В целом я рад, что начал свое знакомство с книгой этого автора. Могу сказать одно, что выполнение данной практики приводит к большей эмоциональной свободе чем была у меня ранее.иногда отпускание сопровождалось смехом. Иногда у меня получалось просто открыться своему страху и вдыхать его в себя. В такие моменты я обнаруживал для себя, что страх совсем не страшный. Общая эмоциональная неустойчивость, некомфортные ощущение типо слабости ущербности в целом стали протекать легче, борьба уменьшилась. Внутренне даже как то стал приветсвовать все эти состояния и то что они стали выходить наружу. Но больше всего стало радовать, что в целом стал признавать эти чувства, что они вообще есть и что есть тенденция по их избеганию, отрицание умными а порой и не совсем умными доводами

Я очень хочу увидеть себя как абсолют, реализовать себя абсолютно.
Но из инструментов — только относительные взгляды.
А ведь самая красивая вещь — не дотягивает до той красоты, которая есть я.
Ни один эталон не может точно соответствовать мне,
ни одно зеркало не может меня отразить,
невозможно придумать точное слово, которое будет соответствовать мне.
Такова бесысходность реализации.

ТО, ЧТО ПРИНИМАЕТ СЕБЯ ЗА Я-МЫСЛЬ, И ЕСТЬ САМЫЙ ГЛАВНЫЙ ФЭЙК.

Оно не может существовать без «меня», поскольку нуждается в постоянном подтверждении себя через «другого», и этот другой — «я». Вот оттуда просачивается эта базовая фрустрация, этот страх остаться без «другого», без собеседника — перед зеркалом, которое отразило бы лишь очевидное не-существование глядящего.

Стоит снова и снова вчитываться в эти гениальные строки:

Ужас одиночества, отсутствия отражения в зеркале, отсутствия тени, отсутствия двойника. Это ужас стойкого оловянного солдатика, который вдруг обнаружил, что балерина, которую он полюбил за прекрасную одноногость, имеет две ноги… Это и страх самого себя, страх внутреннего зеркала, ужас раздвоения личности в сугубом одиночестве. Что увижу я, если осмелюсь вглядеться вглубь самого себя? Дьявол или облезлая мышь, что страшнее? Этот страх Моего Я порождает создание и воссоздание Я-Другого — вечно присутствующего и жаждущего своего Иного — отсутствующего двойника.

«Маленькое чмо» жаждет настоящей любви, но не получит ее НИКОГДА, поскольку тот, на кого оно так уповает, — не только нереален, но и сам нуждается в ком-то, чтобы
Читать дальше →

На фоне обычных мыслей и переживаний.
Среди обычного шума улиц и тишины уютного дома.
Где — то из глубины, из сердца твоего существа.
Вдруг искоркой вспыхивает игривый огонёк.
На тебя находит детство, творчество играет
пионерскими зорьками…
Пытаешься ухватить эту искорку, описать, сфотографировать.
И тут тебя выкидывает в обычное «сейчас».
Нейтральное, привычное, никакое.
И понимаешь, что снова увлёкся красивой фантазией.
Грустно не становится.
Просто обрывается книга, дальше — белые листы.
Непонятно, чем всё закончится и о чём эта книга.
Просто вдох — выдох.

В сердце есть маленький кусочек Солнца.
Это светильник радости, его ещё называют внутренним ребёнком.
Маленькие дети часто бывают счастливы, именно этим.
А без привычных штампов и шаблонов, приклеиваемых мышлением «для удобства»,
это энергия счастья.
Такой маленький светильник, с которым тепло, уютно и радостно.
Очень мощная сила. Все «тяжелые мысли» просто сдувает, как сухую траву.
Мир, вся реализация воспринимается как игра.
Играй! :)

Когда вы узнаете с абсолютной убеждённостью,
что ничто не может повредить вам, кроме вашего воображения,
вы перестанете уделять внимание своим страхам, концепциям и представлениям,
и будете жить только Истиной.

