то это ещё хуже.

Если ты делаешь хорошее, то сразу начинаешь беситься из-за плохого, которое вдруг замечаешь в других. Если ты делаешь плохое, то сидишь спокойно, потому что у тебя самого задница в грязи. Люди начинают считать не только, когда речь идёт о деньгах. Всегда и везде они пытаются подороже продать и подешевле купить. Это происходит потому, что их тело и ум ещё не отпали. Только когда тело и ум отпадают, эти расчёты не играют больше никакой роли. Отпадший тело-ум безразмерен и безграничен.

Ты ошибаешься, потому что ты думаешь обо всём как человек из мяса.

«Луг зелен, цветы красны» – Учение Будды – это само собой разумеющееся. Но люди сыплют на него кучу лишнего: хорошее, плохое, полезное, бесполезное и так далее.

Если бы что-то вроде пустоты или ничто «существовало», это была бы не пустота и не ничто. «Познать пустоту» означает, что там нет даже пустоты, которую можно было бы познать.

Пока ты не болен, ты не вспоминаешь о своём теле. И я забыл свои ноги, пока они были ещё здоровы, всё равно шёл я или бежал. В последнее время они кажутся мне такими важными, потому что они больны. Кто здоров, работает, не осознавая своё здоровье. Тебе мешают твои недостатки. Когда ни одна мысль не появляется, это ничего особенного.


Читать дальше →

Ты — неисчислимые глаза, которые смотрят с неисчислимых углов зрения.
И в этом смирении — постижении, что ты есть сущность или субстрат того, что есть, — нет выхода, потому что ты есть сам источник того, что есть. Только тогда наступает покой.
Ты видишь бесплодную игру в пинг-понг, которую ведет концепция против концепции?
Единственная проблема в том, что существуют концепции.
Эта концептуализация скрывает Истину.
Увидеть пустоту концепций означает увидеть их сущность, которая есть Свобода.
Для того чтобы приблизиться к Реальности, бесполезно говорить словами.
Замена одной концепции на другую, ради создания «ясной» концепции, вообще не дает никакого преимущества.
Любая возникающая идея — фикция.
Сознание играет роль личности, но личности, «обладающей» сознанием, не существует.
Когда нечего воспринимать, ты остаешься, как есть.
Таким образом, ты существуешь без идеи или восприятия чего-либо.
Когда ты постигаешь, что ничего никогда не происходило, тогда больше нет шагов.
Ты есть, чем был всегда и всегда будешь, остальное — просто театральная постановка.

ГРАНИЦЫ

Вы никогда не спрашивали себя, почему жизнь соткана из противоположностей? Почему все, что вы цените, противоположно чему-то иному? Почему все решения предполагают выбор одного из двух? Почему все желания основаны на стремлении к чему-то противоположному?

Обратите внимание, все пространственные категории представляют собой пары противоположностей: верх-низ, внутри-снаружи, высокое-низкое, длинное-короткое, север-юг, здесь-там, левое-правое. Все, что мы считаем серьезными и важными, тоже оказывается одним из членов пары: добро-зло, жизнь-смерть, наслаждение-боль, Бог-дьявол, свобода-рабство.

На языке противоположностей формулируются также наши социальные и эстетические ценности: успех-провал, прекрасное-безобразное, сильное-слабое, умное-глупое. Противоположности лежат в основе даже самых абстрактных, отвлеченных форм человеческой деятельности. Логика, например, занимается вопросами истинного и ложного; эпистемология – видимого и реального; онтология – бытия и небытия. Наш мир выглядит огромным собранием противоположностей.

Факт этот столь очевиден, что вряд ли заслуживает упоминания; но чем больше о нем размышляешь, тем больше ему поражаешься. Ибо природе, похоже, ничего не известно о мире противоположностей, в котором живут люди. В природе нет лягушек истинных и ложных, деревьев моральных и аморальных, океанов правильных и неправильных. В природе не бывает гор этичных и неэтичных. В ней нет даже красивых и безобразных пейзажей – во всяком случае, нет для Природы, ибо она с удовольствием создает любые пейзажи...

… Хотя в мире природы действительно встречаются боль и наслаждение, они не становятся проблемой, предметом для беспокойства. Когда собаке больно, она визжит от боли. Когда боли нет, собака о ней не думает. Собака не боится будущей боли и не сожалеет о прошлой. Это кажется таким простым и естественным.

Мы говорим, что все это так, потому что «Природа» глупа. Но это не аргумент. Мы как раз начинаем понимать, что «Природа» гораздо умнее, чем мы нам хотелось бы думать.

Боюсь, что «Природа» не просто умнее, чем мы думаем, – «Природа» умнее, чем мы можем думать. В конце концов, то, что мы называем «Природа» создало и человеческий мозг, который, как мы тешим себя мыслью, представляет собой самый разумный инструмент во вселенной. А может ли идиот создать подлинный шедевр?

Согласно библейской Книге Бытия, одно из первых порученных Адаму заданий состояло в том, чтобы дать имена существующим в природе животным и растениям. Ибо в природе нет готовых ярлыков, и было бы очень удобно, если бы мы могли классифицировать и называть все, что нам здесь встречается.

Но хотя изобретение имен для животных и растений было, несомненно, занятием не из легких, действительная задача Адама состояла не в этом. Ключевой частью его работы был процесс сортировки как таковой. Ибо Адаму приходилось группировать сходных животных и учиться мысленно отличать их от других, не сходных с ними. Ему нужно было учиться проводить мысленную пограничную линию между различными группами животных, потому что лишь после этого у него появлялась возможность различать между собой разные существа и, следовательно, давать им имена. Иными словами, великая задача, к осуществлению которой приступил Адам, состояла в построении мысленных или символических разделительных линий. Адам был первым, кто очертил природу, мысленно разделил ее, разметил и нанес на схему. Адам был первым великим картографом, он устанавливал границы.

Этот первый опыт картографирования был столь успешным, столь впечатляющим, что наша жизнь по сей день в основном проходит в рисовании границ. Каждое принимаемое нами решение, каждое наше действие, каждое наше слово основано на проведении границ, сознательном или бессознательном. В данном случае я имею в виду не только границу между собой/не-собой, но любые границы в самом широком смысле слова.

Читать дальше →