Этот текст, написанный в форме бесед Бога с душой человека, отец Серафим адресовал одному из своих духовных чад – епископу, находящемуся в заключении. Это духовное завещание старца, обращенное и ко всем нам.


Духовное завещание старца Серафима

Думал ли ты когда-либо,
что все, касающееся тебя,
касается и Меня?
Ибо касающееся тебя
касается зеницы ока Моего.

Ты дорог в очах Моих, многоценен,
и Я возлюбил тебя,
и поэтому для Меня
составляет особую отраду
воспитывать тебя.
Когда искушения восстанут
на тебя и враг придет, как река,
Я хочу, чтобы ты знал, что
от Меня это было.

Что твоя немощь
нуждается в Моей силе
и что безопасность твоя
заключается в том,
чтобы Мне дать возможность
защитить тебя.
Находишься ли ты
в трудных обстоятельствах,
среди людей,
которые тебя не понимают,
которые не считаются с тем,
что тебе приятно,
которые тебя отстраняют, — от Меня это было.

Я — Бог, располагающий
обстоятельствами.
Ты не случайно оказался
на твоем месте,
это то самое место,
которое Я тебе предназначил.
Не просил ли ты, чтобы
Я научил тебя смирению?
И вот Я поставил тебя
в ту именно среду,
в ту школу,
где этот урок изучается.
Твоя среда и живущие с тобою
только выполняют Мою волю.


Читать дальше →

Прерывание молитвы (из книги «Изложение монашеского опыта»)

…Теперь я объясню вам, что имеется в виду под выражением «прерывание молитвы», когда умножится в человеке благодать. Благодать делания уподобляется сиянию звезд, просвещения — полнолунию, а благодать совершенства — созерцания — полуденному солнцу, проходящему по небосводу. Поскольку отцы разделили духовное жительство на три чина.

Так вот, когда благодать умножится в человеке и он знает все написанное, как мы сказали, он приходит в великую простоту. Ум его расширяется, приобретая огромную вместимость. И как вкусил ты каплю той благодати, когда пришли к тебе большая радость и веселие, так и снова приходят они, когда ум находится в молитве. Но сильно, как тонкое дуновение, как стремительное благоуханное дыхание. И переполняет все тело, и обрывается молитва. Замирают члены. И только ум созерцает в ослепительном свете. Совершается единение Бога и человека, так что он не может сам себя разделить, — как железо.

Прежде чем его поместят в огонь, оно называется железом. Когда же накалится и покраснеет, то делается одно с огнем. Или как воск, который, приблизившись к огню, тает, не может остаться в своем естестве. Только когда пройдет созерцание, он снова возвращается в свое естество. Тогда как пребывая в созерцании, он как бы другой и из другого. Весь полностью соединяется с Богом. Думает, что у него нет ни тела, ни жилища. Весь — парящий. Без тела восходит на небо!

Воистину велико это таинство. Ибо видит человек то, о чем язык человеческий не может рассказать. И когда проходит это созерцание, он пребывает в таком смирении, что плачет, как малое дитя, о том, как ему дает это Господь, тогда как сам он не делает ничего. И происходит такое осознание себя, что, если заговоришь с ним, он считает себя ничтожнейшим, недостойным существовать на свете.

И до тех пор, пока он так думает, ему дается еще больше. — Достаточно! — взывает он к Богу. А благодать умножается еще. Он становится сыном Царя. И если спросишь его:
— Чье то, что на тебе?
— Господа моего, — говорит.
— А хлеб и пища, которую ешь?
— Господа моего.
— А твое имение?
— Господа моего.
— А что у тебя своего?
— Ничего.

Я земля, я месиво, я пыль.
Меня поднимаешь — поднимаюсь.
Меня бросаешь — падаю.
Меня возносишь — лечу.
Меня кидаешь — ударяюсь.
Естество мое — ничто.

И он говорит это, не насыщаясь. А что это за «ничто»?
Это то, что было ничем прежде чем Бог сотворил небо и землю.

О уподоблении человека Христу

СТАРЕЦ много и говорил, и писал, что хранящие заповеди Господни похожи на Христа. Уподобление Христу может быть и большим и меньшим, но пределов этому уподоблению не положено; так непостижимо велико призвание человека: он воистину становится подобен Богу.
Старец говорил:
«Так возлюбил Господь создание Свое: человек подобен Богу».
Он вспоминает при этом слова Св. Иоанна Богослова: «Будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть» (1 Иоан. 3, 2).
Старец бесконечно любил слова Христа:
«Отче, которых Ты дал Мне, хочу, чтобы там, где Я, и они были со Мною, да видят славу Мою» (Иоан. 17, 24).
Бог есть любовь, и как бесконечная любовь. Он всего Себя хочет отдать человеку: «Слава, которую Ты дал Мне, Я дал им» (Иоан. 17, 22).
И если слава сия будет дана человекам, то хотя по сущности своей человек остается тварью, но по благодати становится богом, т. е. получает образ божественного бытия. Подобно тому, как Христос, имеющий образ божественного бытия, в воплощении своем воспринял образ человеческого бытия, и человек, имеющий образ рабского бытия, во Христе воспринимает образ Божественного бытия (Филин. 2, 6—7).
Об этом в своей целомудренной сдержанности не любит говорить даже Священное Писание.
Почему?.. Быть может потому, что слышащие возбуждаются в своем воображении и устремляются мечтанием в заоблачные высоты, забывая, или не ведая, что Бог есть Смирение.