~ Нисаргадатта Махарадж

Тысячи лиц
Миллионы глаз
Безответная тишина
Никуда не спешит

Когда “Я” видит изначальную пустоту всех явлений, его оковы навсегда спадают. Это то что называют пробуждением или просветлением. Однако это не конец пути прозрения.

После пробуждения сам собой запускается и идёт процесс совершенства полученного прозрения. Оно как бы расширяется, и углубляется, постепенно стирая карму, которая осталась от нашего субъективного “Я”. Но это лишь одно из измерений пути после пробуждения. Второе — это более глубокие прозрения в природу воспринимаемой реальности.

В дальнейшем прозрении есть несколько «уровней». Есть так называемая стадия Араханта. Она достигается за 4 последовательных цикла прозрения (так называемых 4 пути), каждый из которых убирает определённые фундаментальные привязанности. Человек дошедший до этой стадии всё время (и это важно!) без каких-либо иллюзий ума видит воспринимаемую реальность как один целый поток, один танец ощущений, в котором вообще нет ничего мутного. Всё абсолютно ясно видно как одно целое, нет ни малейшего искажения. Это конец практики прозрения с точки зрения традиции Тхеравада. Это конец 4х этапов или 4х путей, которые описаны в древних Тхеравадинских текстах. Однако в традиции Тхеравада есть ещё практика моральности и практика концентрации. У практики моральности нет конца — это то, как мы живём в мире относительного.

Махаяна не считает стадию Араханта концом пути. Махаяна называет это состояние «основой ума». С точки зрения Махаяны стадия Араханта соответствует 6-и открытым бхуми. Из этого состояния становится относительно легко доступно то, что называют ригпа, естественное состояние или нирвана. Это то что остаётся, когда схлопывается пространство-время. Из основы ума ригпа, как говорят, всегда доступна простым усилием воли и концентрацией. Поэтому стадию Араханта в некоторых школах тибетского буддизма называют “малой нирваной”.

В принципе дальнейшее прозрение тоже возможно. Дело в том, что в основе ума тоже есть процессы осмысления. Очень-очень низкоуровневые. Они настолько тонкие,
Читать дальше →

Карандашом на клочке бумаги один человек по имени Хари Хари Омик записал: «Купить: хлеба и апельсинов». И вполне обыденно пошел в магазин, обыденно расплатился на кассе и обыденно сказал другому человеку, что сделал это, после чего поел и лег спать.

Пока он спал, ветер носил семена над полем, дождь поливал их, а солнце светило, чтобы семя могло прорасти. Когда дерево благополучно выросло, пришли люди из Сибири и срубили деревце, отправив его на обработку в какой-то цех.
Бизнесмен Виталий выкупил обработанные деревья и нанял сто человек из китайской провинции, чтобы те сделали из них бумагу. Предварительно еще кто-то изобрел оборудование, на котором они работали. Другой бизнесмен построил другой завод, где обрабатывали грифель. И где-то на стадии третьей или четвертой переработки получался карандаш.
В костромских полях тем временем колосилась пшеница. А на противоположном континенте, где-то в Марокко, выращивали апельсины. Солнце, дождь, ветер, сотни людей, логистические компании, перевозки, переработки – все это поучаствовало в процессе перед тем, как пшеница стала хлебом, а апельсин появился на прилавке.
Когда Хари Хари Омик проснулся, все уже существовало. Когда он вставал с кровати, его ноги работали исправно, его суставы двигались, а сердце стучало. Он не выращивал собственноручно сосуды и сухожилия на руках и ногах, он все это получил просто так.
Но всякий раз, когда он что-то делал, то каким-то образом Хари Хари Омик игнорировал огромную Вселенную, действующую во всех процессах, не видел глубины, стоящей за каждым проявлением чего-либо, и по глупости ограничивал свое видение, уверенно и почти автоматически провозглашая: «Это сделал
Читать дальше →