«Мир из Моей Природы распустился,
И в нем незримо, тайно Я живу.
Все существа лишь от Меня зависят,
Но от творений не завишу Я:
Их нет в Моей Божественной Природе
(Постигни сам глубокую ты тайну).
Творящий Дух Мой все в Себе содержит,
Но от всего свободен Я навеки.
Как движется и пространстве бесконечном
Могущественный воздух, не колебля
Пространство необъятное вселенной" — Так и в Моей Природе Совершенной
Миры живут, сменяются другими,
Но неподвижен Я и неизменен.
Когда кончается период Кальпы,
Все существа к Источнику творенья,
К Моей Единой Сущности приходят;
И снова возвращаю Я их к жизни
Могущественным Словом созиданья,
И Творческою Силою Моею
Даю Пракрити новое движенье,
И волею Всесильного Я снова
Развертываю формы и явленья.
Не связан Я твореньями Своими,
Ни волею, ни жаждой созиданья;
Мой Дух творит, но не мешает это
В Самом Себе покоиться Мне вечно.
Мой Дух — закон, и силою закона
Все вещи возникают и во мраке
Небытия скрываются на время.
Он есть Источник вечного движенья». — Бхагавадгита​

Опыты следующие за самадхи — турия

ЗАКРЫТЬ ГЛАЗА

Веды говорят, что могут закрыть глаза. Закрыть глаза туда, в абсолютное небытие.

И Некто прикрыл мне немного глаза и я ощутил это и подумал. Что если есть бытие, то это абсолютное небытие. Возможно лишь на секунду осознав это все встало на свои места.

«Девушку звали Сун Цзинь-хуа, это была пятнадцатилетняя проститутка, которая, чтобы свести концы с концами, по ночам принимала в этой комнате гостей. Среди многочисленных проституток Циньвая девушек с такой наружностью, как у неё, безусловно, было много. Но чтобы нашлась другая с нравом столь же нежным, как у Цзинь-хуа, во всяком случае, сомнительно. Она, — в отличие от своих товарок, других продажных женщин, — не лживая, не взбалмошная, с весёлой улыбкой развлекала гостей, каждую ночь посещавших её угрюмую комнату. И если их плата изредка оказывалась больше условленной, она радовалась, что может угостить отца — единственного близкого ей человека — лишней чашечкой его любимого сакэ.

Такое поведение Цзинь-хуа, конечно, объяснялось её характером. Но имелась ещё и другая причина, а именно: она с детства придерживалась католической веры, в которой её воспитала покойная мать, о чём свидетельствовало висевшее на стене распятие.

Кстати сказать, как-то раз у Цзинь-хуа из любопытства провёл ночь молодой японский турист, приехавший весной этого года посмотреть шанхайские скачки и заодно полюбоваться видами Южного Китая. С сигарой в зубах, в европейском костюме, он беспечно обнимал маленькую фигурку Цзинь-хуа, сидевшую у него на коленях, и, случайно заметив крест на стене, недоверчиво спросил на ломаном китайском языке:

— Ты что, христианка?

— Да, меня крестили пяти лет.

— А занимаешься таким ремеслом?

В его голосе слышалась насмешка. Но Цзинь-хуа, положив к нему на руку головку с иссиня-чёрными волосами, улыбнулась, как всегда, светлой улыбкой, обнажавшей её мелкие, ровные зубки.

— Ведь если б я не занималась этим ремеслом, и отец и я, мы оба умерли бы с голоду.

— А твой отец — старик?

— Да… он уже с трудом держится на ногах.

— Однако… Разве ты не думаешь о том, что если будешь заниматься таким ремеслом, то не попадёшь на небо?

— Нет. — Мельком взглянув на распятие, Цзиньхуа задумчиво произнесла: — Я думаю, что господин Христос на небе сам,
Читать дальше →

Опыты следующие за самадхи.

МАЛЫШ

Меня предупредили о том, что он скоро прибудет из далекого космоса. А вот и я! Сказал неожиданно во мне малыш. Вы подали сигнал бедствия и я прилетел. Какая то зараза здесь.

Малыш сказал: разбираться долго не будем. Вот оглянись вокруг. Ты видишь некие светящиеся сущности?
Да, ответил я и увидел пространным зрением в полном обороте светящиеся точки в разных уголках нашей планеты. Это и есть привнесенное из вне и приносящее беду – сказал малыш.

Кто слышит это наши, а кто не слышит – тот и не услышит.
И в течении нескольких минут их не стало.

Прости меня — сказал он, но ты пропустил удар из вселенной, потому что не смог однажды вспомнить свое настоящее имя. Ты больше не бессмертный.
Он уползал потихоньку в пространство средь звезд и его облик был то малыша, то маленького медвежонка.

Ты то что знает
Ты Осознание
Когда в своём Осознании ты приходишь к пределу становишься Есть
Понимаешь и принимаешь Я Есть, больше ничего осознать невозможно
Ты становишься Знанием
Твой собой расширяет Сознание

Весьма любопытный феномен человеческого ума.
Внутри себя человек может признаваться, что он ошибается или занимается самообманом.
Но если он вынес нечто на публику, рассказал о своих качествах, моделях, достижениях, то вынесенное он будет яростно защищать.
«Этот механизм использовался во время вьетнамской войны — пленным американцам предлагали освобождение за публичное осуждение войны. Казалось бы, нормальный обмен — но у человека внутри есть нежелание «предавать себя». Стремление в какой-то мере сохранять свою целостность. В данном случае это стремление выразилось в отождествлении себя с «неправильными» словами — раз я их произнес значит я так и думал. И почти все освобожденные пленные потом стали активными участниками антивоенной компании.» Бурислав Привести
Я, даже если оно декларировали свое отсутствие, начинает защищать концепцию отсутствия себя, недеяния или любой другой идеи, по каким то причинам возникшей в уме. По сути, это все та же борьба за собственную целостность.

Кинотеатр
Обезлюдел. Пуст и тих.
Пахнет попкорном…

/LiFoxy/

У нас в городе вечером всегда пробки. А в пятницу эта пробка становится настоящей. Из пробкового дерева. Все неистово хотят домой. Все устали. И дорога с автомобилями просто тупо стоит. И поэтому я иду пешком.

И вот уже я прошел семь кварталов и замерз и вижу полный автобус. Мой автобус. Я перелез через снежный сугроб и постучал водителю в окно, и он открыл мне заднюю дверь.

Смотрю, а там стена людей. Шпроты. Ровненько так стоят.

Я им говорю:

— Нужно на одного человечка потесниться.

Молчат.

— Я домой хочу, — говорю я.

— Мы все домой хотим, — пробубнел кто то из шпрот.

— Меня дома ждет любимая жена и дети — короеды, — говорю я.

— Нас всех дома ждут любимые жены и короеды, — пробубнел тот же голос.

— Меня дома ждёт вкусный борщ, три половника. С чесночком, сметаной и перцем. Густой как винегрет, — сказал я безнадежно.

И произошел перелом.

Бубнящий голос говорит:

— Хорош бубнить, пробивайся если сможешь.

И я протиснулся. Дверь едва закрылась и мы поехали.

А бубнящий голос спросил:

— А борщ правда вкусный?

— Правда, — сказал я.

«Нет лучшего раба, чем тот, кто думает, что свободен.»

«Первыми на религию клюют убогие и разочарованные, т.е. бедные, а значит нищие.Они хотят найти Бога, т.е. стать БОГатыми.Во всех смыслах этого слова и на всех уровнях сознания.
И сначала они даже не догадываются, что этих уровней несколько.» )



Мир одноклеточных