Зачем мы пишем, учим, комментируем, спорим? Из сострадания несомненно, но и желание назвать себя сострадательным никуда не уходит. Что дает силы, для бесконечного пребывания на сайте? безусловная любовь, да это так, но и потребность эту любовь получать, потому и замирает сердце от дружественного лайка и одобрительных слов. Что заставляет входить в философские дебри, искать точные ответы… стремление познать истину? Несомненно, но и возможность показать свой ум. Мы как львы бросаемся в бой с невежеством, защищая дхарму… и влажным взором смотрим в глаза мастера, ожидая одобрения наших усилий.
Два вектора, два мотива складываются и создают действие. Это ни хорошо ни плохо, все это проявление одной силы, условно разделившей себя на две. Но импульс, идущий из личности всегда имеет свою противоположность, поэтому всегда мало, сострадания, любви, смелости и ума. И возникает дыра, поглощающая изначальную энергию. Все бессмысленно, никому нельзя помочь, зачем все? Это ловушка, черная ночь души и пройти ее можно только через долину призраков прошлой боли. Увидев призраков как призраков и перестав с ними бороться или преклонятся. Энергия творения никуда не исчезнет и не станет больше, но перестанет теряться в бесконечной борьбе за себя.
Читать дальше →

Бродишь нищим, с протянутой чашей, улыбаешься звону монет, говорят, тот кто ищет обрящет, но покоя, по прежнему нет. Эта чаша, как сито дырява, а бросают, лишь мелкий металл… царство божие наше по праву, кто осмелился тот и взыскал. На подачках, не выстроишь веру, но умильно смотрю я в глаза… ах отсыпьте мне жалости меру, я хороший, плохим быть нельзя, я скромняга, я вас уважаю и готов вам себя предложить… и ночами вам в горло вгрызаюсь и хочу вам жилище спалить. Я себя ненавижу до крика, за подачки, что должен просить и в подвале, царапаю лики, потому, что иначе не жить. Я молюсь, этим ликам поблекшим, я прошу, беззаветной любви… и потеки, как призраки Роршах, сотворяют мечты корабли. В них, я гордым плыву капитаном, открываю неведомый край…
Подымаюсь в зловонном тумане под собачий пронзительный лай. И иду, плечи сжав от озноба, собирать свою горькую мзду… и прошу, ну подайте мне Бога, и тогда, навсегда я уйду.

ОБИДА.

Скучаешь и смотришь, и ищет твой взгляд в окне силуэт, а вопящий детсад, как шумное море, и ты как скала, и тиной обиды, душа заплыла. Где мама, где киса…?! в ответ тишина… ее не найти…. только блеск от окна. Он режет по горлу и новый удар… больницу покорно, боль прячет в угар…. Стоишь, полотенце на шее висит, не знаешь что ждет, а сердечко дрожит. Железные птицы ворвутся в твой рот и хочешь напиться, а горло дерет. И так за изменой измена и вновь из пальцев песком утекает любовь. Что толку, что все понимаешь сейчас, ты полон сноровки и тверд как алмаз… а детское сердце приливом тоски размоет твердыни, что были крепки, подымет из глуби горячей слезой… и хочешь стони, а не можешь то пой, о том что уже навсегда потерял… невинную песня начала начал.

ТРУСОСТЬ.

Вокруг злые лица и режущий смех и хочется слиться, исчезнуть для всех, но стая загнала, прижала к стене…. бессильная ярость и холод в спине. Свернешься клубочком, закроешь глаза… быть может не тронут, бить слабых нельзя… и хочется крикнуть, но в горле комок и сердце без ритма ждет новый урок. Быстрее, быстрее… ну где же звонок, и щеки алеют… ах если бы мог… взорваться как бомба, в 500 мегатонн, и мир этот сжечь, как истрепанный сон… Но гнев не пускает трусливая кровь, она вспоминает все кары богов, погромы, пожары, испанский сапог, ГУЛАГ и татары и тысячи снов… в них дымные лица, Освенцима гарь… И хочешь подняться, но болен и стар…. Я трус и бессильно ползу как змея и жду, что раздавят когда то меня. В себя я запрятав и боль и вину живу с этой ношей, зачем не пойму. И каждую ночь продолжаю войну, бессильно машу кулачком на себя и утром проснусь я себя не любя.
Но вам не узнать, буду весело петь, о том, что сумел я как Бог умереть. И буду читать ницшеанский коан, себя Заратустрой запрятав в карман. И буду я смелым, пока не придет под белой вуалью последний исход.
Читать дальше →

