В американском аэропорту Кеннеди журналист проводил опрос на тему: «Что по вашему мнению является самым отвратительным на свете?» Люди отвечали разное: война, бедность, предательство, болезни… В это время в зале находился дзэнский монах Сунг Сан. Журналист, увидев буддийское одеяние, задал вопрос монаху. А монах задал встречный вопрос:- Кто вы? — Я, Джон Смит. — Нет, это имя, но кто Вы? — Я телерепортёр такой-то компании… — Нет. Это профессия, но кто Вы? — Я человек, в конце концов!.. — Нет, это Ваш биологический вид, но кто вы?.. Репортёр наконец понял, что имел в виду монах и застыл с открытым ртом, так как ничего не мог сказать. Монах заметил: — Вот это и есть самое отвратительное на свете — не знать, кто ты есть»

Пространство воображения с детства было моим основным местом обитания. В нем расцветали и увядали яркие образы, разворачивались невероятные события, неординарные характеры раскрывались в напряженных ситуациях. Бесконечный праздник вдохновения, простая и глубокая радость самовыражения без этого «само». Там не оставалось места для личностных заморочек, волнений об имидже, о прошлом и будущем. Единственный, без второго, момент «сейчас», проявленный в буйстве красок и эмоций, где символы указывали на бездну возможностей и «предел» оказывался просто идеей, забавной, но несущественной. Как и весь «реальный» мир.
Не удивительно, что моя социальная адаптация сильно замедлилась. Мне было просто не о чем разговаривать, и общение с окружающими не интересовало вообще. Мои друзья — книги и музыка. Но без социальной роли не обойтись: человек постоянно примеряет на себя бог знает сколько определений, которые поддерживаются обществом, таковы правила игры. Я подчинилась им, не совсем понимая, что происходит. Появился жесткий центр, вокруг которого стали вращаться все мысли, желания, важность его возросла настолько, что теперь не оставалось места вдохновению. Воображение встало на службу образа меня и моей жизни. Только радость и легкость уступили место напряженности и страданию.
Ошибок нет, как и чего-то постоянного и незыблемого. Это переходный период, этап взросления, который может завершиться в этой жизни или продолжиться в следующей. А может, и нет никаких жизней и этапов, просто расцвел и засиял еще один образ.

Читать дальше →

Когда я попытался объяснить другу что такое «ум», то подавился влетевшим в дыхательное горло комаром.

Невозможно никому ничего поведать о том, что происходит после пробуждения, потому что те, кому можно что-либо поведать, являются лишь частью сна.



Читать дальше →

www.youtube.com/watch?v=v2J4lJAvpLM

Поль Леви «Мы все одержимы?»

К. Г. Юнг, великий врачеватель душ и один из самых вдохновенных психологов двадцатого века, имел невероятное понимание того, что в настоящее время разыгрывается как индивидуально, так и коллективно, в мире! Он пишет: «Если вдруг мы посмотрим на человечество как одну ЛИЧНОСТЬ, мы увидим, что оно подобно влекомому бессознательными силами!». Мы влекомы – «одержимы», и действуем бессознательно. Юнг развивает мысль дальше: «Понятие одержимости хотя и старомодно, но ни в коем случае не устарело: только название изменилось».

Раньше говорили о «злых духах», теперь мы называем их «невроз» или «бессознательные комплексы». Снисходительно думая, что современные рациональные люди не должны верить в неких примитивных демонов, мы попали под чары очень злых духов, считая их несуществующими. То, что древние называли демонами, есть психические явления, которые заставляют нас действовать против наших лучших намерений. Цитируя Юнга, «… психические условности порождают демонов активно, как никогда. Демоны в действительности не исчезли, но лишь приняли другую форму: они стали бессознательными психическими силами».
«Одержимость», согласно Юнгу, это "первобытное психическое явление, … особое состояние ума, характеризуемое тем, что определенное психическое содержание, так называемые комплексы, берут контроль над всей личностью, по крайней мере временно, до такой степени, что приостанавливает волю «я»". Хотя одержимым может казаться, что у них есть свобода воли, их свобода является иллюзией. Они невольно используются в качестве инструмента для некоторых «других» энергий или сил, чтобы воплотить и выразить их через себя.
Наличие комплексов не всегда является патологией, поскольку они есть у всех. Что такое патология – так это думать, что у нас нет комплексов; это является предпосылкой нашей уязвимости для одержимости.
Юнг поясняет: «Каждый знает, что сегодня люди имеют комплексы. Что не так хорошо известно, хотя и гораздо более важно теоретически, то
Читать дальше →

Купаться в океане очень приятное мероприятие. Набежавшая волна подхватывает это тело и несет к берегу. Чувствуется легкость и освежающая наполненность.
Купаться в океане очень опасное мероприятие. Набежавшая волна сильно ударяет и отбросывает тело. И тогда чувство боли и страха в нем, ищет выход. Выход тут же находится в поисках большой жемчужины. И тело лихо ныряет, ища ее во всех закаулках дна. Жемчужины разных размеров попадаются в растопыренные руки, но все не то, должна же быть одна единственная большая жемчужина. Нырять все время не получается, поэтому тело большую часть времени попросту дрейфует на поверхности океана, получая приятную истому в перемежку с ударами в бок. И опять что-то заставляет погрузиться на глубину, на встречу с большой жемчужиной, которую никто, никогда не видел.

— Скажите, Бог есть?
— Бога нет.
— А когда будет, не подскажете?

Читать дальше →

С неба на землю вдруг посыпались алмазы… нет, фольга, очень тонкая, как сусальное золото, только серебрянная, нарезанная на мелкие треугольники и квадраты, ромбы, тетраэдры, параллепипеды и гипотенузы, бережно, тонко, хаотично и как попало, с любовью ко всем существам во вселенной, как мотыльки, эти кусочки фигни, порхают в небе. Ну и ладно.