«Невинность — не частичный атрибут. Невинность нереальна, пока она не целостна. Частью невинные склонны по временам вести себя довольно безрассудно. А с тех пор пока их невинность не станет точкой зрения с универсальным применением, она не обернется мудростью. Невинное или истинное восприятие означает, что ты всегда и все воспринимаешь верно, все видишь в истинном свете. Попросту говоря, ты более не видишь того, чего нет, а видишь только сущее»

Читать дальше →

Сонет I.

Все тайны здесь – только открой глаза.
Имеющий услышать, да услышит.
Горячий ум – слепая стрекоза
Души безмолвной озеро колышет.

Сырой ладьи уключина скрипит.
Туман плывёт, и я плыву в тумане
Навстречу совершенной тайне,
Что слово никогда не отразит.

Вот исчезает, позади, мой кров
И, вдалеке, не видно берегов…
Ты мне покажешь лестницу, Иаков?!

Знать не дано когда и почему
Моя ладья отправится ко дну,
Пройдя, сквозь толщу символов и знаков.

Сонет II.

Пройдя, сквозь, толщу символов и знаков
Меня настиг холодный свет луны,
Зажегший сетку спящих зодиаков
С неведомой обратной стороны.

Я ослеплён, заворожён, прикован.
Меня манит космический предел.
Полночный танец невесомых тел
Юпитером степенным коронован.

Земля, зачем меня не отпускаешь?!
Ты милосердна и, конечно, знаешь,
Как искушают ночью небеса.

Но говорят, что утро мудренее.
Значит я стану чуточку умнее,
Едва заблещет первая роса.

Сонет III.

Едва заблещет первая роса,
Я, по-привычке, сяду в лотос.
Чтобы не путать жизни полюса,
Внутри меня, надёжно, спрятан компас.

Но глуп и скучен серединный путь –
Пути Господни неисповедимы!
Когда могучие, неистовые силы
Решают, разом, всё перевернуть.

Пока я охраняю свой покой,
Паря над бурною житейскою рекой,
Чураясь самомнения и страха.

На удивление говеющих мирян,
Снимая гипнотический обман,
Раздастся смех танцующих монахов.

Сонет IV.

Раздастся смех танцующих монахов,
И просияет весь иконостас.
Блики свечей – пылающие птахи
Станут просить за каждого из нас.

Но как смотреть в упор на это Солнце?!
Ведь, голову в поклоне уронить
Мешает ворот кованой брони,
Что нам с рождения для гордости даётся.

Раскрой её для скверны пересудов –
Никто на свете небезгрешен жив покуда –
Бросай на землю копья и щиты.

Внимая сердцем клиросному пенью,
Смахни слезу и рухни на колени,
Приняв обет священной простоты.

Сонет V.

Приняв обет священной простоты,
Но непостигший в должной
Читать дальше →

Мотор жизни говорит-
Нельзя остановится,
Манифестирует движение вперед,
Не настаивает,
В каком направлении дымится
Свечам, с которых капает воск,
Глазам, которые выхватывают фрагменты,
Куда смотреть, и
Что говорить губам,
Под волнами скрываются континенты,
Раскрывая обьятия,
Известные невернувшимся морякам.

Жил малыш.
Когда он выходил на свою ежедневную прогулку,
и оглядывался вокруг,
то на что бы он ни смотрел
с жалостью, любопытством, страхом или любовью,
он становился этим предметом,
и это предмет становился частью его
на один день или на одно мгновение дня,
… на целый год или на циклы тянущихся лет.
Ранние незабудки становились частью малыша,
И трава, и красивая герань, и клевер,
и маленькие колибри,
и мартовские ягнята, и поросята с розовыми грудками…
кобыла с жеребятами, смеющиеся толпы во дворах,
люди у скользкого входа в пруд,
любопытные рыбки среди темно-зеленых камней,
и водяные мельницы с тяжелыми
стальными верхушками…
все становилось частью этого малыша.
И апрельские и майские полевые всходы
становились малышом…
и зимняя пшеница,
и светло-каштановые кукурузные ростки,
и съедобные коренья в огородах,
и яблони, и цветы яблонь,
и сочные яблоки, падающие с веток…
и лесная малина… и подорожник;
и старый пьяница по дороге домой
из таверны, где он недавно лежал без памяти,
И торопливая учительница… и дружелюбные дети,
и грустные дети… и аккуратные девочки-горожанки…
и все изменения в городах и селениях,
куда бы он ни шел.
И даже родители малыша — мужчина, зачавший его, выстрелив отцовской смесью
среди ночи… и женщина, выносившая малыша в своей сумке
перед тем, как он появился на свет…
они дали ему гораздо больше этого,
и давали ежедневно… и они, и то, что исходило от них
становилось частью малыша.
Его мать… и тарелки, и блюдца, поставленные
на обеденный стол,
Мать… и потоки прекрасных слов…
и чистая косынка, и фартук,
и здоровый материнский аромат,
отлетавший от ее волос и платья
когда она проходила мимо;
Его отец: сильный, мужественный, независимый,
строгий, рассерженный, несправедливый,
и удар, и окрик, и просьба, и заманчивая
ложь,
И предметы домашнего обихода, и разговор, и лавка старьевщика,
мебель… и желания переполненного сердца,
Любовь неподкупная… и чувство неизменной
Читать дальше →

Сидел кто-то на лавочке и думал: «А вот когда наступит мое просветление, буду ли я здоровым, успешным, мудрым, любимым? Вдруг вырастут новые зубы? Как же узнать? Кого еще послушать и почитать? Подстава какая-то..»
Мимо лениво прошагала кошка.
«Кошку не заботит, ни прошлое, ни будущее. Ее не заботит сама кошка! Она просветленное существо. И у нее во всю морду Счастье!»
Кошка пересекла алеею и затрусила через дорогу. И тут ее сбила «Газель».

