Только тогда и не секундой ранее…
Когда произойдет отпускание даже…
Надежды на то, что отпускание произойдет…
Случится ТО, что случится…
И ТОГДА, когда случится…
А именно — ничего не случится со Мной
А Бытие продолжит БЫТЬ…
Как оно и не переставало…
Но только теперь…
В этом конкретном случае…
Можно сказать в «Моем»
Бытие будет проявляться
Как Бытие не знающее бытия, но без…
Веры и подразумевания некой Меня…
Это может случиться через секунду
Или через десять тысяч воплощений…
Или никогда… а значит
Случится то, что это никогда не произойдет…

Жизнь удивительна. Кажется, что качество легкости, прозрачности, радости присуще ей без всякого усилия и лишнего движения. Но не успеешь моргнуть глазом, как начинаешь это качество противопоставлять рутине. И вот уже чего-то не хватает. Должно быть больше любви! Радость утекла сквозь пальцы, снова что-то сделано не так… Беготня, метания, поиск. За суетой и спецэффектами не заметна тишина.
Безработных авторов не бывает, а звание реальности нужно отрабатывать, ага.

Поговорили с Олегом по поводу организации бизнеса и решении денежного вопроса, на сайте возник вопрос о практике, и пришло желание написать пост… Что для меня практика?
Любая практика, ЛЮБАЯ, утверждает ПРАКТИКУЮЩЕГО. Утверждает «того» кого не устраивает то что есть и стремящегося к тому чего нет. Иначе зачем?
СЕЙЧАС не хватает денег, власти, любви, свободы, радости, света, да чего угодно разницы нет, главное чего то не хватает прямо сейчас. А как это определилось? Как определяется то, что сейчас чего то не хватает? Есть знание, что может быть по другому. Есть вера в то, что этот второй вариант можно иметь сейчас вместо того, который не устраивает.Так вот неприятие того что есть и приятие того чего нет указывают на ПРИЯТЕЛЯ, который подразумевается в обоих случаях и остается за кадром. «Я» в обоих случаях смотрю туда откуда возникает неприятие или стремление и всегда что то вылазит, либо что то из прошлого, либо образ какой то, либо представление, происходит как бы раскрытие, и когда это осознается без попыток. что то изменить, происходит смена ощущений, от напряжения и тяжести к легкости и расслаблению.А действия иногда происходят, иногда нет.
Поэтому практика ПРИЯТИЯ для меня звучит так: Это простое ОСОЗНАНИЕ, что все что зарегистрировано или осозналось уже случилось, а следовательно не нуждается ни в приятии, ни в неприятии. А прятие и неприятие утверждают ПРИЯТЕЛЯ. Я не принимаю и Я принимаю, результат один — я на месте.
САМОИССЛЕДОВАНИЕ. Уже предполагается, что есть какое то САМО, которое нужно исследовать. Есть какое то Я, что это пока не ясно, но оно есть и нужно разобраться. что это такое, а для тех кто знает что это? Идет дополнительное утверждение, что я есть, а теперь нужно узнать, что я могу и как.И уже не слышится, ПОСМОТРИТЕ НА ЧТО ВЕШАЕТСЯ БУКВА Я.
Хотя при правильном самоисследовании, на вопрос ЧТО ЕСТЬ Я?, сразу через полсекунды получаем ответ- фон для регистрации явлений. Все, живи с этим. НО ФОН ТО НИЧЕГО НЕ МОЖЕТ.А зачем мне такая ПРАКТИКА, КОТОРАЯ
Читать дальше →

Импровизированная прощальная вечеринка профессора стала загадкой после того, как учёный рассказывает своим коллегам, что он бессмертный, который ходит по земле уже 14000 лет…

Читать дальше →

В старых манускриптах и новейшем изложении применимо к реальности используется очень хорошее слово — «есть»!
И хотя его зачастую ставят синонимом «существования», это не вполне корректно.

Есть только реальность, реальность есть, но это не значит, что реальность существует!

Читать дальше →

Читать дальше →

Поиск порождается желанием знать себя. И это наверное самое последнее желание. Самая глубинная недостаточность — недостаточность знания себя. И поиск не останавливается, пока не врубишься, что не найдешь никогда, что знать себя никогда не будешь. Пока не сдаешься в этом.

Но само прекращение поиска чаще всего трактуется как «НАЙТИ» себя, истину, просветление… А не как «НЕ НАЙТИ»! Похоже, что в этом и ловушка :)

А ведь «не найти» можно в любой момент. Для этого ничего не нужно — ни понимания, ни опытов, ни духовных уровней — просто признание поражения в попытке «найти» — и приятие всего с потрахами!

И даже самого поиска, который по инерции продолжается и после. Поиск тоже совсем не мешает ненахождению :) Если уже известно, что в игре нет выигрыша ни в каком варианте, какая разница во что играть — почему бы и не в поиск клада :)

