Думала, что есть опора,
Оказалось — нет ее.
Что за дивные узоры преподносит Бытие?!
Кочка тут, там островок…
Я по ним все скок да скок.
Тем хороши те прыжки,
Что веселья ради, там порхают мотыльки
В огненной прохладе:
«Долететь бы до огня…
Перепрыгнуть пропасть...»
Только яма та без дна,
Тебе не разбиться
Ты в огонь, а он в тебе
пуще разгориться."

Что то начали меня поглощать сомненья:
Получается, что я
Сгину в Воскрешенье?!
Да и кочки миражи,
В том числе и ты здесь.
А не веришь, докажи!-
Значит ВСЕ реально!
Как бы не было тебе от этого печально.

Начинай так всякий раз
Вплоть до исступленья
Пока нечего сказать станет на мгновенье!

Картинка раз, картинка два,
И закружилась голова,
Картинка три и вот четыре,
Картинка Ноль?! — опять в «сартире»?
Но дело в том — быть может все,
Картинка Ноль быть может тоже,
И разве живопись тревожит? )

Когда Основа, Реализация, была отобрана Мастером, во мне что-то «упало» — произошел конкретный облом. Мастер забрал то, на что я стал претендовать как на незыблемое знание о себе (Реализация).
Теперь претензии перебросились на То Что Есть Основа. Но как можно претендовать на то, что невозможно знать или осознавать?

Попадание на сатсанг не наша заслуга. но и нельзя нас списывать в этом процессе со счетов, раз мы здесь.
Мы живем в счастливое время в счастливом месте, поэтому пробуждение неминуемо.

Из «внутренних» феноменов сильнее всего выделяется уверенность в существовании себя. Это привычное, несомненное чувство при взгляде на него словно проецирует «я» в недосягаемую нефеноменальность, делая образ себя очень ярким, живым: я есть, я существую, я действую, и из этой базовой уверенности уже проистекает все остальное — я живу, я ищу, я ошибаюсь. Несомненность, реальность, порождаемая этой связкой: «чувство себя — идея нефеноменальности — я» просто поражает)

У Анны был день рождения, и мы поехали на пикник. Котовский сразу напился и уснул, а Чапаев стал объяснять Анне, что личность человека похожа на набор платьев, которые по очереди вынимаются из шкафа, и чем менее реален человек на самом деле, тем больше платьев в этом шкафу. Это было его подарком Анне на день рождения – в смысле, не набор платьев, а объяснение. Анна никак не хотела с ним соглашаться. Она пыталась доказать, что все может обстоять так в принципе, но к ней это не относится, потому что она всегда остается собой и не носит никаких масок. Но на все, что она говорила, Чапаев отвечал: «Раз платье. Два платье» и так далее. Понимаете? Потом Анна спросила, кто в таком случае надевает эти платья, и Чапаев ответил, что никого, кто их надевает, не существует. И тут Анна поняла. Она замолчала на несколько секунд, потом кивнула, подняла на него глаза, а Чапаев улыбнулся и сказал: «Привет, Анна!»

«Чапаев и Пустота» В.Пелевин

В XVI веке, в южной провинции Китая Юньнань, в одном селении жил черный колдун Во.
Его дом стоял особняком на пустоши и в одиночку туда никто никогда не ходил. Только вечером люди собирались все вместе возле входа в дом Во, чтобы увидеть представление, которые колдун часто устраивал. Он выходил в роскошном шелковом халате багрового цвета с золотой вышивкой, его лицо полностью скрывала тень от капюшона, и за длинными полами не было видно ног. Колдун выпускал из рукавов огненных драконов, надувал пузыри со змеями и лягушками внутри и творил много других чудес. Люди замирали в ужасе и благоговении перед тем, что видели: одни от страха прижимали руки к груди, а некоторые падали без сознания. Никто не мог приблизиться к чародею, но однажды среди толпы нашелся один смелый юноша по имени Чжимин. Пока Во показывал людям новый трюк, играя с отделившейся от него тенью, Чжимин незаметно пробрался к нему со спины и что есть силы дёрнул за край халата.
Люди ахнули от неожиданности: черный колдун исчез, как только Чжимин сорвал с него халат. Огненные драконы, выпущенные Во, замерли в воздухе и растаяли. Чжимин бросил халат на землю, который в тот же миг превратился в тысячу прекрасных бабочек. Юноша молча побрел домой, но слава обогнала его: когда он вернулся в селение, все уже знали про совершенный им подвиг. Вскоре дом колдуна Во обвил плющ и он развалился, а пустошь поросла высокой травой и дикими маками.
Детьми мы часто играли там, окруженные запахами цветов и порхающими бабочками. Однажды, притомившись, мы легли на траву и начали рассказывать друг другу истории, тогда-то мой друг Юйлун и поведал мне про старика Во.
-Глупости все это Юи, не могло быть такого. Как можно верить в того, кого даже не видно за халатом, — сказал тогда я.
-Хочешь, верь, хочешь не верь — дело твое, — ответил Юйлун.
Только мои глаза сомкнулись в сладкой дрёме, как что-то защекотало мне нос. Я открыл глаза: на носу у меня сидела прекрасная бабочка с удивительно красивыми багровыми крылышками.
Я
Читать дальше →

Говоришь, что любишь дождь, но гуляешь под зонтом.
Говоришь, что любишь солнце, но ищешь тень, когда оно светит.
Говоришь, что любишь ветер, но когда он дует, закрываешь окно.
Вот почему я боюсь, когда ты говоришь, что любишь меня.

© Боб Марли

Судя по погоде майские жуки прилетят в пуховиках...:)