Пляшут пузыри,
На теплом асфальте…
Летний дождь…

Тензин Вангьял Ринпоче
КАК ПОЛУЧИТЬ УЧЕНИЯ

Наилучший подход к получению духовных учений в устном или письменном виде — «выслушать, обдумать, пережить», то есть умом понять сказанное, сделать вывод о том, что оно означает, и осуществить его на практике. Если подходить к освоению учений именно так, то процесс обучения будет непрерывным и неуклонным, если же остановиться на уровне рассудка, это может стать препятствием для практики.

Слушая или получая учения, хороший ученик должен походить на стену, намазанную клеем: брось на нее траву — пристанет. Плохой же ученик похож на сухую стену: что ни брось, упадет на пол. Получив учения, не стоит их терять или тратить впустую. Ученик должен хранить учения в своем уме и работать с ними. Учения, не проникнутые пониманием, — все равно что травинки, брошенные на сухую стену: они падают на пол, и о них забывают.

Читать дальше →

Болотная лягушка всю жизнь провела в небольшой луже под кочкой из мха. Ее соседом был трухлявый пень.

Однажды, в порыве охотничьего азарта, увлекшись погоней за мухами, она случайно забрела за холм.

С холма она увидела воды лесной речушки. Всходило солнце. Речушка блестела на солнце, ее русло причудливо изгибалось между исполинских сосен, а воды неторопливо журчали. Было так хорошо, чудесно.

Так вот ты какой, Великий Океан! — задохнулась от восторга лягушка. Она позабыла охоту. Слезы катились из ее глаз — Цель моей жизни исполнена, я увидела то, что не доступно простым смертным лягушкам. Я никогда не останусь прежней…

С этой новой песней лягушка отправилась на болото, чтобы поскорей разнести эту весть всем окрестным лягушкам.

Великий Океан, о котором из уст в уста передавались древние легенды нашими предками, вновь открыт, благодаря ей, великой лягушке.

Он существует и это не миф! Он так блестит и журчит, что замирает сердце и забываешь об охоте на мух и болоте. И он не так далеко, нужно быть лишь решительной и не привязанной к болоту, чтобы допрыгать до холма…

Читать дальше →

Стивен Сигал: о чистом видении, чистом восприятии и чистой мотивации.

О себе

В соответствии с тибетским календарем, я родился 56 лет назад в стране, где не было Дхармы. Моей матерью была женщина, которую нашли в коробке из-под обуви, подброшенной к чужому крыльцу. А отец прибыл издалека, и у его предков были монгольские корни.

Так что, я начинал с нуля, я появился на свет в такое время и в такой стране, где не было ни великих, ни Дхармы. Зная это и помня об этом, я думаю, что только в силу глубоких устремлений, рожденных мною в прошлых жизнях, я уже в ранние годы стал служить Дхарме, хотя это и было неслыханно для того времени и места, где я родился. Я сумел добраться до Азии и оказаться рядом с великими гуру. Я сидел у ног практически всех больших ньингмапинских лам и получал очень много учений у великого 14-го Далай-ламы, а также некоторых из его учителей – Дуджома Ринпоче, Дилго Кхьенце Ринпоче, Трушига Ринпоче, я стал сердечным учеником Тричена Ринпоче, который является держателем трона монастыря Миндролинг, и Пенора Ринпоче.

Должны ли мы считать это удачей? Откровенно говоря, я не считаю это просто удачей. Скорее, здесь нужно говорить о глубоких устремлениях, зарожденных мною в прошлых рождениях и накоплении благих и дурных поступков, совершенных мною в прошлых жизнях. Именно они направили меня в ту точку пространства, которую нельзя назвать ни совершенной, ни удобной, но которая в конечном итоге превратилась для меня в величайшее благословение.

Я был признан тулку, тертоном (открывателелем тайных сокровищ). Это признание было сделано главой традиции Ньингма и подтверждено многими великими ньингмапинскими ламами. И хотя я и обладаю этими высокими титулами, которые я унаследовал из своих прошлых рождений, я считаю себя всего лишь странником, человеком, у которого нет таких уж блестящих познаний, но который снова и снова получал учения, ванги (посвящения) и лунги (устные передачи). В Дхарме не так важно быть очень умным, но крайне важно быть простым и питать великую веру в своего гуру.


