Каждый миг открывается дверь для Твоего следующего действия…
Это действие Ты можешь выполнить либо через Любовь или в Страхе.
Выбирай…

Один йог пришел в Гималаи в поисках гуру. Он нашел мудреца, который жил в пещере с несколькими учениками, и попросил разрешения стать его учеником, на что гуру ответил: «Хорошо, ты можешь остаться здесь, но мы соблюдаем мауна-врату (обет молчания), можно говорить только два слова за двенадцать лет». Кандидат согласился. 12 лет прошли в соблюдении ямы, ниямы, различных видов тапаса, Хатха йоги и пранаямы. Через двенадцать лет садхаку позволили сказать два слова. Он сказал: «Еда плохая». Это было записано, и его питание улучшили. Затем еще через двенадцать лет аскез ему позволили сказать еще два слова. Он сказал: «Постель жесткая». Это было зафиксировано, и он получил дополнительное одеяло. Снова через 12 лет он сказал: «Я ухожу». Его гуру сказал: «Прекрасно, ты тут 36 лет только и делал, что жаловался».

Я, первое «Я», такое чистое и невинное — это первая попытка отдельности, попытка отношений с Богом, Самая главная и вкусная мысль, от которой просто так не отказаться, ибо это мысль о Боге (символ) ставшая вдруг Богом :)
И Бог не приемлет такие отношения, потому что не произошло отделения по факту.
И никогда не ответит Он на любые попытки завести с Ним отношения.
Человеческие же отношения — жалкий отголосок, эхо этой божественной попытки Сына отделиться от Отца и вступить с Ним в БОЖЕСТВЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ.
***
Так, для себя, просто памятка :)))

… это когда я-Есть! Когда я это Бытие!

Когда я вынужден осознавать что вот он я, в любом контексте и выражении.
Вот он я — как проявление. Как самосознание.

Когда я знаю что я знаю. Чем и радостен сон — мне нет необходимости знать о себе.

И никуда не свалить. Даже свидетель вынужден свидельствовать.

Когда человек достигает зрелости в духовной жизни, он относится более спокойно к парадоксу, более правильно понимает неопределённости жизни, её многие уровни и глубинные конфликты. В полноте его сердца развивается ощущение жизненной иронии, метафоры и юмора, способность охватить целое с его красотой и оскорбительностью».

Созревший плод естественно падает с дерева. После надлежащего периода духовной жизни сердце, подобно плоду, начинает созревать и приобретать сладость. Наша практика переходит из состояния грубой зелёной поросли исканий, развития и улучшения самих себя – к спокойному пребыванию в тайне. Она переходит от опоры на форму к пребыванию в сердце.

Одна молодая женщина, которая в ранние годы своей практики вела борьбу в столкновении с семейными трудностями и с фундаменталистской церковью, к которой принадлежали родители, писала: «Родители ненавидят меня, когда я бываю буддисткой, но они любят меня, когда я бываю буддой».

Достичь духовной зрелости – значит освободиться от неподвижных и идеалистических способов бытия и открыть в своей жизни гибкость и радость. По мере развития духовной зрелости сердце приобретает доброту. Лёгкость и сострадание становятся нашим естественным движением. Даос Лао-цзы воспел этот дух, когда писал:

«Женщина, сосредоточенная в дао, может без опасений идти куда пожелает. Она постигает вселенскую гармонию даже среди великой боли, так как нашла мир в своём сердце».

