Гонки в мире подобны бегу облаков в несознании. Речь идёт не о том, чтобы бежать быстрее. Всё движется в несознании. Всё основано на обоюдном взаимодействии, сущность не существует. Это как с облаками: они не «существуют» и не «не существуют». И всё равно они существуют, но и не существуют. И потом все ломают себе об этом голову…

Печаль моя, седая осень,
Моя звенящая тоска!..
Как будто в сердце места просят
Давно прошедшие века.

И сердцу надо потесниться.
Вот почему средь темноты
Дрожат, как слезы на ресницах,
Позолоченые листы.

И тишина стоит такая,—
Что слышно, как вплывает дым,
И лес беззвучный истекает
Дрожащим золотом своим…

Держала нить идея бус, хозяйки бусинок…
Но где же взяться Бусам- вне бусинок??
Бусина раз, бусина два, бусина три…
Если всё ещё мало- не забудь и Себя сочти!!!

Сложность в обнаружении номинального субъекта любой мысли возникает однозначно из-за заточенности на обнаружение «объекта». Хоть сто раз слушай о том, что это знание, которое осознаётся, которое «фон», которое необходимо для регистрации, а поэтому не может быть регистрируемым, но всё-таки через призму такой привычной объективизации самоисследование профанируется. Начинается исследование «чем я не могу быть». Но оно не до конца честное, хотя имеет на первый взгляд «правильный» вид — допустим, я нахожу себя как ощущение в теле (окей, это очевидно не я, раз наблюдаемо!), дальше — как мысль обо «мне» (та же фигня!), как то, как сё, как что бы то ни было — всё не то! То есть (неверный) исходный посыл таков, что я не могу быть ничем из найденного, но ПОДРАЗУМЕВАЕТСЯ, что можно УВИДЕТЬ НЕЧТО, что останется после поэтапного отсечения всех этих феноменальностей. Но это неправильно, потому что, как мне видится, реальным результатом такого исследования может быть лишь осознание того факта, что сколько не исследуй, то обнаружишь только ЧТО-ТО, даже если это будет пустота, ничто, не-я. И прикол в том, что в каждом из этих обнаружений-отбрасываний был номинальный субъект, но не было его
Читать дальше →

Опираясь на анализ движения самых дальних планет Солнечной системы, астроном приходит к выводу о существовании новой планеты и вычисляет её координаты. Зная их, тот же или любой другой астроном может направить телескоп на данную часть неба и убедиться собственными глазами в том, о чём ему говорят расчёты. Можно ли сказать, что астроном просто увидел то, о чём он уже знал? С формальной точки зрения — «да». Но даже в этом случае он узнал нечно новое. Это и есть то, что Джемс называл «познание уже известного». Действительно, наблюдение через телескоп не просто добавляет чувственный фон к тому, что мы уже знали из абстрактных вычислений, — оно даёт нам новое чувственное знание. В случае же мистического опыта телескоп — это способность восприятия иной Реальности (mystic sense). Оно сообщает знанию особое качество или измерение, которого нет ни в абстракции, ни в чувственном восприятии. Возникает нечто новое, но если попытаться его выразить словами, то они практически полностью совпадут с чеканными формулами хорошо известных философских принципов или религиозных символов веры. По сути, это новый уровень знания, который столь же отличается от абстрактного мышления, как последнее — от чувственного восприятия. При этом мистическое знание так же соотносится и взаимодействует с абстрактным мышлением, как понятие — с чувственным
Читать дальше →

Что же мне делать, слепцу и пасынку,
В мире, где каждый и отч и зряч,
Где по анафемам, как по насыпям —
Страсти! где насморком
Назван — плач!

Что же мне делать, ребром и промыслом
Певчей! — как провод! загар! Сибирь!
По наважденьям своим — как пó мосту!
С их невесомостью
В мире гирь.

Что же мне делать, певцу и первенцу,
В мире, где наичернейший — сер!
Где вдохновенье хранят, как в термосе!
С этой безмерностью
В мире мер?!

присутствует чувство а субъект для него не чувствуется, и при чем это повседневное чувство очень яркое, постоянное тоже, но видится отчетливо как объект, а субъект не ощущается никак, но может быть и это «не ощущается», но ведь реально не ощущается!)

На стыке всех путей, 
На связи всех времен

Открыта суть страстей.
И Имя Имен
стали ответит огнем
На все,
что мы себе забрали.
Из ничего, из ниоткуда проходит путь в никуда.

На том пути все жаждут чуда и верят воле кнута.

Глазами в пол, шеренги ада, копают вглубь или ширь.

Все, как всегда, тупое стадо пасет слепой поводырь.
Жги…
Уроки лет, заветы века и предсказания эпох.

Не изменили человека, он тот же загнанный лох.

Все та же спесь, все те же позы, все тех же ниток узлы.

Семь из десяти по жизни козы, а остальные – козлы.
Лишь единиц готовит Небо увидеть в круге воды,

Что даже там, где ждет победа, недалеко до беды.
Жги…
И дольше века длится день, и идол мира безутешен
Кто променял себя на тень, повержен!
Жги, жги землю ветер!
Есть упоение в бою! В крови пульсирует победа!

За эту жизнь благодарю Силу Света!
Лишь Небо знает час,
Когда остынет мир.

Мир Небу не указ -
Зачитан до дыр черных,

Последний эфир набатом поднимает твердых.
Какая жизнь, такие песни и ни добавить, ни взять.

Я остаюсь лишь с теми вместе, кто знал, за что умирать.
Жги…

о, марь ван, здрась :)
— ооой, алёёёёшенька, здрааавствуй. ну как ты, где работаешь, чем занимаешься?
— ну… просветляюсь, радуюсь жизни :-)
— а, ну понятно — как обычно — ерундой какой то занимаешься.