Читать дальше →

Как только стоит появиться Мастеру. Так неменуемо появляется кучка придурков которые сразу спешат поквакать: Да кто Ты такой? Чё ТЫ нам тут фуфло гонишь…
Ох беда какая))))
Бог являет Вам МИЛОСТЬ в этой форме. А ВЫ спешите повесить его на крест… Вы продолжаете распинать Христа…
Вам так важно утвердить свое невежество…
Господи прости им ибо не ведают что творят…
Нет в жизни большей МИЛОСТИ чем повстречать БУДДУ. И нет большего проклятия чем обосрать БУДДУ…

Воображение — это кисточка, рисующая картину, остриё луча творения. Есть ещё рука, которая кисточку водит. Но всё это условно, так как у руки есть голова, а у головы как водится — ноги. И как это разделишь.
Внимание — это краска.
Чувство — это цвет.
Картина рисуется в 3-квадралиона-D:




И что такое кисточка, и что такое рука, и что такое краска, и что такое цвет, и что такое чувство, и что такое внимание, и что такое творение, и что такое картина… везде провалы и только воображение связывает невидимые образы невидимыми нитями существования )))

Уолтер Уитмен (с 1819 по 1892) был наборщиком, печатником, мелким журналистом, а в 37 лет его жизнь круто меняется. Из под его пера вдруг начинают выходить образы, потрясающие своей силой, величием, космическим масштабом.

Его знаменитая поэма «Листья травы» начинается именно с тех самых волшебных слов, с которых и начинается осознанность себя, празднование осознания в себе Того: «Я славлю себя». «I celebrate myself…»    

Я славлю себя и воспеваю себя,

И что я принимаю, то примете вы,

Ибо каждый атом, принадлежащий мне, принадлежит и вам.

Я, праздный бродяга, зову мою душу,

Я слоняюсь без всякого дела и, лениво нагнувшись, разглядываю летнюю травинку.

Мой язык, каждый атом моей крови созданы из этой почвы, из этого воздуха;

Рожденный здесь от родителей, рожденных здесь от родителей, тоже рожденных здесь,

Я теперь, тридцати семи лет, в полном здоровье, начинаю эту песню

И надеюсь не кончить до смерти.

Догматы и школы пускай подождут,

Пусть отступят немного назад, они хороши там, где есть, мы не забудем и их,

Я принимаю природу такою, какова она есть, я позволяю ей во всякое время, всегда

Говорить невозбранно с первобытною силой.

Здесь вся поэма www.sky-art.com/whitman/leaves/ru/leaves03_1_ru.htm

Я хочу предолжить вам присоединиться ко мне и заглянуть внутрь себя. Не могли бы вы закрыть глаза и последовать за мной?

Когда я смотрю внутрь себя, первое, что я вижу — это пустота. Я имею ввиду, что я вижу чистое визуальное пространство, которое содержит все составляющие тела, включая органы, мышцы, кости, но лишь немногое из этого я могу чувствовать. Я чувствую ощущения и циркулирование энергий внутри. Это пространство распахивается и содержит всё вокруг меня: всё что находится в комнате, а также звуки. Пространство самоосвещено, то есть, несмотря на то, что оно тёмное, само пространство освещено и содержит всё.

Помимо этого, в том месте, где по моим представлениям должны быть ноги, я чувствую энергии, поднимающиеся от моих пальцев к икрам и затем к бёдрам. Я чувствую энергии, поднимающиеся из центральной части тела в мышцы спины и в плечи, в лицо и голову, в мои предплечья, запястья, дальше в пальцы и затем излучающиеся в пространство.

Оттуда же, из центральной части тела, к центру течет поток любви, наполняет область сердца и излучается в мир. Моё лицо омывается этими энергиями, а моё тело по ощущениям напоминает бочку с порохом.

И внутри тела, и снаружи, это пустое пространство пронизано моим чувтсвом присутствия, чувством того, что я живой, чувствующий, осознающий. Это так называемое Я ЕСТЬ. Это то, на что нам следует медитировать, это Я ЕСТЬ во всех его аспектах, цветах и разновидностях. Я ЕСТЬ содержит тотальность нашего существования.

