Ты можешь думать, что ты что-то делаешь. Уверяю тебя, что это не так. Нет индивидуального деятеля.

Нет способа, позволяющего контролировать последствия твоих действий. Жизнь — это безличное течение, и ты не можешь контролировать ни свою, ни чью бы то ни было жизнь.

У людей нет никакого независимого, обособленного существования, согласны они с этим или нет. И нравится им это или нет, они беспомощно проживаются в огромной тотальности невообразимо запутанного творения, над которым у них нет ни малейшей власти.

Тщетны поиски человеческой причины, цели или смысла в событиях жизни, которые по сути своей являются безличными и вообще нечеловеческими.

Р. Балсекар

По ощущению, нужно было идти вниз. Мощеная камнем пешеходная улица, зажатая белыми стенами невысоких домов, прерывалась длинными лестницами, извивалась, изредка становилась ровной или ныряла под арки и мосты. С двух сторон над дорогой с фасадов домов нависали массивные и аляпистые балконы, украшенные цветами. У входа в маленький магазинчик сидел пожилой абориген с колоритным лицом и рассматривал прохожих. Пахло кофе, ванилью, кокосом и еще чем-то приятным. Лучи солнца, отражаясь от светлых известняковых стен, били прямо в глаза. Я быстрым шагом шлепал к истине. Где-то внизу, в просветах между домами, в нескольких кварталах, уже маячила набережная океана. «Она там!» — подумал я. Сильно пахнуло озоном, водорослями и крабами. Еще немного и я у цели. Я ускорил шаг, почти побежал, как вдруг увидел свою старенькую маму. Она стояла на моем пути, совсем маленькая и высохшая, что — то выронила из рук и пыталась поднять. Я подбежал, обнял ее, взял ее левую руку, обнял за талию и завороженно произнес: «Мама… мама… мама». Она показала рукой, что нужно идти вверх…
И мы вместе медленно пошли вверх.

Безымянная, безформенная форма и имя:)Я без я.Тело без тела, рука без руки:)

Я не знаю где иду…
Я не знаю что делаю…
Я ничего не знаю…
Я не знаю на что смотрю…
Я не знаю зачем иду…
Я не знаю что будет через секунду…
Все неизвестно… Все непонятно…
Не понятно не потому что хочется узнать…
А потому что непонятно… Загадочно… Странно…
Необычно…
Все как в первый раз…
И все как в последний…
Я не знаю эту реальность…
Я не знаю есть ли она вообще…
Я не знаю не исчезнет ли то что передо мной  через момент…
Я не знаю есть ли хоть что-то за моей спиной…
Может ничего... 
Я не знаю что будет если я повернусь…
Мне не страшно…
Я просто не пытаюсь заполнить пустоту... 
Я не знаю чем и надо ли…
Не знаю надо ли поворачиваться…
Не знаю надо ли продолжать смотреть…
Не знаю надо ли продолжать идти…
Я продолжаю идти…
Я продолжаю смотреть широко открытыми глазами…
Я вижу как необычно падает свет от фонарей…
Я вижу запорошенные верхушки деревьев… Такие белые… Так необычно…
Я прохожу мимо дерева вплотную. В сантиметрах мимо проносятся ветки в снегу…
Такой необычный рисунок…
Постепенно, оно осталось позади…
Я вхожу на школьное футбольное поле, огражденное деревьями и фонарями…
Такая тишина… Такое таинство…
Я вижу следы на снегу… Много следов, по всему полю…
Я вижу как моя тень ползет по белому покрывалу…
Так странно…
Я вижу как свет освещает здание школы… деревья…
Я вижу все сразу, словно пытаюсь охватить всю картину целиком…
Я как-будто вижу атмофсеру всего…
Я смотрю так словно что-то во мне пытается это все запомнить…
Хотя я ничего не пытаюсь…
Я не останавливаюсь, не меняю скорость, и даже не разглядываю…
Я просто иду…
Иду как в первый раз… И как в последний…
Смотря вперед я вижу козырек шапки сверху над глазами…
Впереди колеблется изображение…
Вверх, вниз, вверх вниз…
Шаг, другой, еще шаг…
Хруст, хруст, хруст…
Как-будто это я иду…
Ощущение рук… Они слегка сжаты чтобы не мерзнуть…
Приближается
Читать дальше →

Как — то ночью, я услышал шум, где-то за стеной пели две девушки. Брынчала гитара и два голоса необычными модуляциями выводили мелодию, которая была явно не из известных мне шлягеров. «Хм», — подумал я.