Почему нельзя найти Реальность в Реализации? Да потому, что Я — это она и есть! Та самая вечная и неизменная Реальность, которой нет в Реализации только потому, что она на нее всегда смотрит. Тот-Кто-Смотрит никогда не может быть Тем-Что-Видится. Никогда! Может возникнуть какое угодно чувство самоидентификации, но ведь оно прекрасно видно и воспринимаемо. Еще один из бесконечной цепочки феноменов. А самое прикольное, что Тому-Кто-Смотрит абсолютно пофик, на что смотреть! На «автора», на пустоту, на наполненность, на клавиатуру компьютера, на свой собственный источник — абсолютно все равно. Разные феномены вызывают разный отклик в системе тело-ум: увидел Пустоту — обрадовался, увидел «автора» — огорчился. «Обрадовался», «огорчился» — такие же точно феномены, больше ничего. Но Я, который смотрит, — не феномен! Как же я могу им быть? Разве я могу на себя посмотреть? Все, что я ни увижу, — конечно, не я. И слово «Я», и чувство «Я» — феномены, феномены. Сама способность смотреть и видеть — феноменальна. И «свидетель» — один из феноменов, ведь и его можно увидеть или осознать. И свидетельствование тоже. Однако вся эта хрень видится и воспринимается абсолютно спонтанно и свободно, бесконтрольно и безгранично. Смотрение, взгляд, как они есть, без всякой натуги, как уже дано природой, — абсолютно свободны. Но ими нельзя обладать или повелевать, потому что некому! Вот же оно — то, что не знает ни границ, ни правил, ни хозяина, ни Бога, на что нельзя надеть цепи и заключить в темницу! Вот же весь секрет: то, что видимо, не может быть мной! И даже если видятся жуткая тюрьма и сырое подземелье, — как же я могу быть в них заключен? Сама мысль о свободе — уже несвобода, потому что увидена и помыслена. Да, можно видеть тюрьму, но никак нельзя в ней находиться. Действительно: выхода нет, потому что никто никогда никуда не входил!!! Подумать только: видеть страдание не означает страдать. Страдающий не есть страдание, он только так называется — «страдающий», но он ведь совершенно не
Читать дальше →

Вчера меня позвали на занятие танца НИА. Это такой новый танец, очень активный. Ну в общем не важно, позвали испытать что-то новое для меня. Причем пригласили на бесплатное занятие. И пойти мне хотелось, так как я чувствую, что мне не хватает физической активности и просто любопытно. И вот, я увидела, как включаются МОИ негативные стратегии.

НО…возникала сразу куча отговорок: а вдруг у меня не получится, а вдруг, я не смогу, а вдруг мне понравится, а ходить не смогу из-за денег, а вдруг я устану, а вдруг мне не понравится, а что это изменит в глобальном смысле…А ВДРУГ… В общем такая стратегия ОТКАЗА ОТ ДЕЙСТВИЙ — ЧЕМ ХУЖЕ, ТЕМ «ЛУЧШЕ» вообще практически лишает радости существования, радости жизни. Чувство недостаточности и депрессия усиливается, уже просто рвет на части. А автор жиреет на отказе от всего, так как он становится Могучим Автором Бездействия. Стратегия – лучше ничего не делать, чтобы не рисковать, а ТО БУДЕТ ЕЩЕ ХУЖЕ….И получается, что импульс на действие пришел, а потом перекрылся этим А ВДРУГ БУДЕТ ЕЩЕ ХУЖЕ. И обычно это происходит совсем незаметно, и вроде бы как я в безопасности, хуже себе не делаю, но и возможной радости лишаю((( Так постоянно из-за усиления страдания как бы самопроявляется и самоподдерживается Я. Такой могучий Автор бездействия.
В итоге я все-таки пошла, и скакала там как коза, танцевала, орала, смеялась и радовалась и получила кучу удовольствия!)))) Такая простая радость движения))
А от скольких вещей я еще отказывалась и отказываюсь?
Читать дальше →

Хотелось бы начать повествование с цитирования отрывков из рассказа обожаемого мною автора Сергея Довлатова «Чья-то смерть». Начинается рассказ с того, что герою Довлатову, журналисту республиканской партийной газеты «Советская Эстония», редактор Туранок поручает присутствовать на похоронах директора телестудии.
"- Ильвес был директором телестудии. Похороны его — серьезное мероприятие. Надеюсь, это ясно?
— Да.
— Должен присутствовать человек от нашей редакции. Мы собирались послать Шаблинского.
— Правильно, — говорю, — Мишка у них без конца халтурит.
Редактор поморщился:
— Михаил Борисович занят. Едет в командировку на остров Сааремаа. Кленский отпадает. Тут нужен человек с представительной внешностью. У Буша запой и так далее. Остановились на вашей кандидатуре. Умоляю, не подведите. Нужно будет произнести короткую теплую речь. Необходимо, чтобы… В общем, держитесь так, будто хорошо знали покойного…
— Разве у меня представительная внешность?
— Вы рослый, — снизошел Туронок, — мы посоветовались с Клюхиной.
А, думаю, Галочка, впрочем, ладно…
— Генрих Францевич, — сказал я, — мне это не нравится. Отдает мистификацией. Ильвеса я не знал. Фальшиво скорбеть не желаю. Направьте Шаблинского. А я, так и быть, поеду на Сааремаа."…
После некоторых препинаний, у героя — Довлатова не осталось выбора и он начал готовиться к поездке на эти похороны. «Я ненавижу кладбищенские церемонии. Не потому, что кто-то умер, ведь близких хоронить мне не доводилось. А к похоронам я равнодушен. И все-таки ненавижу похороны. На фоне чьей-то смерти любое движение кажется безнравственным. Я ненавижу похороны за ощущение убедительной скорби. За слезы чужих, посторонних людей. За подавляемое чувство радости: „Умер не ты, а другой“. За тайное беспокойство относительно предстоящей выпивки. За неумеренные комплименты в адрес покойного. (Мне всегда хотелось крикнуть: „Ему наплевать. Будьте снисходительны к живым. То есть ко мне, например.)“
Когда Довлатов приехал на
Читать дальше →