Какой из грехов, совершенных здесь, на земле, до сих пор остается самым тяжким? Не слова ли того, кто сказал: «Горе смеющимся!»

Неужели он не нашел на земле причин для смеха? Значит, он плохо искал. Их находит даже ребенок.

Мало любви было в нем, иначе он возлюбил бы и смеющихся! Но он ненавидел и поносил нас, предвещая нам плач и скрежет зубовный.

Следует ли тотчас проклинать, если не любишь? Для меня это — дурной вкус. Но именно так поступал он, этот нетерпимый. Он вышел из черни.

Мало в нем было любви — иначе бы он не гневался, что не любят его самого. Всякая великая любовь желает не любви, она жаждет большего.

Сторонитесь таких нетерпимых! Это порода больных и несчастных, это чернь; кисло взирают они на жизнь, дурным глазом смотрят на землю.

Сторонитесь таких нетерпимых! У них тяжелые ноги и подавленные сердца: не умеют они плясать. Как же быть земле легкой для них!…

Этот венец смеющегося, венец из роз, сам возложил я на себя и сам освятил смех свой. Больше никого не нашел я достаточно сильным для этого.

Заратустра — танцор, Заратустра — легок, он взмахивает крыльями и готов к полету, он зовет, за собой всех птиц, проворный и блаженно легкий.

Заратустра пророк, Заратустра смеющийся пророк, терпеливый, терпимый, влюбленный в прыжки и авантюры, сам я возложил на себя этот венец!…

О высшие люди, вот ваше худшее: вы не учились танцевать так, как должно, — так, чтобы в танце выйти за пределы свои! Что с того, если вы — не удались!

Сколь многое еще возможно! Так научитесь же в смехе выходить за пределы, свои! Вы, лихие танцоры, выше и выше вздымайте сердца ваши! И не забывайте как следует посмеяться!

Этот венок смеющегося, этот венок из роз: вам я бросаю его, братья мои. Смех объявил я священным: о высшие люди, учитесь смеяться!…

Это мое утро, мой день загорается: вставай, поднимайся, Великий Полдень!

… Так говорил Заратустра, покидая пещеру свою, сияющий и сильный, словно утреннее солнце, восходящее из-за темных гор.

О духовном родстве.

— Геронда, вчера вы сказали нам, что ощущали всех людей, с которыми встречались в прошедшие дни, своими братьями. Что такое духовное родство?

— Со всеми людьми мы братья по плоти. Все мы братья, и все мы рабы Бога. Все мы, верующие, кроме того и по Благодати дети Божии, искупленные божественною Кровию нашего Христа. В жизни духовной мы плотски являемся родственниками по Адаму и духовно — родственниками по Христу. Люди, живущие духовно, ощущают между собой это духовное родство. Они думают об одном, они стремятся к одному, они преследуют единую цель. А если бы, к примеру, у тебя была сестра по плоти, жившая, как ей заблагорассудится, по-мирски, то никакого духовного родства с ней ты бы не ощущала.
Читать дальше →

9. Диады и триады всегда зависят от основного – Единого. Если внутренне видится, что такое Единое, то они исчезают.
Лишь увидевшие это увидели Истину. Знайте, что они никогда не будут в смятении.

10. Знание и неведение взаимосвязаны: одно не существует без другого. Исследование, для кого существует знание и неведение, и достижение их коренной причины, Я, – это и есть истинное знание.

11. Разве это не неведение – знать всё, кроме всезнающего Я? Когда Оно, подпочва и знания и неведения, познано, знание и неведение сами оба исчезают.

12. Истинное знание не является ни знанием, ни неведением. Знание объектов не есть истинное знание. Поскольку истинное Я сияет Само по Себе, не имеет второго, чтобы познавать или быть познанным, Оно есть Высочайшее Знание. Познайте, что Оно не есть пустота.

«Не спрашивай, находится ли ОНО в том или в другом, — оно во всех существах. Поэтому мы говорим о нем как о высшем, универсальном, всеобщем…
Все вещи ограничены, но ЭТО неограниченно, бесконечно. Подобно тому, что относится к проявлениям, ЭТО порождает последовательность фаз, этого проявления, но само не является этой последовательностью.
ОНО — исток причин и следствий, но не является само ни причинами, ни следствиями.
ОНО — исток всех сгущений и рассеивании (рождения, смерти и всякого изменения состояний), но само ОНО не является ни сгущением; ни рассеиванием.
Все происходит из ЭТОГО, и все находится под его влиянием.
ОНО пребывает во всех вещах, но не тождественно ни одной вещи, ничем не ограничено и не дифференцировано...»

Мне нравится жить!
Каждый день для себя открываю.
В нём новое солнце, не виданный ранее свет
И снова порывы души — понимаю,
И истинность чувств берегу много лет.
Мне нравится жить, Наблюдать без претензий, пристрастий…
И что может быть интересней, новей?!
Когда день за днём
через жизненный кастинг
Проходишь, себя открывая, людей
Мне нравится жить,
Удивляться разумности Жизни,
Подаркам, — что тайна и щедрость сама,
Возможностям новым и свежести мысли,
Безмерности Света,
конечности зла!
Мне нравится жить
От любви и тепла расцветая,
Делиться с другими,
мечты исполнять и дарить,
Жалеть, согревать, не грустить,
от себя отрывая,
В гармонии с Миром
мне нравиться жить!!!

Сказать, что действительное несуществование эго есть следствие постоянных изменений, – это весьма слабыйдовод; здесь мы все еще считаем саму перемену чем‑топостоянным. Отсутствие эго –это не просто идея о том, что поскольку существует прерывность, то нет ничего, зачто можно было бы удержаться. Подлинное несуществование эго включаеттакже и несуществование прерывности. Мы не можем придерживаться идеи прерывности. Фактически, прерывность не работает. Наше восприятие прерывности есть продукт неуверенности; это лишь понятие. То же самоеможно сказать о любой идее единства отдельных явлений или их совокупностей.

Идея несуществования эго часто использовалась для того, чтобы затемнить реальность рождения, страдания и смерти.
Читать дальше →

Читать дальше →

Кого-то раздражает, что я все время пишу и говорю, снимаю о себе?
Но… я — это все, что у меня есть. Я и мой опыт. Как могу я говорить о том, чем сама не являюсь?)))

А Бог живет на дне молчанья.

О, кто нырнет туда, на дно,

Где неподвижно мирозданье,

Как в почве спящее зерно?

Туда, где прикрываться нечем — Где разделениям конец.

Туда, где происходит встреча

Истосковавшихся сердец.

Опыт сущностной природы Ума — вне понятий. Пробуя описать его, оказываешься в положении немого, который пытается выразить сладость конфеты у себя во рту, но у него нет для того подходящих средств. Тем не менее, я предложу вам некоторые наблюдения из этого опыта, которые как-то смогут дать некоторое представление о нем.

Читать дальше →