Это стихотворение написано моим другом Виктором, который работает оператором на ПЕРВОМ канале! Он сейчас в Ливии, в самых горячих местах!!! Желаю ему света, здоровья и удачи!!! Давайте улыбнемся вместе с этим отчаянным смелым человеком!!!



ОПТИМИСТИЧЕСКИЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ
ПО ПОВОДУ МОЕЙ ВПОЛНЕ ВОЗМОЖНОЙ КОНЧИНЫ

Я часто думаю о смерти
И представляю, будто я
Лежу в гробу, и зимний ветер
Снег навевает на меня.
Вокруг, укутавшись в тулупы,
Стоят родные и друзья,
И слышу чей-то возглас глупый,
Мол, пухом будь ему земля.
И, попрощавшись с хладным трупом,
Молчанье скорбное храня,
Перед уходом груду “пуха”
Навалят прямо на меня.
А я, придавленный доскою,
В костюме летнем, как пижон,
Лежу и думаю с тоскою:
“Уж лучше — был бы я сожжен!”

Ну что ж, попробую-ка летом:
Тепло кругом, цветет земля,
Но только все ж картина эта
Опять не радует меня.
Друзья стоят уже подальше
(Похоже — я слегка протух),
И мне не слышно даже фальши
От тещи, тестя и подруг,
Мой дивный носик заострился,
И от меня воняет так,
Как будто целый год не мылся,
Аж дохнут мухи на губах.
Перед уходом горсть землицы
Последний раз швырнут в меня,
И все уйдут, чтобы напиться
До состоянья глухаря.

Быть может осень будет впору?
Рыдают небо и семья.
Кругом грязища в эту пору,
И гроб мой, тоже, как свинья.
Погода не ласкает взоры,
И я уже насквозь промок.
Вокруг, коричневым узором,
Следы резиновых сапог.
И вот, устав от мокрой стужи,
Меня закроют и забьют,
И гроб мой бросят прямо в лужу,
И горе водкою зальют…
Да, невеселая картина,
И не торжественно опять.
Уж это точно не малина — В осенний день концы отдать!

Проникновенный мой читатель
Уж ждет весенних похорон…
Ан-нет, перекрестись приятель,
Я может глуп, да не дурен!
Какая блажь — весной подохнуть!
Ну нет, весной я не хочу!
Весна — пора вздыхать и сохнуть,
Прижавшись к женскому плечу,
Когда коты в округе рыщут…
Уж мне поверьте, видит Бог,
Весною надо жить, дружище!
… Коли ты раньше не подох!

Все под солнцем.

Оглянитесь вокруг, есть только одна реальность. Причина того, что вы находитесь здесь, где бы это «здесь» не находилось, только в том, что это единственное место, где вы можете быть прямо сейчас. Но, несмотря на реальность, которая всегда здесь, весьма вероятно, что вы пропускаете это, упуская этот факт целиком.
«Пропустить это» — я имею в виду представить себе, что реальность где-то там или может быть чем-то другим, чем то, что есть прямо здесь и сейчас. Как ни странно, это может оказаться очень возможным и даже весьма вероятным, что, не смотря на то, что у вас есть глаза, чтобы видеть, вы не видите. И даже если у вас есть уши, чтобы слышать, вы не слышите. То, что вы видите и слышите, не является именно тем, что на самом деле есть здесь, а только тем, что вы себе представили.

Наше воображение является очень мощной силой в определении и описании того, что мы воспринимаем. Если представить, что наш мир кишит злыми силами, мы, безусловно, воспримем этот мир как зло. Но если представим, что он является по существу хорошим, мы будем воспринимать всё вокруг, как хорошее. В любом случае это тот же мир, на который мы смотрим. Но мир не является ни хорошим, ни плохим сам по себе, это просто, то, что есть. И если мы смотрим на мир, как ни на хороший, ни на плохой, мы имеем возможность видеть его как он есть на самом деле. Мы будем иметь возможность увидеть его именно так, как он выглядит.

Читать дальше →

Чтобы сердце минувшим не ранить
И не жечь его поздним огнём,
Не будите уснувшую память,
А живите сегодняшним днём.

Вас судьба одарила любовью,
Осенила волшебным крылом?
Не гадайте, что ждёт вас обоих,
А живите сегодняшним днём.

