«Я – святыня, я – богохульство; я – ночь, я – день; я – мир, я – война; я – начало, я – конец. Я – Кали».



Если бы вы поинтересовались у религиозных людей, хотят ли они встретиться с богом, скорее всего большинство из них ответило бы утвердительно. Это нетрудно понять – бог для верующих является источником света, любви, красоты, справедливости и райского блаженства. Бога называют абсолютной истиной. Все это так, но.… Какие выводы можно сделать из обычного описания бога, является ли вышеперечисленное описание божественных качеств достаточно исчерпывающим? Да, бог есть истина, но действительно ли мы хотим знать истину, как она есть, а не так, как нам хочется ее видеть? Почему мы так уверены, что обрадуемся истине, когда найдем ее? Не побежим ли мы, столкнувшись с голой и абсолютной истиной, от нее без оглядки, содрогаясь от ужаса, не ранит ли она нас в самое сердце? Да, бог есть свет, бог есть источник всего света во вселенной, яркость и ясность Его не знает границ, но.… Если среднему человеку посветить в глаза мощнейшим прожектором, не ослепнет ли он от света, превышающего возможности человеческого восприятия, не охватит ли ослепленного кромешная тьма? Что уже говорить о божественном свете, который при прямом контакте с ним может восприняться как полный и абсолютный мрак. Энергия этого света есть энергия высшей любви, она, не зная преград, пронизывает все на своем пути. Но будут ли нам приятны объятия бога, сможем ли мы выдержать без вопля боли такой накал любви? Сумеем ли мы выжить в пепле ее негасимого пламени? Да, бог может протянуть нам чашу с нектаром райского блаженства, но не будет ли напиток высшего слишком крепким для нас, не разъест ли он, подобно серной кислоте, все наши внутренности, как физические, так и духовные? Не будет ли амброзия бога ядом для человека? Да, бог красив абсолютно, но не будет ли эта запредельная красота восприниматься средним человеком как страшное уродство? Уверены ли мы, что у нас достаточно хороший и тонкий вкус, чтобы
Читать дальше →

Пойдёмте в сад, я покажу вас розам

Светя СВЕТИ
Не юли и не мудри
Не затыкай руками дырки на своем Титанике… столкновение с айсбергом было неизбежным, неумолимым, необратимым… назад пути больше нет… просто помни об этом, не забывай) Это столкновение было открытием Света что светит без источника света, светит сам по себе… поэтому то — светя свети… ничего не делай с этим, не пытайся взять под контроль, или поставить под какую то систему взглядов. Просто — светя именно что — Свети… дай пространство этой яркости, этой теплоте и доброте, расширяй его для любви… лучи света касаются всего с одной целью — соединения всего в любви! Без причин, без обьяснений и следствий, совершенно без всякой основы… просто ТАК, таково светит свет таковости… одинаковости. Я это я, Я это Ты, мы это МЫ. МЫ все Одно, отдаем мы этому отчет, или не отдаем, но разделения нет. Все границы между нами — условны, они игровые… так как все есть лишь игра света… он не побеждает тьму, он расширяется играя в ней. И это не-2.

Не порть игру…

.

Когда я был очень молод, я жил с мучительным чувством непригодности, неудачливости и непривлекательности глубоко внутри меня. Я чувствовал себя гнилым до глубины души. Уродливым, нежелательным, больным, испорченным и не подлежащим исправлению. Независимо от того, что я сделал или не сделал, эти чувства преследовали меня каждый момент бодрствования. Я ненавидел себя и хотел бежать. Я пристрастился к работе, к еде, к компьютерным играм, к чрезмерному мышлению, к жизни в уме, к фантазии и ложной надежде. Я часто фантазировал о том, как убью себя, чтобы освободиться от тьмы внутри. Независимо от того, какого успеха я достиг снаружи, независимо от того, сколько похвалы и одобрения я получил, эти темные чувства гноились внутри меня. Я чувствовал, как будто бы был отравлен.

Затем, однажды, я открыл, что свободу можно найти, только встретив лицом к лицу монстров, находящихся внутри меня. Это был мой «прорыв». Я перестал бежать и повернулся к своей боли. Другого выбора не было. Я предложил стыду войти в свет сознания и почувствовать его в полной мере. Я рисковал быть более недостойным, более неудачным, более нелюбимым, чем когда-либо. Я думал, что эти чувства убьют меня, они были такими сильными! Но, наконец, я ПОЧУВСТВОВАЛ их! Я освободил пространство для них. Я позволял им двигаться в моем существе. Я был пространством для тьмы, я был великим светом, который мог осветить все эти «неудобоваримые» части. Я был небом, и чувства были погодой. Я вдохнул боль, дал ей понять, что ей разрешено жить, что она имеет право на жизнь.