Потом в один из вечеров я услышал непрофессиональную, но добрую из-за своей наивности игру, то ли на окарине, то ли на дешевенькой флейте. Потом, в ванной комнате, через вентиляцию зазвучало отчетливое пение парня: это была не известная мне песня на русском языке. Человек пел не так, как горланят пьяные люди за праздничным столом, или как любители под душем мурлычат какой — нибудь хит, а как-то по другому, не искажая ноты, добросовестно, с чувством и напором. Опять же флейта по вечерам продолжала свои эксперименты со звуком…

И когда сегодня ночью, я проснулся в двенадцать часов от очередного шума — звучали слова песни «Я тебя никогда не забуду, я тебя никогда не увижу» из фильма «Юнона и Авось», я окончательно понял — у меня сверху поселились музыканты.

В каждый момент смысл твоей жизни в проживании того, что этот момент принёс,-эту ситуацию, эти чувства, эти мысли, эти ощущения… с полным приятием и прощением, с осознанием присутствия самой Жизни, Бытия в явленномм.Мораль-это не плохо, но не ограничивай Жизнь моралью.Знание-это не плохо, но не ограничивай Жизнь знанием… Не получается? Прости себя, ибо Жизнь принимает и любит тебя таким каков ты есть.Ты сам есть проявление самой Безграничной Жизни, сущность которой есть Любовь без условий, без ограничений… Благодари.

Единственный, у кого встретил такое описание.
Антоний Голынский-Михайловския. О молитве Иисусовой. Аскетический трактат.

Молитва словесная
Молитва умная деятельная
Молитва умно-сердечная деятельная
Молитва умно-сердечная самодвижная
Молитва умно-сердечная чистая
Молитва зрительная

azbyka.ru/otechnik/Antonij_Golynskij-Mihajlovskij/put-umnogo-delanija/

Какая-то мрачная безысходность безсмысленности и пустоты этой жизни всплыла.Стало тревожно на сердце.В итоге я протянул руку и приветствовал это «существо».И тогда оно открыло мне свою другую, светлую безграничную природу.

Дмитрий Иванович каждый вечер после работы шел к автобусной остановке одной и той же дорогой — это три квартала, из которых два приходились на промышленную зону без тротуара. Приходилось жаться к припаркованным машинам, а спешащие к ужину автомобили шумели в спину и заставляли мужчину влазить в гряз обочины. Дмитрий шел быстрым шагом и о чем то размышлял. Он думал о том, что все люди думают, но он, Дмитрий Иванович, еще думает о том — что он думает, как он думает и как бы думать поменьше. В этот момент он услышал рев очередного авто и визг тормозов рядом с собой.

— Димыч, тебе же на Юг, садись подвезу, — молодой парень, коллега с работы, улыбаясь, качнул головой на место рядом с собой.

Дмитрий Иванович, немного замешкавшись, быстро перешел дорогу и сел в Мазду. Водитель нажал на педаль газа и седан резко рванул с места так, что пассажир впечатался в сиденье.

— Ничего себе какой резвый машин, — сказал мужчина и чтобы как-то навести мосты к разговору со спасителем добавил, — и какой же объем двигателя у этой красавицы?

— Один и шесть, — ответил парень.

Не сказать, чтобы наш герой был молчуном, но после работы он любил собраться с мыслями, подвести итоги дня и домыслить не домысленное. Но тут, в знак уважения за оказанную заботу, он считал нужным поддержать беседу:

— И сколько она кушает бензина?
— Да по-разному, — улыбнулся водитель, — не жалуюсь.

По немногу завязался разговор. Разговаривали о разном. Сначала обсудили стоимость бензина, потом повышение пенсионного возраста. Посудачили о том, что арбузы уже не те и картошка с огурцами — тоже стали хуже. Потом машину подрезал шашечник и пришлось резко затормозить. Потом мимо пулей пронесся мотоциклист и Дмитрий Иванович узнал для себя новое слово -«Хрустяшка».
А на светофоре, от энергичного владельца Мазды целая новая интересная фраза вошла в лексикон мужчины. Она звучала так — «Езжай, езжай, зеленей не будет!». Все бы хорошо, но наш герой постоянно ловил себя на мысли, что его что-то
Читать дальше →