Часть 1
Жили-были два номинально-персональных субъекта: ёжик На и ужик Ну. Жили они не тужили в своей уютной норке посреди дремучего леса. И всех радостей жизни у них было в достатке: орешки кедровые, грибочки сушёные, бочонки меду и озеро в пяти шагах ходу. Но всё же больше всего на свете друзья любили сладости, коих в лесу днём с огнём не сыскать. Торты, печенья, пирожные доставляли им особое наслаждение, что они впрочем, старались осознавать по мере возможности. Но сладости всегда как-то быстро заканчивались, и тогда друзья снаряжались в поход до ближайшего магазинчика, который находился совсем не близко в большом городе.
Жили они так поживали, как однажды случилась студёно-престудёная номинально-объективная зима. Все дороги запорошило снегом, ветки деревьев трещали от мороза и даже привычные к холоду вороны прятались в гнездах.
Как-то раз ранним утром Ну выскочил из тёплой постельки и побежал вприпрыжку к буфету. «Сегодня», подумал он, «пол совсем ледяной». Он пошарил в буфете, но ничего не нашёл. «Странно, вчера был большой кусо…» – мысль повисла в воздухе и чешуйки на его спине странно зашевелились. Большая черная крыса, глядя на него чёрными блаженными глазами, доедала последний кусочек яблочного пудинга. Громко чавкая, она провалилась в тёмную дыру в задней стенке буфета, и Ну от неожиданности долго и тупо смотрел на буфет, пока совсем не замерз.Он чуть было не расплакался, как вдруг вспомнил, что как раз сегодня они с На собирались в город за сладостями, и даже приготовили с вечера пустые корзинки. Весело напевая, он подбежал к двери, чтобы посмотреть, какая сегодня погода. Как всегда с разбегу он толкнул дверь, но она почему-то не распахнулась, как обычно, а лишь слегка приоткрылась. Из маленькой щелки пахнуло морозным воздухом, и у Ну сразу покраснел нос, и чешуйки покрылись инеем. «Ого. Вот снегу-то намело!» – он вздрогнул, поплотнее закрыл дверь, и полез на печку, где ещё сладко посапывал На.
– Вставай, соня! У нас нет ни крошки в буфете!
Читать дальше →

«Вокруг Дали все правда, кроме меня самого» Дали

1. Оральная система биовыживания (контур), в значительной мере определяемая импринтами раннего младенчества, отвечает за поиск Безопасного Места и избегание Опасного или Враждебного.

Когда кто-то наводит на вас пистолет, какое бы «я» в вас до этого момента ни доминировало, система биовыживания сразу же «захватывает» ваш мозг. Побежите ли вы, упадете в обморок или повергнете противника наземь ударом каратэ — впоследствии вы не сможете вспомнить момент принятия решения. «Я просто сделал это», — скажете вы потом, потому что древние, восходящие к рептилиям нейронные цепи этой системы действуют как безусловные рефлексы.

Происходящее на этом этапе импринтирование и кондиционирование определяют следующие наши черты:
— БЕСПОКОЙСТВО ИЛИ УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ
— УКОРЕНЕННОСТЬ ИЛИ СТРАСТЬ К ИССЛЕДОВАНИЯМ
— ЗАВИСИМОСТЬ ИЛИ НЕЗАВИСИМОСТЬ

2. Анальная территориальная система (контур), в значительной мере определяемая импринтами, возникшими на этапе, когда ребенок учится ходить, отвечает за захват территории и поддержание некоторого определенного статуса в стае млекопитающих, человеческой семье и сообществе. Даже низкий статус, будучи однажды импринтирован, будет автоматически функционировать и казаться «нормальным». Так, например, человек с импринтом «Неудачник» в этой системе будет ощущать крайнее неудобство, беспокойство и злость, если обстоятельства внезапно сделают его «Хозяином Положения», — столь же автоматически, как человек с импринтом «Хозяин Положения» будет ощущать неудобство, беспокойство и злость, оказавшись в положении «Неудачника».

Происходящее на этом этапе импринтирование и кондиционирование определяют следующие наши черты:
— ДОМИНИРОВАНИЕ ИЛИ ПОДЧИНЕНИЕ
— УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ ИЛИ СОМНЕНИЯ В СЕБЕ
— СИЛЬНОЕ ЭГО ИЛИ СЛАБОЕ ЭГО
— ВЫСОКИЙ СТАТУС В СТАЕ ИЛИ НИЗКИЙ СТАТУС В СТАЕ
— ОТДАЧА ПРИКАЗОВ ИЛИ СЛЕДОВАНИЕ ПРИКАЗАМ
— «МОРАЛЬ ГОСПОД» ИЛИ «МОРАЛЬ РАБОВ»

3. Семантическая времясвязывающая система (контур), импринтируемая на этапе, когда язык и другие
Читать дальше →

