Площадь на рынке.
Попугай орёт
КХАТ!

«Лотосовые стопы Учителя с любовью почитая, желай: пусть поскорей придет освобождение от оков сего преходящего мира», – так, дисциплинируя чувства и ум, постигнешь Всевышнего, обитающего в сердце у тебя.»
Шри Ади Шанкарачарья
«Устремись к Говинде» («Удар по заблуждению»)

«Самайя» – это особые духовные обязательства, обещания искренности, которые дает ученик, вступая на путь духовного обучения. Фактически, ученичество в истинном смысле на пути тантры возможно, только если ученик берет на себя такие духовные обязательства. В основном эти обязательства касаются «чистого видения» Учения, Учителя и собратьев по учению, того, что в двойственных религиях называют «вера». И опытный Духовный Учитель всегда, прежде чем принять ученика на обучение, проверяет его не менее года, а иногда до двенадцати лет (как в случае с Тилопой и Наропой).
Читать дальше →

О, великий мудрец, я упал и не раз,
Вновь коленки разбил, руки все … и не только…
И ответил мудрец: «Хоть и слезы из глаз…
Суть не в том что упал, суть поднялся ты сколько?!»
О, великий мудрец, дали мне по щеке.
Он ответил: «Другую подставь… и не только…
И обиды свои утопи все в реке –
Суть не в том, что рыдал, суть–простил ты их сколько?!
О, великий мудрец, я ошибся опять,
Боль доставил родному, скажу… и не только…
Вновь ответил мудрец, что не мог ты всё знать,
Не в ошибках вся суть, суть исправил их сколько?!

Когда стоишь спиною к солнцу, то видишь только свою тень…

У мудреца всегда уравновешена мысль, он не ведает никаких смятений, у него отсутствуют вожделения, он освобождён от многого и радуется малому…

Белым-бело,
Все замело
Пухом тополиным…
***
Черным-черно,
Ночью темно
В кусте малины…
***
И здесь, и тут
Актер, бог, шут
Мозаикой картины…
***
Темным-темно,
Экран в кино
Эх, засветили…
***
Светлым-светло,
Солнце взошло —
Во, пошутили…

Гуляю по супермаркету, самый обычный день и… о, какая необъятность! Все эти мерцающие отражения преломлений того, что может быть названо — если может — только любовью, эти сыновья и дочери мои, крепко схватившиеся за руки своих мам и пап, эти дорогие детишки, наполненные восхищением близости и перспективой будущего, и всё это разворачивается в обнажённейшей и наичистейшей пустоте, все мы неосознано объяты этой бызымянной любовью. Кто бы мог хотеть просветления? Кто бы мог отправится на его поиски? Ведь эта близость, которую мы ищем, уже здесь и свет осознанности уже сияет, разливаясь по всем щёлочкам и трещинкам, льётся через край, сам в себя, абсолютно безпричинно. Эта сокрушительная любовь ко всему человечеству в его непрекращающейся боли и жажде, эта невыразимая благодарность к вечному моменту, который никогда не повторится, это горение, горение, горение несуществующего отдельного «я», до превращения в тлен, в пыль, в воспоминания! И вот я иду через супермаркет, и супермаркет идёт через меня, а жизнь шепчет сквозь какофонию самой себя, еле слышно, «Это. Это. Только Это.»

Вижу людей голыми, но не всегда выдаю, что вижу это, а то еще потребуют, чтобы я их одел.
Вечная загадка не та, у которой вообще нет разгадки, а та, у которой разгадка всякий день новая.
Многим из тех, что опередили своё время, пришлось дожидаться его не в самых комфортабельных помещениях.
Станислав Ежи Лец