Как прекрасно двум родственным душам
В целом мире остаться вдвоём.
Не терзайтесь былым и грядущим,
А живите сегодняшним днём.

Один суфийский мистик всю свою жизнь был счастливым.
Был, а не казался таковым.
Он был самим смехом, все его существо источало аромат праздника.
И вот он состарился, пришел день его смерти но он и этому смеялся.
Тогда один ученик сказал ему:
«Мы поражены. Сейчас вы умираете, почему вы смеетесь? Мы чувствуем грусть, а вы по-прежнему смеетесь! Как вам это удается?»
И суфий ответил:
«Секрет прост. Когда мне было семнадцать лет, я уже успел стать несчастным. А моему учителю было семьдесят лет и он мне сказал: «Когда-то и я был таким же печальным, как ты. Но в один миг меня осенило – это все лишь мой выбор!»
С тех пор каждое утро, просыпаясь, прежде чем открыть глаза, я спрашиваю себя:
«Чего я хочу? Страдания? Блаженства? Что я выберу сегодня?»
Я выбираю блаженство, я стремлюсь к нему.
Это выбор. Попробуйте.
Утром, как только проснетесь, спросите себя:
«Наступил еще один день! Каковы мои планы? Что я выбираю – страдание или счастье?»

Искатель истины

Один молодой «искатель истины» оказался у ворот суфийской школы. Он обратился к сторожу, седовласому старцу, сидящему неподалеку в тени деревьев.

— Я полагаю, — начал юный философ, — что лишь немногие из нас знают, сколько в этом мире настоящих искателей истины.

— О, я сижу здесь уже полвека, — сказал старик, — и кое-что могу рассказать тебе об этом.

— Действительно? — заинтересовался юноша. — И сколько же их?

— Их ровно на одного меньше, чем ты думаешь.

Попрощался я с Наташей и Леславом, Наташа на прощание мне сказала: «Пусть 242 или 121 маршрутка приедет!» Божественное пожелание сбылось! :) Уже через пять минут пртшла маршрутка, хотя обычно в это время ее приходится ждать долго. Я уселся и задумался о своем, пока не обнаружил, что глажу себя по руке и меня всего охватывает Нежность. Я удивился тому, что это происходило автоматически, то есть я специально не вызвал состояние Нежности, как я обычно это делаю. Я сидел и удивлялся тому, что происходит. В какой-то момент в голове появилась мысль:«Я — Бог», а внутри уверенное чувство мне вторит: «Даааааа». «Я все это создал», а чувство: «Даааааа», и только маленькая часть меня сомневается, почти незаметная часть. «Я есть все Сущее», а внутри: «Даааааа»… И вот я смотрю на маршрутку и думаю (!):«Это создал Я!», и нет сомнения, что это так. И потом: «А как Я это создал?». Смотрю на людей и думаю: «Ух ты какие все интересные!» и их всех создал тоже Я! Я сижу офигеваю от этого чувства, Я действительно не понимал, ну как же я это все создал? Все такое удивительное! Выхожу из мартшрутки, и вижу фонарный столб и меня одолевает: «АФИГЕТЬ! СТОЛБ!!!», а потом на деревья: «ОГО ДЕРЕВЬЯ! ДОМА! БЛИИИН, какое все интересное!» И при этом с лица не сходила улыбка удивления, идут люди, а я не могу не улыбаться, все же такое НЕОБЫЧНОЕ! И вот прихожу я в хостел, а там мой сосед Егор, и я искренне удивляюсь: «Блииииин, ведь я его создал же, но как?» Стою на кухне и рассматриваю разные вещи: стол — ОООООО, какой он интересный! соломка — ОООООО!!! Какая она интересная! шкаф — АФИГЕТЬ! Какой же ты! И паралелльно кушаю, а сзади стоит Егор а я ГЛАЖУ БОЙЛЕР и думаю: «ПОФИГ ваще, что там стоит Егор, ведь бойлер такой ИНТЕРЕСНЫЙ!» :))

Ложусь спать, постоянно улыбаюсь, думаю о том ну как же я это все создал, ничего не понимал, и при этом гладил руки, тело. В какой-то момент я заметил, жжение в район копчика и нижних повзвонков. Думаю: «О! Привет, КУНДАЛИНИ! Я тебя так долго ждал!» И снова в это состояние Нежности. Я переворачивался то на один, то на другой бок, с мыслью что-то так неудобно лежать, и так несколько раз, пока не осознал: «БЛИИИН, ЭТО же КУНДАЛИНИ хочет течь то по одному, то по-другому каналу! А тело само регулирует на какой бок лучше лечь». Я понял, что тепло из копчика поднимается все выше и выше, но на середине позвоночника она остановилась, я обратил внимание на это место и она начала двигаться дальше. Я перенес внимание на что-то другое и она снова остановилась. Так вниманием я ее довел до середины шеи, где она почему-то пошла очень медленно, но в итоге пробралась в мозг.