У человека есть две битвы, которые истощают энергию счастья и радости: социальный иммидж и свой личный, перед собой.
Читать дальше →

Что поделать, такое случается не только у белогорячего свекра из песни Высоцкого, но и у поймавшего ночью, после 3 чашек кофею (зачем, зачем же было так?) очередное сатори.
Беззвучный смех — дабы не разбудить спящих — сотрясал мое тело. ВЫХОДА НЕТ — обожемой, почему мне это казалось безысходностью? Выхода нет совсем, что очевидно, и ахахаха, надо же было так запудрить мозги, какой изысканный гипноз, сеть гипноза!
Дело в том, что выхода нет и в смерти. Я всегда дома, куда ни пойди! Это каждому младенцу известно. Есть — нет, бытие — небытие, пришло — ушло, свет — тьма… Да я же всегда дома, и что это за травинки плывут по воде? Бытие и небытие? Ой, что-то не видать, мысль ушла — и их не стало.
Побежала в туалет, закрылась с «Сокровищницей Дхармадхату» — сижу, гляжу на нее, ну здравствуй, я и я, ахахаха, как чудно это все. К груди себя собой прижимаю, ну и ну. Опять в темную комнату, в постельку. То проваливаясь в свет, то выныривая в смех, всплывали чередою куски памяти. «Обида… О майн гот, как же это красиво! Как переливается, как может, ай да обида! Поиск этот весь — боже, как он прекрасен от начала до конца, вот это цветение, вот это любовь! Звук холодильника, темнота, свет — всё это дома, то же, что и я… Кто ты? Я — то же, что и чириканье воробышка за окном...»

… Он то плакал, то смеялся, то щетинился, как ёж. Он над нами издевался… Ну, сумасшедший, что возьмёшь?
Читать дальше →

Козёл, со связанными лапами на велике,
Мечтает стать птицей с крыльями в небе.
Умереть от нескромной мечты он может только в мечтах,
А в жизни, в обычной жизни — он умрет как все…
… и только потом ему свяжут ноги, чтобы поместился в ящик.

Последние несколько дней усиливается депрессивное состояние. И на этом фоне привычные концептуальные анальгетики не работают. И вот что я заметил: очень сильная тенденция бежать, ломиться, суетиться. Раньше я шел бухать, курить траву, просто гулять… и т.д. Источник бегства — невероятное чувство собственной ущербности и недостаточности. Реакция на это — бег в любом направлении, подойдет все что угодно, лишь бы не переживать это.
А я то думал, что такое уже далеко позади. И уже начал примерять корону просветления и репетировать речи на сатсангах, собственных разумеется.

Если вы проживаете жертву, а Вы всё время проживаете жертву, то главная мечта: чтобы всё вокруг было жертвой для вас.
Каждый жертва хочет чтоб все приносили ему жертву.
Читать дальше →

Смотреть и не отворачиваться. Осознавать факты. Вот очередные погибшие в Донецке дети, не говоря уже о взрослых. Вот сообщение о женщине, живущей в Индии, мечтавшей стать инструктором йоги, а вчера попавшей в аварию и парализованной. В этом нет их вины, это не наказание. Только факты. Никакой защиты и справедливости, никаких надежд, никакой логики. Полная уязвимость. Неизбежность страданий и смерти для всего живого, кем бы оно ни было. На это надо смотреть, медитировать, не закрывая глаз.