Почему мы так собою очарованны? Мы ищем! Только понимание этого придаёт нам святости. Но мы всегда на расстоянии от всяких тотальных утопий. Мы всегда принимаем центр, чтобы нас, кто нибудь не столкнул на периферию жизни. Для нас, это не менее важно, чем сам поиск, потому, что поиск ведёт, в никуда и нам это известно. Сначала мы пробуем пальцем «температуру» истины, а потом потихоньку погружаемся так, чтобы не зацепить острые углы, и возвращаемся обратно. В истину нужно нырять с головой, и что будет, то будет. Но мы знаем где границы всяких истин, и мы себя отмечаем в них, чтобы не сгореть. Чтобы окончательно не умерло наше я, и мы смогли бы ещё по уголкам прятаться от себя. Это мы искатели истин, не принимающие критику, и так её и не нашедшие. Когда человек осознаёт всю важность стоящего перед ним вопроса, он забывает про своё, и внемлет как обалдевший. Без себя. Когда нам скучно самим с собой, со своей истинной, мы идём сюда, чтобы глотнуть воздуха свежести. Когда мы ним надышимся, мы вспоминаем про себя. Что нам пора, домой можно поставить пятёрку себе за успеваемость и идти спать. А завтра всё по-новой, опять вопросы, опять поиск, опять нахождение, опять отречение.

Будучи ещё довольно молодым человеком, я постиг Нерождённое и распознал его отношение к мысли. «Мыслью» мы называем то, что уже отдалилось на несколько шагов от живой реальности Нерождённого. О монахи, если бы вы просто жили в Нерождённом, мне нечего было бы рассказать вам о нём, а вы бы и не пришли сюда слушать меня. Однако в своей нерождённости и чудесной всёосвещающей силе, присущей сознанию будды, оно с готовностью отражает все проходящие перед ним вещи и превращается в них; так сознание будды обращается в мысль.

Ни один из вас не является непросветлённым. Прямо сейчас все вы сидите передо мной как Будды. При рождении каждый из вас получил от своей матери сознание будды. Это унаследованное вами сознание будды вне всяких сомнений является нерождённым и наделено чудесной всёосвещающей мудростью. В Нерождённом абсолютно все противоречия разрешены.

Все вы сидите здесь и слушаете меня, но если зачирикает воробей, вы не спутаете его с вороной, вы не примете звон колокола за барабанный бой или мужской голос за женский, или голос ребёнка за голос взрослого человека. Вы слышите и безошибочно различаете все эти звуки действенным проявлением чудесной всёосвещающей мудрости. Это и есть доказательство тому, что сознание будды является нерождённым и наделено чудесной всёосвещающей силой. Никто из вас не смог бы сказать, что он услышал эти звуки оттого, что заранее приготовился услышать их. А если бы кто-то и сказал так, то это не было правдой. Все вы очень внимательно слушаете
Читать дальше →

Было время, я хотел выучить сто языков. И на каждом из них хотел рассказать людям евангельскую историю. «Пусть миллионы поверят в Иисуса Христа», — думал я и твердил наизусть турецкие фразы, французские глаголы и персидские пословицы. А однажды случилось увидеть в торговом центре просящего милостыню корейца (а может, вьетнамца, кто их разберет). Он не знал языка и не мог рассказать, как здесь оказался. Ему нужны были не деньги, а еда. Это читалось в его глазах. Я взял его за руку и повел к одному из фаст-фудов. Купил суп, хлеб, второе и сок. Ничего не сказал, но подумал: «Ради Тебя, Господи». Это было пару лет назад. Языки я так и не выучил, а то была моя лучшая проповедь… (Протоиерей Андрей Ткачев)

Музыка сердца роняла ноты опадающей осенней листвы, на том берегу, где никогда ничего не расло…

Я больше не мог так продолжать. И я протрезвел не из-за правды. Я протрезвел потому, что исчерпал всю свою ложь

Превратности и трудности системы,
Участие в её хмельном пиру
И всяческие прочие проблемы
Мне в голове проделали дыру.
Читать дальше →

О дети Адама,
глаза ваши — не помощники на пути к Истине,
не ведут к Нему ни язык, ни речи ваши.
Ваш слух — источник огорчений,
а руки и ноги лишь повергают вас в смятение.
Истинное тружение связано с сердцем.
Стремитесь же к обретению пробужденного сердца,
ибо лишь оно одно не нуждается ни в чем.

Кабир о смерти

(перевод Н. Б. Гафуровой)

Традиция «Ади Грантх»

В тот день, когда я умру, придет радость — Я встречусь со своим владыкой, и те, кто со мной, восславят Гобинда

Убей то! Смерть его принесет тебе счастье. Каждый скажет тогда, что это хорошо; ни один не сочтет это дурным.

Эта жизнь подобна темной ночи, где бродит майя в виде воров с арканами, свитыми из искушений.Знай, бог накажет тебя, если попадешься им.

