… и вот когда вера в то и се начала шататься и рушиться, обнаружился тот, кому эта вера была нужна. Многие годы я выковывал себе духовное эго — некоего «пастуха», миссия которого была — «пасти жезлом железным» все прочие эги, беспокойные, испуганные, злые и прочие. Пастух хорошо научился держать их в узде, и притом очень просто: как только страхи и неврозы поднимали голову, внимание тотчас убегало за помощью к духовному «папочке», который заботливо изолировал психику от волнений. Со «стадом» все это время ровным счетом ничего не происходило: один баран дрожал от страха, другой от гнева, третий от неутоленных страстей и т.д. Никто их не лечил, никто за ними не ухаживал — их только «пасли», то бишь держали под контролем.

Для того, чтобы контроль был возможен и надежен, фигуру «пастуха» необходимо было постоянно накачивать энергией веры. А теперь вера, к несчастью, слабеет день ото дня, и фигура «пастуха» начинает сдуваться… за ненадобностью. И «стадо» чует, что пасти его будет некому, и расползается постепенно по лугу. Ни одна из вассан, имевшихся до поиска, никуда не делась, все «бараны» на месте: ведь «пастух» их охранял и пас, а не рэзал. И теперь, в нарастающей бесконтрольности, меня корчит и трясет по любому поводу гораздо сильнее, чем раньше. И уже не побежать к «доброму пастырю» с жалобой: разберись, наведи порядок! «Пастух» болен, он уходит на больничный. Не дай Бог, совсем помрет…

С чем я тогда останусь? С кучей вассан, неврозов, страхов и без малейшей возможности все это объяснить, оправдать, загнать в стойло и запереть дверь. Как только у моей «духовности» исчезла функция контроля, она оказалась вообще не нужна!

И, кажется, никакого иного предназначения у нее попросту нет…

И, что самое интересное: именно духовное эго и способно на все эти прозрения, сатори, экстравагантные переживания и прочее. Этим оно зарабатывает себе очки: смотри, я могу, я способно достичь небывалых успехов, за мной сила и будущее! Только корми меня энергией, будь
Читать дальше →

Любовь проявляется в восприятии единства со всем. Когда растворяешься во всем и остается только любовь. Переживание любви остается единственным что есть. Осознавая это видишь тишину. Бесконечно осознающее свою любовь к самому себе. Где я? Я...?..…

Увидеть Океан, почувствовать дыхание Любви, и утонуть в нем, что может быть важнее этого? Ничего. Однажды погрузившись в океан невозможно забыть его вкус, его безграничность, его дыхание всеобъемлющей красоты. Теперь ты живешь этим, что вдохновило тебя однажды. Вдохновение, глоток счастья, умиротворения, тишины, радости. Ты существуешь ради того чтобы раствориться в нем. И все, ты отдался и нет тебя. Ты, исчез. Ты стал дыханием. Дыхание. Вдох, выдох. Ты теперь лишь процесс. Любовь.
Все дышит любовью.

Вот навеяно в частности Ганешевскими постами.
Зачем человек ищет просветления?
(Это фундаментальный вопрос, который стоит задать самому себе и со всей искренностью ответить.)
Да чтобы компенсировать свою несостоятельность (лузерство) в том или ином аспекте своей жизни!
И вот наблюдаешь за собой, пытаясь увидеть в чем же ты лузер.
(А оно не заметно потому что всюду тебя сопровождает.)
И возникает устремление подтянуться в этом, и найти свои достоинства и реализовать их в жизни.
А нормальному устремленному человеку никакое просветление не нужно.
Зачем может быть нужно просветление если ты не лузер?

В продолжение или дополнение к посту NGO-MA Согьял Ринпоче: Постижение сущности ума.

Не станешь мастером Адвайты, так может хоть мастером демагогии (очковтирательства) ;)
Мне вот кажется, что куда интереснее личностный рост!)
Аж четыре раза чихнул на этом месте!) газировка сунька пятнадцать восемнадцать…
Я думаю что поиск истины нужен чтобы понять что этот самый поиск не нужен.
И тогда начинаешь развиваться, жить.

Вот и настала пятница.
А вместе с ней и это самое состояние, которое последнее время всякий раз телепортировало меня сразу во вторник, заканчиваясь постепенно сходящим на нет тягучим мракобесием души.
В этот раз мне удалось заметив это состояние не пойти по привычному вышеуказанному маршруту, а остаться в этом состоянии, и тем самым пройти сквозь него так сказать без потерь.
И все тот же принцип работает — всякое состояние это не более чем наваждение, которое можно просто (именно АБСОЛЮТНО) проигнорировать, а не выполнять его как команду.

Итак жизнь хреновая, а еще оказывается есть какое-то истинное Я об котором, я ровным счетом ничего не знаю. Ну не хочется же быть такой тупой скотиной, надо это истинное Я обязательно отыскать.
А оно, собака нехорошая, не как ни находится.
Вот и получается что было мое страдание такое маленькое, удобненькое, бытовое так сказать.
А теперь у меня страдание вселенских масштабов.

Мой переход к «антивоззрению» (в огромных кавычках) случился вот как. Некоторое время я с максимальной интенсивностью практиковал классический дзогченовский подход – увод внимания от ментальных объектов к прямому переживанию. При этом я столкнулся с двумя вещами. Во-первых, стало понятно, что никакого «прямого переживания» нет, оно додумывается, равно как и «здесь и сейчас». Это насторожило: а что еще, позвольте спросить, додумывается? Однако я увел внимание от этой мысли и снова приковал его к «переживанию». Во-вторых, я столкнулся с колоссальным сопротивлением ума. Не то чтобы ум метался, как бешеная обезьяна, нет. Когда я практикую сидя, в покое, я могу пребывать в спокойном безмыслии до тех пор, пока не заболят ноги (1,5 – 2 часа) без особых проблем. Но здесь было явное ощущение того, что я делаю нечто неестественное, что я дрессирую себя как собаку. Однажды у меня был опыт секса с мужчиной, и я поразился, насколько это невозбуждающее, какое-то сугубо медицинское занятие, когда тебе лезут членом в зад. Так что гомосексуалистом мне стать не удалось. Абсолютно то же самое чувство было и в практике: неестественность, ненужность, где нет никакой мотивации продолжать, если не придумать себе такую мотивацию. Это меня, в конце концов, просто взбесило. Я подумал: какого хера? Какого хера я себя дрессирую, какого этого-самого я лезу себе без конца х… ем в мозг? Зачем, для какой цели мне нужно заниматься какими-то упражнениями, к чему-то себя все время принуждать, подсматривать и подглядывать за собой, без конца сверяться с заученными концепциями и смотреть: правильно я делаю или неправильно, что это, а что то. Притом еще мне нужно было себя убеждать, что результаты практики придут в свое время, нужно долго и напряженно работать… Одним словом, мне это дело осточертело. Я увидел, что все мои духовные занятия имеют целью ничто иное, как доказательство доктрины, в которую я верю без сомнения. В этот момент у меня и зародилось Сомнение. Я так долго, годами сомневался во
Читать дальше →