«Каждый избранный человек инстинктивно стремится к своему замку и
тайному убежищу, где он избавляется от толпы, от многих, от большинства, где
он может забыть правило „человек“ как его исключение, — за исключением
одного случая, когда еще более сильный инстинкт наталкивает его на это
правило, как познающего в обширном и исключительном смысле. Кто, общаясь с
людьми, не отливает при случае всеми цветами злополучия, зеленея и серея от
отвращения, пресыщения, сочувствия, сумрачности, уединенности, тот наверняка
не человек с высшими вкусами; но положим, что он не берет на себя
добровольно всю эту тягость и докуку, что он постоянно уклоняется от нее и,
как сказано, продолжает гордо и безмолвно скрываться в своем замке, — в
таком случае верно одно: он не создан, не предназначен для познания. Ибо как
таковой он должен бы был сказать себе в один прекрасный день: „черт побери
мой хороший вкус! но правило интереснее, нежели исключение — нежели я,
исключение!“ — и отправился бы вниз, прежде всего „в среду“. Изучение
среднего человека, долгое, серьезное, и с этой целью множество переодеваний,
самопреодолений, фамильярности, дурного обхождения (всякое обхождение дурно,
кроме обхождения с себе подобным), — составляет необходимую часть биографии
каждого философа, быть может, самую неприятную, самую зловонную, самую
богатую разочарованиями часть. Если же на долю его выпадает счастье, как
подобает баловню познания, то он встречает людей, поистине сокращающих и
облегчающих его задачу, — я разумею так называемых циников, т. е. таких
людей, которые просто признают в себе животность, пошлость, „правило“ и при
этом обладают еще той степенью ума и кичливости, которая их заставляет
говорить о себе и себе подобных перед свидетелями: иногда даже и в книгах
они точно валяются в собственном навозе. Цинизм есть единственная форма, в
которой пошлые души соприкасаются с тем, что
Читать дальше →

Когда ходил на сатсанги к Юрию Менячихину меня всегда напрягало его утверждение о том, что выбора нет. Я думал, как так, выбор всегда есть. Например могу пойти налево или направо или прыгать на месте. Другое дело вопрос «Кто делает выбор?». Когда обнаруживаешь отсутствие я-автора, приходит понимание, осознание, что делать выбор некому. Мысль о возможности выбора, да и сами результаты присваиваются автором после действия. Можно сказать, что выбор есть, но нет выбирающего)))

Читайте с выражением"!!! Это просто класс!!!

Чтобы посмотреть на ТО, что ЕСТЬ необходимо иллюзорное разделение на номинальный субъект, объект и процесс. Где субъектом выступает организмик, объектом воспринимаемое, осознаваемое и процессом осознание!!! Всё происходящее происходит одноразово в моменте СЕЙЧАС! Регистрация организмиком осознаваемого происходит чуть позже происходящего, случившегося!!! В контексте времени это может быть рассмотрено как восприятие номинальным субъектом объекта. А этот организмик функционирует сам!!! Весь контроль, который может проявляться абсолютно иллюзорен! Когда уходит заряд с «кого кто» может или не может контролировать, остаётся радость отсутствия контроля того, что не может быть под контролем, «тем кто» не может контролировать!!!

Однажды ко льву пришла собака и вызвала его на бой. Но лев даже не обратил на неё внимания. Тогда собака заявила:
— Если ты не будешь со мной драться, я пойду и расскажу всем своим друзьям, что лев меня боится!
На что лев ответил:
— Пусть лучше меня осудят за трусость собаки, чем будут презирать львы за то, что я сражаюсь с собаками.

Однажды проходя мимо слонов в зоопарке, я вдруг остановился, удивленный тем, что такие огромные создания, как слоны, держались в зоопарке привязанные тоненькой веревкой к их передней ноге. Ни цепей, ни клетки. Было очевидно, что слоны могут легко освободиться от веревки, которой они привязаны, но по какой-то причине, они этого не делают.
Я подошел к дрессировщику и спросил его, почему такие величественные и прекрасные животные просто стоят и не делают попытки освободиться. Он ответил: «Когда они были молодыми и намного меньше по размерам, чем сейчас, мы привязывали их той же самой веревкой, и теперь когда они взрослые, достаточно этой же веревки удерживать их. Вырастая, они верят, что эта веревка сможет удержать их и они не пытаются убежать.»

Однажды ученик спросил у Мастера:
— Долго ли ждать перемен к лучшему?
— Если ждать, то долго! — ответил
Читать дальше →

El-A'awer, Talbis Iblis
Gulshan-i Raz, Zat-i Shaitan
Ya Zat-i Shaitan

Drink the wine of Aluqah and breathe the secret smoke of God
Intoxicated by the green shadows of the paradise
Know that nothing's true and that everything is permitted
So read the old man of the mountain in his book of lies

El-A'awer, Talbis Iblis
Gulshan-i Raz, Zat-i Shaitan
Ya Zat-i Shaitan

Drink the wine of Aluqah and breathe the secret smoke of God
Intoxicated by the green shadows of the paradise
Know that nothing's true and that everything is permitted
So read the old man of the mountain in his book of lies

The nectar of Aluqah will run down my dreams
The spring of this paradise hide deep inside unknown unconscious streams
The nectar of Aluqah will run down my dreams
The spring of this paradise hide deep inside unknown unconscious streams

Ты, до конца своих дней,
Считал себя личностью,
Единой и неповторимой,
Одновременно не видя возможности
Существовать вне толпы,
Когда твои глаза в зеркале
Стали тускло мерцать и щуриться
От настоящего солнца.