Не говори, если это не изменит тишину к лучшему…

Дзэн-буддизм.

На долю человеческого разума в одном из видов его познания выпала странная судьба: его осаждают вопросы, от которых он не может уклониться, так как они навязаны ему его собственной природой; но в то же время он не может ответить на них, так как они превосходят все его возможности. В такое затруднение разум попадает не по своей вине. Он начинает с основоположений, применение которых в опыте неизбежно и в то же время в достаточной мере подтверждается опытом. Опираясь на них, он поднимается (в соответствии со своей природой) все выше, к условиям все более отдалённым. Но так как он замечает, что на этом этапе его дело должно всегда оставаться незавершённым, потому что вопросы никогда не прекращаются, то он вынужден прибегнуть к основоположениям, которые выходят за пределы всякого возможного опыта и тем не менее кажутся столь несомненными, что даже обыденный человеческий разум соглашается с ними.
Читать дальше →

Все люди — черные маги.
Они охватывают тебя паутиной своей терминологии, вынуждая думать и действовать согласно ей. Они сами заложники этой терминологии.
Но стерев «себя», ты становишься недоступным для них, потому что они есть, а тебя нет.
Стирание себя производится нарушением программных алгоритмов поведения.

О ложь, как ты сплетаешь сети,
В разоблачении себя, живешь,
И думая о смерти ты снова лжешь.

Вся красота твоя в смиреньи,
В наивных строчках, вызывая дрожь,
Мурашками бежит по коже сплошная ложь.

Твои шаги слышны повсюду, за правдой,
в очередь встаешь, и скромно ждешь,
Отвесят чуда, и чудо превратится в ложь.

Раскаиваясь понарошку, взывая к богу и любви,
Ты заметаешь все дорожки, и путаешь следы,
В капризных снах и повтореньях не слышишь никого,
Откуда дует ложный ветер — из дырки сердца твоего.

написать имена друг-друга каждый на своем языке.
— Моя фамилия Ге — сказал француз китайцу. — В китайском языке два иероглифа Ге, но, к сожалению, не один из них не подходит для фамилии. — Почему? — Потому что один имеет значение «колесо», а другой передает звук, с которым лопается мочевой пузырь осла. — А что плохого в колесе? — Мужское имя не может быть круглым, все будут считать тебя педиком. Для твоего имени мы возьмем иероглиф Шэ, означающий «клавиатура», «корнеплод», «страница» а также прилагательное «бесснежный» и дополним его иероглифом Нгу, означающим мужской род. В конце я пишу иероглиф Мо — «девственный». — Но… это, мягко говоря, не совем так… — Никто не будет считать тебя девственником, просто без иероглифа Мо иероглифы Ше-Нгу означают «сбривающий мамины усы»
— Хорошо, теперь я напишу твое имя. — Моя фамилия Го. — Отлично, я начну твою фамилию с буквы G. — Что означает буква G? — У нас, европейцев, сами по себе буквы ни хрена не значат, но чтобы проявить к тебе уважение я поставлю перед G букву H — во французском она все равно не читается. — Отлично! Дальше O? — Нет, чтобы показать, что G — произносится как Г, а не как Х, надо после G поставить букву U, а также H — чтобы показать, что U не читается сама по себе, а только показывает, как правильно читать G, и буквы EY, показывающую, что слово не длинное и скоро кончится. — Hguhey… дальше O? — Нет, О во французском произносится как А или Ё, в зависимости от стоящих по соседству букв, ударения и времени года. Твое чистое О записывается как AUGHT, но слово не может кончаться на T, поэтому я добавлю нечитаемое окончание NGER. Вуаля!
Русский лингвист поставил бокал на стол, взял бумажку и написал «Го» и «Ге».
— И всё? — Да.
Француз с китайцем почесали в затылке.
— Хорошо, как твоя фамилия, брат?
— Щекочихин-Крестовоздвиженский.
— А давайте просто бухать? — первым нашелся китаец.
Русский кивнул и француз с облегчением поднял тост за шипящие
Читать дальше →

«О, сколько их упало в эту Бездну,
Развёрстую вдали!» ©
Марина Цветаева.

Мы — уникальные существа. С одной стороны, познающие, а с другой — существа творящие.

Доказательством нашей силы творения является то, что любой момент одним решительным желанием мы можем прекратить существование целого мира, Нашей Вселенной. Той Вселенной, где мы правим своей волей — Вселенной нашего ума. Кто-то пользуется этим своим правом, а кто-то ждёт, когда эта Вселенная исчезнет естественным образом, как исчезли до этого уже неисчислимые сонмы таких же Живых и Полных когда-то Миров. Но — мы можем сделать это кардинально, и каждый знает это. Хотя бы потому, что каждый способен делать что-то локально. Такова сила того, что мы называем «наш ум».
Читать дальше →

Если у кого не показывает, жмите на кнопку YouTube справа внизу.
Или жмите сюда на ссылку www.youtube.com/watch?v=OuStrJWFB4E

Сегодня в Тибете существуют две главные философские традиции:
1. гелугпа, которая в толковании тантр использует воззрение мадхьямики- прасангики, и
2. нингмапа и бонпо, которые в разъяснении тантр делают упор на воззрение Дзогчена.
В обоих случаях основная практика, на которую опирается Тантра, это шуньята, и здесь не имеет значения, практикуем мы шуньяту согласно школе мадхьямика или согласно школе йогачара. Обычно система Сутры традиции гелугпа — это система школы мадхьямика, как она изложена, например, в Бхава- накраме Камалашилы или в Бодхи- патхапрадипе Атиши. Эта система Сутры была затем полностью разработана в главном труде Цонгкапы, великом Лсилрим ченмо. Как и гелугпа, все прочие школы тибетского буддизма в качестве официальной системы придерживаются мадхьямика — прасангика Чандракирти. Но их описание пути согласно системе Сутры может в каких-то деталях отличаться от того, который мы находим у гелугпы. Что касается системы Тантры, то гелугпа следует системе Гухьясамаджа-тантры, главной из отцовских тантр, и это, в частности, объясняется в комментарии Цонгкапы к этой тантре, а в общем — в его сочинении Нгагрим ченмо (sNgag rim chen-mo). Его изложение темы шуньяты можно найти в Легшед нингпо (Legs bshad snying-po) и в других произведениях. В школе гелугпа и Сутру и Тантру признают подлинными словами Будды, однако последнюю толкуют с позиции первой. Объясняя воззрение Тантры, ученые-гелугпинцы как основу для ее толкования используют Гухьясамаджа — тантру. Это главная тантра, которую практикуют последователи этой школы. Они полагаются на воззрение великого учителя Цонгкапы, изложенное в комментарии к этой тантре. В этом комментарии, а также в своем знаменитом Нгагрим ченмо, сочинении, посвященном системе новых тантр в целом, он часто прибегает к трудам Марпы-переводчика и обширно цитирует их, особенно комментарий Марпы к Наро чо друг (Naro chos drug), или Шести учениям Наропы. Он делает это потому, что Марпа в своих сочинениях исходил их воззрения
Читать дальше →