Мир боится смерти, а я радуюсь ей. Ведь только в смерти обретешь истинное блаженство.

Каждый умирает, но никто не знает, как умирать. Умри так, чтобы тебе не пришлось умирать снова.

Ни один лжец не может выдержать испытания на пробном камне Рамы. Лишь тот выдержит испытание, кто живет, словно мертвый.

Кости горят, как дрова; волосы горят, подобно траве. Видя, как горит этот мир, Кабир стал печален.

Я хочу умереть, а когда умру, то пусть это будет у дверей Хари. Пусть спросит Хари: «Кто это лежит у моего порога»?

Лекарь умер, умер больной, умер весь мир. Не умер один Кабир, которого некому оплакать.

Лебедь улетит, тело будет похоронено — признаки этого явны. Но даже зная это, живое существо не отрешилось от ничтожности мира, видимого его глазами.

О несчастный! Ты погибнешь, кичась перед людьми. Знай, то, что сталось с твоим соседом, уготовано и тебе.

В мгновение ока промелькнула жизнь. Душа еще не освободилась от мирских забот, а от Ямы уже пришли и ударили в барабан.

Традиция«Грантхавали»

12.5. Жизнь коротка, а люди превратили ее в огромную арену для представлений. В конце концов все уйдут из этого мира — раджа, бедняк султан.

12.6. Наступят такой день, когда со всем придется расстаться. О раджа, царица, правитель! Почему сейчас не заботитесь о будущем?

12.9. Не возносись, глядя на свое красивое тело. Ты скоро расстанешься с ним, как змея со старой кожей.

12.10. Не возносись, глядя на свой высокийдом. Скоро будешь лежать в земле, а сверху вырастет трава.

12.11. Не гордись собой и своим телом, Даже тому, кто сегодня восседает на боевом коне, под царским опахалом, впереди уготована яма в земле.

12.12. не возносись, ведь смерть уже схватила тебя за волосы. Неизвестно, где умрешь — в родном доме или на чужбине.

12.20. собрав щепотку праха, завязали в узелок — вот так выглядит наше тело. Но зрелище это — ненадолго: в конце концов прах снова станет прахом.

12.56. Моя мать — чужая, отец — чужой, я тоже чужой среди них. Мы встретились случайно в лодке, плывущей по реке мирского бытия.

12.57. Здесь — чужой дом, там — наш собственный дом. Сюда мы пришли на базар, чтобы заняться торговлей. Продав плоды своих дел, мы уходим безвозвратно.

41.1. Если человек живет, словно мертвый, отказавшись от всех мирских желаний, И служит своему Господину, то Хари оберегает своего слугу от страданий.

41.2. Моя душа умерла, а тело мое ослабло. Тогда Хари последовал за мною, взывая: «Кабир»,«Кабир».

41.3. умерев при жизни, остался презренный людьми на кладбище — никто не понял моей тайны. Только Хари нежно призвал меня, словно корова, любящая своего теленка.

41.4. Если сжигаю фальшивый дом, то спасаю дом истинный, если сохраняю фальшивый дом, то теряю дом, истинный. Я увидел удивительное — тот, кто умер при жизни, победил смерть.

41.5. Смерть за смертью — так вымервесь мир, но никто не знает, как умирать. умирать надо так, чтобы не пришлось умирать снова.

41.6. Умер лекарь, умер больной, умер весь мир. Не умер лишь одинКабир, опорой которому служит Рама.

41.7. Моя душа умерла, умерли все привязанности, прошла корысть, все исчезло. Был йог, но слился с Всевышним, и от асаны его осталась лишь горстка пепла.

(асана — (букв.«сидение»,«пребывание») — практика хатха-йоги разработала целую систему поз, способствующие установлению контроля над чувствами и сосредоточению.)

41.8. Смерть лучше, чем жизнь в мире сансары, для тех, кто знает, как умирать. Кто умирает до своей смерти, тот становится бессмертным в век Кали.

46.1. О человек, поддельное счастье ты принимаешь за истинное, радуясь этому в душе. На самом деле весь мир для смерти — что жареные зерна; одни у нее во рту, другие пока в подоле
.

46.2. Сегодня ночью или завтра она застанет нас; в дороге. Человек — воробей, смерть — сокол, который неожиданно нападает.

46.3. Смерть стоит у твоего изголовья. Проснись, о любимый друг! Почему без любви к Раме спишь спокойно?

46.4. Весь мир погружен в сон, только одному святому не спится, Потому что он понимает, что смертьстоит у изголовья, словно жених у ворот невесты.

46.5. Сегодня говорит: «завтра буду почитать Хари». Завтра опять говорит: «завтра». Так, откладывая со дня на день, упустил благоприятное время(т. е. человеческое рождение).

46.6. не заметил, как прошло мгновение в хлопотах о завтрашнем дне. Смерть внезапно нагрянет, как сокол на куропатку.

