Читать дальше →

Назначение слов – создавать тишину. Каждое ли слово, произносимое вами, создает тишину в других или оно создает беспокойство в их уме? Назначение знания – помочь вам понять, что вы не знаете! Если знание дает вам ощущение, что вы все это знаете, оно не выполнило своего предназначения. Чем больше вы знаете, тем более вы осознаете незнание. Знание лишь подталкивает кирпичик по направлению к незнанию.

Раньше вы думали, что у вас меньше незнания, а теперь вы знаете, что у вас его больше.Назначение знания – создать осознанность бытия. Это создание огромно и бесконечно. Это тайна. Это волшебство. Волшебство есть в нашей жизни не для понимания, а просто, чтобы быть. Любовь – это волшебство, сон – волшебство, ваш ум – волшебство и все, что вы видите вокруг себя – это волшебство. Ваша жизнь – волшебство. Попытки понять волшебство – это недоразумение, но прожить волшебство во всей полноте называется просветлением.

Читать дальше →

Иван Царевич
Читать дальше →

Дорогие Друзья, Абсолютно мистическим образом видеозапись оказалась доступна на просторах Интернета, поэтому сайту advaitaworld и ВСЕМ ПОДАРОК!!:))) — ролик со встречи с Мастером формации — Амином!

vk.com/id70191203?z=video58700473_167641729%2F42806935259ffa1b11

Решили провести такой тест. В темной комнате поставили табуретку, вбили гвоздь, чтобы торчал острой частью вверх, и по очереди посадили на эту табуретку русского, украинца и белоруса. Русский сел на гвоздь, вскочил и давай матом ругаться. Украинец сел на гвоздь, вскочил, нащупал гвоздь, вытащил его и положил в карман: «В хозяйстве пригодится». Белорус сел на гвоздь, привстал и со словами «А можа, так и трэба?» снова сел.

Читать дальше →

А я ведь никогда не видел «рождения» чего-либо. Если посмотреть эдаким «простым» взглядом, то все «рождения», которые я когда-либо видел являлись лишь серией последовательных картинок восприятия, неким процессом, набором быстро бегущих кадров, создающих фильм моей жизни. Восход солнца, появление здоровенной волны в океане, увядание цветка на закате, появление мысли, реакции, голоса изо рта — всё это всегда УЖЕ было в момент восприятия. Если прямо сейчас ничего не додумывать, то положа руку на сердце, можно сказать лишь одно — ЭТО ЕСТЬ! И совсем-совсем нельзя сказать «это пришло откуда-то». Если быть предельно честным, то так сказать невозможно. Это (о чём бы ни шла речь) ниоткуда не приходило — оно ВОТ!

Другое дело, что можно сказать так: «Раньше вот этого не было, а теперь это есть!» Но разве можно из этого сделать вывод, что его кто-то родил? Разве это не будет додумыванием? Будет! Поэтому, просто: это есть сейчас. В таком вот виде.

Но вместе с такой очевидностью всё равно возникает слепая вера в то, что за этим что-то стоит. Или кто-то. И тут только два варианта. Это либо я, Дима. Либо ОН, ОНА, ОНО (Бог, Вселенная, САМО). Эти две сущности появляются здесь с одной целью — они «умеют» рожать. И совсем не понарошку, а очень взаправду. И они не то чтобы просто умеют, они РОЖАЮТ! Ежемоментно! Они могут рожать что угодно и в каких угодно количествах (особенно второй из них). И они всегда предстают как «нечто большее».

Читать дальше →

Стремление к совершенству, такое прекрасное человеческое качество, невероятно легко превращается в камень на шее и тянет на дно пассивного сопротивления и самоуничижения. Пожелание оборачивается обязательством, творчество как самовыражение – творчеством для самоутверждения.
Описанный, схваченный, закованный в строгие рамки идеал превращает жизнь в ад, творчество в каторгу. Все мысли – в будущем, вся энергия – на удержание того, чего нет, но должно быть. Но когда художник описывает то, что не умещается ни в одно описание, его творчество приобретает какую-то особенную глубину и прелесть. Оно дышит безграничной нежностью творца к каждому аспекту сотворенного.
Какая наивность – поверить, что реальность можно найти в проявленном. Какая смешная самоуверенность – считать, что хотя бы одна мысль, эмоция, идея может противоречить тому, что ты есть. Как забавно — отрицать Абсолют, когда само существование отрицания – это чудо.

28. Будь что будет.

Алиса подошла к развилке.
– На какую дорогу мне свернуть? – спросила она.
– А куда ты хочешь пойти? – отозвался Чеширский кот.
– Не знаю, – ответила Алиса.
– Тогда, – сказал кот, – это не имеет значения.

– Льюис Кэрролл, «Алиса в стране чудес» –


Я шагал взад-вперёд по песку, по которому шагал уже дюжину раз во время предыдущих визитов, как шагал уже много раз перед многими разными группами, многими разными вечерами. Разница была, в том, что сегодня я делал это в последний раз.
Лиза сидела с доктором Кимом в первом ряду, а другие семьдесят или восемьдесят человек сидели на песке и на трибунах. Казалось, всем было интересно, что я собираюсь сказать. И мне я тоже. Я видел свою тройную задачу так: произнести хвалебную речь Брэтт, говоря при этом то, что нужно услышать этим собравшимся здесь людям, и так, чтобы это по возможности лучше служило книге. В заднем кармане у меня лежал лист бумаги с некоторыми цитатами, и я почти совсем не думал о том, что я буду говорить кроме этого.
Каждый должен был сегодня принести по двадцать долларов на памятный подарок дочери Брэтт Мелиссе, который ей вручат позже этим вечером. Некоторые принесли больше, а доктор Ким собирался позже внести щедрый вклад. Сам подарок будет сюрпризом для группы, но не для Мелиссы, которая знала о нём за несколько месяцев, с тех пор, как был запланирован этот вечер. Подарок в целости ждал меня в отеле, как я и ожидал, и теперь лежал в моём кармане.
– Мы посидим здесь несколько минут и послушаем меня, – начал я, когда все успокоились, – а затем я передам вас приглашённому мной оратору – Лизе. После этого мы все спустимся к озеру, где зажжём костёр и скажем должное «прощай» нашему – давайте скажем, другу – нашему другу Брэтт. Не знаю, как мы все поместимся там внизу, но таким вещам всегда находится решение. Когда мы пойдём вниз, к нам присоединится дочь Брэтт, и, возможно, её внучка, и там будет маленький сюрприз, от которого вы, вероятно, обалдеете – подарок для них, в
Читать дальше →