Когда в 60-70-е годы восточная духовность приобрела популярность в Америке, её первоначальная практика была идеалистической и романтической: люди пытались воспользоваться этой духовностью, чтобы «подняться выше» и пережить необычные состояния сознания. Существовала вера в совершенных гуру, в полные и чудесные учения, которые, если им следовать, приведут нас к полному просветлению и изменят мир. Таковы были те качества подражательности и поглощённости собой, которые Чогьям Трунгпа назвал «духовным материализмом». Благодаря выполнению ритуалов, благодаря одеяниям и философии духовных традиций люди пытались убежать от своей обыденной жизни и стать более духовными существами.
Через несколько лет большинству людей стало ясно, что пребывание наверху не будет длиться вечно, что духовность заключается не в том, чтобы оставить свою жизнь и обрести существование на более высоком плане, наполненном светом. Мы обнаружили, что преобразование сознания требует гораздо большей практики и дисциплины, чем мы сначала предполагали. Мы начали видеть, что духовный путь требует от нас больше того, что, по-видимому, предлагает. Люди начали пробуждаться от романтических видений практики – и поняли, что духовность требует честного и смелого взгляда, прозрения в глубину ситуаций нашей реальной жизни, в глубину ситуаций семьи, из которой мы происходим, требует взгляда на то место, которое мы занимаем в окружающем нас обществе.

Индивидуально и в сообществах, благодаря возрастающей мудрости и переживанию освобождения от иллюзий, мы начинаем отбрасывать идеалистическое понимание духовной жизни и духовного сообщества как средства уйти от мира или спасти себя.
Для многих из нас этот переход стал основой для более глубоко интегрированной и более разумной духовной работы, в которую включены правильные взаимоотношения, правильные средства к существованию, правильная речь и этические измерения духовной жизни. Эта работа потребовала окончания разделения на категории, понимания того факта, что всё, что мы стараемся оттолкнуть в тень или чего хотим избежать, следует в конечном счёте включить в свою духовную жизнь, и ничего нельзя оставить позади. Духовность стала более вопросом о том, кто мы таковы, нежели о том, какому идеалу следуем. Духовность изменила наше направление – вместо того, чтобы идти в Индию, в Тибет или в Мачу Пикчу, мы приходим домой.

Духовность подобного рода полна радости и целостности; она и ординарна, и пробуждена. Эта духовность разрешает нам пребывать в самом чуде жизни. Такая зрелая духовность позволяет просвечивать сквозь нас свету божественного. Бросим взгляд на качества духовной зрелости.
Читать дальше →

Что-то хочет душа моя разрядиться, громом грянуть, волною разбиться, может кровью любви излиться, а может в гневе костьми зарыться, плотину судьбы прорвать или вечности правым снизу вложиться, егегей выходи из-за горизонта, не прячься, или убей раздави или здохни, покажи что ты Бог или снишься…

Те кто хотят изменить мир к «лучшему» — напоминают мне миротворцев в касках, обвешенных оружием.
И за такими «гуманистами», как правило,
всегда тянется кровавый шлейф.
Тот, кто увидел Игру целиком, как функционирование Единого
— не видит противоречий, и его отношение к Игре всегда будет нейтралитет.

Дошедшие до самосознания и повисшие на нем, становятся очень неудобными и неприятными людьми. Да, возле них, в их поле может отпускать от всех нижестоящих проблем, но анархизм, нигилизм, пофигизм не способствуют народной любви :)
Можно делать все что угодно. Теперь абсолютно все равно, как себя вести, что говорить, какой фасад рисовать. Это так смешно! Все смешно! Абсолютная свобода, которая окрыляет все твое существо, и тех, кто решил примкнуть к твоей вибрации. Для прочих ты — гадкий субъект. Ну и черт с ними! Они смешны в своих маленьких человеческих обидах и страданиях! Смешны в оценках и попытках тебя задеть! Любые их проблемы, любые их радости, любые вопросы, любые ценности — пыль на ветру :) Свобода без правил, свобода настолько без правил, что даже установление правил ей не помешает.
Страшные люди — самосознанцы. Просто потому что для них нет ничего святого.
Это последняя застава. А за ней — Free Away.
Если вы думаете, что я это пишу о ком-то конкретном, вы совершенно правы!!)))

Народ!
Расскажите как так можно раскладывать Прощение по схемам, аж четыре дня на сатсанге?
Или прощать там приходится все до седьмого калена?