Я наполнил свою внутреннюю жертву любовью. Насытил мою наркоманку большим состраданием, великим светом осознанности.

Я больше не бегал. Не разделял себя надвое. Я был огромным пространством, в котором чувства стыда, непригодности, непривлекательности, уродливости и отчаяния, могут приходить и уходить. Это были только чувства – они не могли причинить мне боль, не могли контролировать меня, не могли больше определять меня.

Мне не было стыдно,
Читать дальше →

***
Разбито сердце вдребезги. Вдрызг.
Проснись! Проснись! Пора! Пора!
Что ты так долго искал,
По свету рыскал –
Вот оно – близко.
Вот – наконец.
Я в книге суфийской читал вчера,
Что Бог у разбитых сердец.

Фазир Муалим

Кароче, тема такая,
занесло меня намедни немного не мало — а на тусу мега-джняни всех времен и народов. Дело было во сне, шел я по какому то темному лесу, довольно буреломистому, куда шел и зачем не помню, но шел я упорно и явно с какой то не явной, но очевидной для меня задачей. Бурелом видимо устал от того что его ломают руками и ногами и начал редеть… редел-редел и проредел к лесной опушке. Куда я к своей вещей радости и вывалился всем телом… с неба светила луна и глаза после лесного сумрака наполнились светом и видимо смыслом — так как с противоположной стороны леса мне стали заметны несколько человеческих фигур приближающихся ко мне. Они остановились ровно в центре поляны и одна из фигур сделала мне приветственный знак рукой, типо подгребай к нам. Страха не было, и я пошел навстречу им. Остановился на расстоянии пары метров и разглядел их — пятеро немолодых уже мужчин, в центре тот кто подал мне знак рукой — он и заговорил первым. Мы — сделал он еще два жеста рукой на своих товарищей — Мы джняни. Мы знаем то, что должен знать и ты. Задай свой вопрос. Здесь… я вспомнил, что ломился сквозь бурелом с какой то целью — вопрос сорвался сам: зачем я здесь!? Ты ходил за дровами для костра, ответил мой собеседник. Дэ!? Искренне изумился я, дров я по пути наломал немало, но они остались там. Мне вернуться!? Зачем, ответил собеседник — они уже лежат в костре, его надо просто зажечь… и он показал рукой вниз перед собой. И действительно, между мной и группой джняни лежало уже готовое костревище. Я начал хлопать по карманам в поисках зажигалки, но вспомнил что бросил курить и поджиг с собой не ношу. Пространство воспоминаний начало приоткрываться, я уже понял, что нахожусь во сне, так как не смог восстановить по памяти, как я вообще попал в лес. Мой собеседник ухмыльнулся, как будто прочитал все мои мысли, и щелкнул пальцами над дровами — костер вспыхнул сам собой. Его спутники сели попарно к костру, уселся снова хмыкнув и мой центровой собеседник, сделав мне жест
Читать дальше →

Задрожал и качнулся перламутровый мир бытия,
Я в ладони лицо опустил, золотую улыбку тая:
Я — не я: промелькнуло мгновенно мгновенно мгновенно…
Сам себе, уходящему в То, улыбаюсь блаженно
блаженно
блаженно
блаженно

В бесконечности вечно бредя,
Я уперся в зеркальную твердь,
И заплакал навзрыд, как дитя,
Отразившись в конечную смерть.

Идеальный стоит монолит
— Перламутровый Мир Бытия.
Я — не я: я не помню обид,
Золотую улыбку тая…

*

(из забытого)

Vсегда Втроём

«Я-центр» теряет свою жесткость и главенствующую роль в происходящем. Становится ясно видна его условность и необязательность для жизни и функционирования в ней. В том смысле что случаются длительные периоды когда я-мысль отсутствует и похоже именно в связи с этим все меньше хочется использовать в разговоре это слово — «я»…
Жизнь становится без препятствий — как поток.
и еще. Поскольку я-мысль все чаще на отдыхе, то и остальные мысли прилетают гораздо реже и задерживаются на гораздо меньший срок. В целом становится видно что мысли вовсе не обязательны для существования, скорее это даже некая помеха которая может затмить беспроблемность и радость сущего.

Ну все вроде пока)

Сегодня меня накрыло.
Я стал просить — найди меня Господи сегодня.
И вдруг я услышал вопрос: а оставлял ли я тебя когда либо?
Хоть в одну секунду жизни?
Этот вопрос всё изменил.
Я стал чувствовать его Любовь. Любовь Господа.
Но как ни странно выбор делается каждую секунду: ты либо с Богом, который всегда здесь. Либо довольствуешься малым(найденным собой) — а это ой как нелегко.
Будьте с Богом. А он всегда здесь!
Аминь!