Глубокой ночью в ненастную погоду мне
приснился странный сон. Я увидел во сне
Адвайтозавра, огромное животное о двух
головах с семью ногами и с бородой как
у козла. Он мог говорить и поведал мне,
что одна голова у него пробудилась, а
вторая нет. Просил совета. Я подбросил
ему пару указателей и он прослезился
пробуждённой головой от радости, но вторая
голова разинула пасть и зарычала так,
что я проснулся в холодном поту и долго
ещё выбивал зубами чечётку от страха, но
потом опять заснул и приснилось мне, что
я учёный, занимаюсь раскопками в поиске
древних животных и натыкаюсь на останки
адвайтозавра.

Вопрос. Существовал ли адвайтозавр и,
если да, то в какой реальности, кто его
создал и материален ли он?
Спасибо.

Люблю музыку слушать.
Читать дальше →

дождь лупасит. Разогнал день города по норам. Шарики уехали в машине. Здесь целый мир в груди плескается. Почему в груди? Фиг знает, где застревает.

Ни одно действие не ведёт к освобождению, ибо любое действие связывает, и чем больше значение мы придаём НАШИМ действиям, тем сильнее они связывают.
Только с принятием своего бессилия, связанность также теряет силу, а действия теперь просто случаются, не связывая законом причинно-следственной связи.

Это и есть Освобождение, которое заключалось в освобождение от значимости и важности СОБСТВЕННЫХ действий.

Читать дальше →

А ко мне в башку любит Кришнамурти заходить,
С каких-то далеких прочитанных страстно книг.
Туда, сюда глянет брезгливо, со стола всё скинет,
Усадит, в поверхность пустую пальцем потычит и сгинет…

Ты с ним рассталась, хотя казалось ранее,
Что ваше Вместе посильнее глупых пререканий,
Сильнее обстоятельств, и даже, хода ремени — Лишь раздражение и жалость он ныне вызывает.

Услышь, сестра, в нашем мире относительном нет ничего сильнее времени,
Увядание и старение, пудрой с лица сыпятся. Страх конца лишь сильней будет завтра.
В ход естества вмешаться выдели хоть немного времени.

Увидь сестра, это страсть, надежда найти целостность через любовь достойного — Она лопается разочарованием, когда ее переполнит уверенностью в его завоеванности.
Она воскресает, лишь когда он делает ей болезненные жертвоприношения,
Или вдруг нашел в жизни нечто тебя важнее — ты страдаешь, а она просыпается.
В ход естества вмешаться выдели немного времени.

Ты остро вину чувствуешь, он так долго тебе доказывал, что ты нужна ему,
Как кислород важна, необходима как орган его тела… нет, ты конфета для его эго.
Как и он для тебя — красивая обертка, ты ее срываешь первым поцелуем,
Затем зубами впиваешься в содержимое или сосешь неспешно с наслаждением,
Так или иначе, начинают болеть зубы, немеют губы, она уже не так сладка,
время ее выплюнуть ща… а он еще там, где обертку снимают. Вникаешь, сестра?
В жизни других ты не так важна, как порой создается впечатление,
В ход естества вмешаться выдели немного времени.

Прости сестра, если краски мои слишком мрачные,
Ты права, палитру можно выбрать ярче,
Как в журнале глянцевом, про семейные ценности и отношения.
Тебе видней, а я так не умею. Возьми журнал, ходи на тренинги,
В ход естества вмешаться выдели немного
Читать дальше →

Что-то бросила дерзкое, и обиженно в комнату топает, дверью хлопает, плачет верно.
Твой проступок был явной мелочью, не проступком даж, а так, словом в топку ее раздражения.
Но ты мыслишь, что надо быть выше, быть взрослее, помнить принципы заботы и сострадания,
И ведь должен кто то первый шаг сделать… будь достойней желания за ней следовать.

Тот у кого нет достоинства, всегда будет в роли ведомого, в любых отношениях,
В заданном другими направлении будет нестись с ускорением, остатки разума теряя,
не смей делать шаг вслед, когда от тя идут прочь, когда не рады твоим проявлениям,
Ты не видишь, что твой интеллект несет бред, слепо удовлетворяя чужие ожидания и стремления.

ожидания сидят в клетке ее башки. Ты глотаешь их как таблетки, чтоб спастись, излечиться от тотального неприятия своего существования.
Затем, они уже в тебе и надо их кормить, и вся твоя забота с состраданием — всегда о них, о них нельзя забыть, ведь будут грызть, изнутри если не следить за их питанием.
Они растут и все сильней в сердце впиваются, вгрызаются, и все искуснее твой ум плетет отмазки, чтоб их оправдывать, кидать куски, да посвежей.
Тебя куски. Не смей идти за ней, не
Читать дальше →

Берём две концепции (две мысли).
Читать дальше →

Что же болит? О чем болит? Это боль отдельности? Не важно, что сказано тысячу раз — для каждого это впервые. Говорят — прожить боль. Что это значит? Я смотрю на боль? Я и есть боль? Можно, конечно, с иронией отнестись к этому. Но мне любо быть здесь предельно серьезным. Социальное болото нивелирует, лишает значимости, интерпретирует боль как нечто нежелательное, как то, что нужно убрать. Так не будем же слушать этот голос жабы. И послушаем, дадим голос этой боли. Это мне мало любви? Или это мало меня? Лояльность, какая то несгибаемая прогибаемость под авторитет мастера — кваканье той же жабы. Итак — мне мало или меня мало? Я хочу опыт, осознание. А опыт пока такой — слушаю себя — слезы. Какие то давно забытые и родные чувства. Выходят пусть на свет божий. Как бы из этих соплей не вышло бы фетиша и само любования. Я — война, а не волна.
Ребяты поддержите!