46.7. человек, как птичка, клевал кусочек за кусочком — так промелькнули мгновение за мгновением. Душа еще не освободилась от забот, а Яма уже пришел и ударил в барабан.

46.8. Я один против двух, между ними нет разницы: Если спасусьот Ямы, все равно старость настигнет меня.

46.9. Один за другим ушли любимые друзья. О душа, теперь и твояочередь приближается с каждым днем.

46.10. Стоящее в лесудерево, загоревшись, взывает: «Да не окажусь я во власти кузнеца, который сожжет меня второй раз».

(Аллегория: «дерево» — тело,«загоревшееся» — чувствующее близость смерти,«кузнец» — Яма (бог смерти), «сожжет второй раз» — заставит родиться вновь и следовательно, вновьумереть.)

46.11. Что взошло, закатится; что расцвело, завянет. Что построено, разрушится; что пришло, уйдет
.

46.12. Что надето, порвется; имя, которое дали, уйдет. О Кабир, пойми ту истину, которую изрек истинный гуру.

46.13. Душа взывает к сознанию: почему живешь без страха, оставшись без Рамы? Знай, ведь это тело — пузырь на воде, который очень скоро лопнет.

46.14. Пузырь на воде — такова наша жизнь.Однажды мы исчезнем, как звезды на рассвете.

46.15. Кабир; этот мир — пустое. Иногда бывает горьким, иногда — сладким. Тот, кто вчера восседал на троне во дворце, сегодня виденгорящим на поляне сожжения.

46.16. Каждый день женщина в своем дворце скрывает свое лицо, страшась смотреть на масан, а сегодня ее сожгли на нем у всех на глазах.

(женщина в своем дворце скрывает свое лицо — в дома знатных хинду молодой женщине разрешилось находиться рядом с мужчиной, накинув на лицо вуаль или край сари.)

(масан — возвышенное место, предназначенное для сожжения трупов; кладбище.)

46.17. Только вчера женщина блистала своей красотой, словно пламя светильника. А сегодня лебедь отправился в путешествие, и люди сказали: «Вынеси этот мусор из дома».

(Образ лебедя — символ освобожденной от мирских страстей души человека.)

(Как только душа покидает тело, семья умершего спешит вынести труп за пределы дома, так как считается, что его присутствие оскверняет домочадцев и привлекает злых духов.)

46.18. Храм высок, высока башня, двери его разрисованы, Но без имени Рамы Яма даст подзатыльник.

46.19. к чему гордиться, если смерть, схватив тебяза волосы, Неизвестно куда швырнет — уничтожит в своем доме или на чужбине.

46.20. инструмент не играет, порвались всеструны. Что может поделать бедный инструмент, если ушел музыкант?

(Под инструментом подразумевается тело; под струнами —чувственное восприятие; под музыкантом — душа.)

46.21. Кузнец ушел, а кузнечный горн продолжает пылать. Наковальня и кузнечный молот остались ненужными.

(«Кузнец» — символ души; «кузнечный горн» — тело;«наковальня и кузнечный молот» — чувственные восприятия.)

46.22. Странник шагал по дороге, взвалив на спину мешок, А впереди его ждала смерть — все вжизни иллюзорно.

46.23. Человек пришелв этот мир издалека и сегодня же отправляется в далекий путь. Он остановился на полпути, чтобы насладиться жизнью, но смерть уже стоит на обочине дороги.

46.24. Никогда не произносил имя Рамы, а тут пришла старость. Что успеешь вытащить, когда двери храма уже закрыты?

46.25. Годы прошли, силы иссякли, даже цвет волос и кожи изменился. Разрушенного не восстановить, как ни раскаивайся.

46.26. Годы прошли, силы иссякли, а ты накопил множество дурных дел. Выпустил Хари из своих рук, а день смерти уже пришел.

46.27. Возлюби Хари, не думай о дурном. Как привязанное к двери животное не знает, сколько ему еще осталось жить, Так и ты не знаешь, когда смерть придет за тобой.

46.28. Я построил домв ядовитом лесу, а вокруг меня змеи. Страх охватывает мою душу, и поэтому яне сплю по ночам.

(в ядовитом лесу — т.е. в мире бытия .)

46.29. Счастье — этоРама, все остальное — несчастье. Боги, люди, святые, демоны — все попали в сети смеющейся смерти
.

46.30. Тело бренно, душа неустойчива, а человек беззаботно хлопочет о своем, не поминая имя Рамы. Но чем беззаботней живет человек, тем сильнее смеется смерть.

46.31. Плакальщики умерли; умерли те, кторазжигал костер. Ушел тот, кто оплакивал их, кого теперь позовешь?

46.32. Те, кто дал нам жизнь, умерли, и мы тоже собираемся в путь. И те, кто нам встретится впереди, тоже уже увязывают поклажу.