Почему-то мы привыкли к мысли, что, когда система обнаруживает сложные и слаженные функции и поведение, обязательно должен присутствовать некий «сущностный» и, что немаловажно, центральный или централизованный элемент управления, который якобы за все отвечает. Мы убежденные эссенциалисты, и наш левый мозг найдет этот элемент. Мы придумываем то, чего не можем найти. Мы называем его гомункулусом, разумом, душой,генами и так далее. Но он редко там, в обычном редукционистском смысле. Это не значит, что в действительности нет никакой ответственной «сущности», просто она существует в распределенном виде. Она в протоколах, правилах, алгоритмах и программном обеспечении. Так на самом деле работают клетки, муравейники, виртуальные сети, армии, мозг. Нам трудно это понять, поскольку «сущность» не хранится где-то в каком-ниубдь сундуке. А ведь, наоборот, такое ее расоложение было бы конструктивной ошибкой, потому что сундук стал бы слабым звеном системы. Кстати, важно, что сбои происходили бы не в модулях, а в правилах, которым они подчиняются. Вся таинственная проблема свободы воли — просто неверно сформулированная идея, основанная на социальных и психологических представлениях, которые существавали в определенное время истории человечества и не подкрепляются современными научными знаниями и/или им
Читать дальше →

Слава тебе Господи! Узнаю Тебя во всеобъемлющей любви, во всеобъемлющем понимании твоего сердца и сострадании.Лишь позови Тебя и ты являешься, превращая чудесным образом яды сердца моего в Красоту Души в Тебе!..

Если ты думаешь что это приведёт тебя к свету ты не ошибся.Но жизнь не обманешь, она протащить тебя через всё подвалы а Мастер бросит гранату в самый потайной.Ты думаешь тебе нужно для этого что то делать… искать изысканную практику, уходить в ретрит, медитировать, голодать и т.д.Можно попробовать всё что захочешь, но главное сила намерения… и сама жизнь устроит тебе проверку, ты даже будешь удивляться как фантастически всё складывается.Тебя прижмёт так, что ты познаешь то, что всегда скрывалось-весь твой минус.И тот кто прошёл, обычно не описывают эти опыты.
Так дойди в своём прощении и любви до самого пика, удерживай это состояние до придела, созрей для того чтобы принять свою другую сторону.А это значит разозлись на пике прощения и любви и выпусти всех своих демонов…

“Будда умер от пищевого отравления. Он страдал непрерывно, в течении шести месяцев и при этом было много учеников ждавших что он сотворит чудо. Но он тихо страдал и тихо умер.”
“Веками это было постоянной заботой… Рамакришна умер от рака горла, Рамана Махарши умер от рака. Кришнамурти почти сорок лет страдал наисуровейшей мигренью. Будда часто был болен, и до такой степени, что один из его учеников – император Прасенджита – предложил ему своего личного врача. Всю жизнь врач короля Прасенджиты следовал за Гаутамой Буддой с большим багажом лекарств и книг по медицине, в особенности тех, что могли понадобиться Будде. Махавира постоянно страдал пищеварительными проблемами и в конце концов от них и умер.
Этот вопрос поднимался снова и снова: эти люди просветленные; их тела должны быть более здоровыми. Это кажется очень логичным, но существование не слушает логики. Экзистенциально, быть просветленным значит выйти за пределы возможностей тела и ума. Ты привносишь в свои тело и мозг нечто такое, для чего они не были приспособлены, к чему они не готовы. И это новое явление… и это новое явление так мощно, что создает множество расстройств. В особенности может быть расстроен сон; скорее всего, так и будет, потому что просветление принесло столько осознанности, что ты не можешь ее исчерпать за день, не можешь исчерпать, что бы ты ни делал.
Точно так же, как обычному человеку трудно бодрствовать, – сон так силен, и гравитация сна топит все его попытки бодрствовать – он пытается на мгновение, но забывает-охватывает его. Противоположное верно, когда происходит просветление: осознанности столько, что сну невозможно войти тело. Самое большее, тело может расслабиться – расслабиться более, чем когда-либо, отдыхать глубже, чем когда-либо – но сон исчезает.”
“Большинство людей, которые становятся просветленными, тотчас же умирают. Они просто больше не могут дышать. Нет причины, по которой они должны дышать. Опыт так велик, что сердце останавливается. Они никогда не видели ничего
Читать дальше →