Однако есть и кое-что еще, есть свидетель всего этого — чувств, пустоты. Иногда свидетель ощущается как я, а иногда просто как безличностное наблюдение.

Есть две позиции, которые я могу занять по отношению к этому свидетелю, которого Нисаргадатта называет абсолютом. Первая — это смотреть на него и свидетельстовать его, как объект. В этом случае, он просто становится одной из составляющих Я ЕСТЬ. Другая позиция заключается в том, чтобы упасть в этого свидетеля и стать им. Когда мы делаем это, внезапно восприятие всего мира становится очень ярким, без осознавания свидетеля — потому что свидетель стал миром, стал тождественнен миру.


Читать дальше →

http://www.muralmosaic.com/Cochrane.html

"… Настенный рисунок, выполненный 216-ю художниками. Каждый квадрат рисунка выполнен другим художником. Нажав на каждый квадрат, вы увидите отдельный рисунок.

Возьмите, к примеру, глаз лошади…
Интересно, что рисунок каждого квадрата не имеет никакой связи с общим рисунком.

… Нажимаешь на губы, а когда картинка открывается, то это человек..."

Свободны ли вы отвлечь разум от блужданий и придерживаться изначальной целостности?

Когда вы перестаете верить своим мыслям, вы становитесь неотделимыми от того, что есть. Вы есть всё. Только несомневающийся разум верит, что вы есть «Я» живущее внутри тела.

Что такое изначальная целостность? Стул-рука-чашка-окно-небо, существующие до «стула», «руки», «чашки», «окна», «неба». Вам не нужно возвращаться к целостности, потому что вы никогда ее не покидали. Да и как вы могли покинуть ее? Куда бы вы могли пойти? Центр Вселенной там, где вы, и – везде. Это начальная и конечная точка, красота тьмы, торжество ничто. И только центр реален. Когда вы поймете это, вы осознаете, что даже в целостности нет необходимости.

Это подобно влюбленности в самого себя. Ничего не нужно делать, никем не нужно быть, нет никакой ответственности, никакого смысла, никаких страданий, никакой смерти. Вы больше не считаете, что находитесь в отделенной полярности и не отождествляете себя с крошечным существом, совершающим грандиозные усилия, чтобы доказать свою правду. Осознание того, что вы никогда не теряли изначальной целостности, означает, что вы никогда не рождались и никогда не можете умереть.

Каким гибким и податливым позволяет вам быть такое осознание! Вы становитесь невосприимчивым ко всему, чем ум затеняет реальность: к любому разочарованию или горю. Я потеряла свои деньги – не беда. У меня рак – не страшно. Муж собирается меня бросить – хорошо. Решил остаться – тоже хорошо. Разве мы могли бы всегда говорить реальности «да», если бы не были в нее влюблены? Что может случиться такого, что я не могла бы приветствовать всем сердцем? Я не знаю, что является наилучшим для меня, для вас или для мира. Я не стремлюсь навязать свою волю вам или кому бы то ни было еще. Я не желаю вас менять, делать более совершенными, обращать в новую веру, помогать вам или исцелять вас. Я просто принимаю то, что приходит и уходит. В этом суть истинной любви.

Лучший способ дать людям правильное направление – позволить им найти свой собственный путь.

Однажды – это случилось через несколько лет после того, как я открыла для себя Работу, — мои сыновья вдруг устроили драку в гостиной. Я сидела на софе неподалеку от них. А они, двое взрослых, сильных парней, катались по полу, колотили друг друга и кричали мне: «Мама, мама, скажи ему, чтобы он прекратил!» А я смотрела на них и видела двух молодых мужчин, которые таким способом старались найти общий язык, не зная, как это сделать по-другому. Я сидела там, просто наблюдая за ними и любя их, и у меня даже не возникала мысль о том, чтобы вмешаться. Я ничего не делала, никак не реагировала. Вдруг они заметили это, и перестали драться. Я была счастлива, что они нашли свое собственное решение. Больше они не дрались никогда.

Из книги: Кейт Байрон “У радости тысяча имен”