Последнее время дико луплюсь в игру онлайн. Прекрасно видя и понимая что это абсолютная чепуха. Но каааайфф:)) а почему и ради чего отказывать себе в кайфе?
Я хочу кайфовать! И если взгляд незамутнён, то видно что возможность кайфа присутствует всегда и он вобщем то не имеет ничего общего с желанием. Желание от эго, кайф от бога:)))

П.с. не путать с причинением вреда «другому». Это не кайф, это исходит из страдания.

Все противоречия и различия возникают только во взгляде ученика, с какой позиции он смотрит. Мало того, что разные учения доходят до разной глубины прозрения, так ещё и сам ученик делает выводы об учении исходя из степени своей омрачённости/пробужденности. Лишь когда выходишь за пределы ума можно сказать что все учения об омрачениях разной степени глубины. И говорить что одно учение более истинно или противоречит другому, это просто показывать уровень понимания говорящего такие вещи… ну а тому чем ты являешься совершенно не нужны никакие учения, так же как и не мешают.

Хочется повторить за Рам цзы — да найдёт Вас это сейчас!

_/\_

Иван Петрович уже несколько часов сидел в позе лотоса, повторяя как мантру- «форма это пустота, а пустота это форма». Поглощенный своим занятием, он не заметил, как приоткрылась дверь в комнату, и слабый ветерок провёл ласковой ладошкой по его вспотевшей от усилий лысине. Вторым движением ветерок ощупал чуткими пальцами широкое лицо с крупными чертами и высоким лбом. «Приветствую тебя, о, сын благородных родителей»,- раздался голос над левым ухом Ивана. Иван судорожно дёрнул головой и оглянулся. В комнате никого не было. Голос продолжил: «ты звал меня, и я пришёл». «Ты кто»? — холодея от внезапного узнавания, прошептал Иван. «Я –пустота, и я- форма, я -начало, и я –конец. Я — то, что есть и то, чего нет». Голос был торжественно спокоен, но в его интонации чувствовалась нотка скуки. Ему явно надоело постоянное повторение этих слов. Внутри Ивана начала подыматься паника. Она как дикобраз растопырила свои колючки и больно уколола сердце. Иван не мог выговорить следующее слово, и голос сказал за него — «Да, я Смерть. Ты звал, и я пришла или пришел. Я, в общем-то, не имею гендерных признаков». «Стой, я тебя не звал, я искал истину». «Ну, вот и нашел», — хихикнула пустота.
«Подожди, так не может быть. Годы практик, медитаций, поездок на ретриты, общений с пробужденными мастерами. И это всё для того, что бы просто умереть»? «А чего ты хотел»? — Пустота хмыкнула.- «Вечная история с этими искателями. Зовут, зовут, а когда приходишь, то тебе совсем не рады». Иван Петрович судорожно сглотнул. «Но все умирают»,- прошептал он, «и благородные, и не благородные, и брамины, и шудры, и цари, и нищие». «Вот, вот, начинаешь понимать»,- смерть по-приятельски обняла Ивана за талию, от этого прикосновения крупное тело Ивана сжалось. Если бы он мог, то убежал бы, но ноги, сплетенные в узел, уже не слушались.
«А что потом»? — прошептал Иван. — «Все дхармы пусты, а значит, потом не будет. Нет ни начала, ни конца, ни рождения, ни смерти, ни прекращения рождения и смерти». «Но если
Читать дальше →

Люса была заядлой симоронисткой. Научилась очень быстро и красиво переделывать события с плохим содержанием в хорошие. И это доставляло ей радость играть так в жизни. Например, когда у неё заболела пятка, она ходила по городу, находила на улицах канализационные колодцы, приседала над круглыми чугунными люками и приговаривала «Железочка — погладь пяточку». Так Люса обходила столько люков, пока боль в пятке поутихла.
Некоторое отступление: Представил я себя, как бы я сейчас ходил по городу и приседал на люки. А они уже с мячиком и надписью чемпионата по футболу).
Но однажды с Люсей случилось неописуемое — она проснулось ночью от кошмаров. И вот бодрствование настало после этого жесткое. Ладно что если бы энергия поперла, а то все эти кошмары продалжались в мыслях на яву. Что она только не делала с этими мыслями — и заворачивала их в трусы бросая на люстру и лепила из них руками пирожки даря воображаемым гномикам. Ничего не помогало и становилось только хуже и тревожней. Страх спустился уже в пятки, которые она недавно вылечила.
На утро Люся побежала к знакомым симоронистам и там они еще сообща что-то пошаманили, но всё без толку. Люся попрежнему все надеялась на чудо. И тут одна женщина посоветовала ей вспомнить что-то душевное по настоящему когда она просто жила даже и в этой симоронской игре. Люся вспомнила слова песни, которые сильно затронули ее Душу раньше, но она так была увлечена игрой, что забыла про это. Вот сейчас она стала напевать эти строки — «Солнце любви светит для всех. Сердцем согрей, нежный росток.» Люся ходила в парке, среди зеленых величественных дубов и долго напевала эту песню.
Через какое то время она почувствовала, что на Душе стало легко, а кошмарики
Читать дальше →

Как странно, впервые я на таком уровне дискомфорта, когда избегаются негативные переживания, ведь по суди это выжимки, ложь, но и позитивные переживания нивелируются… Поделиться этим больше не с кем, и внутри держать не хочется. Такое ощущение, что вот, вижу что постоянно выделяю негатив из всего происходящего, долблю себя, со стороны других за них же, и со своей стороны. Одновременно с этим и плюс, я на противоположной стороне. Я наблюдающая всё это. Психическая реакция избегания всего этого сейчас такая сильная, что я вообще не знаю, что делать. Как будто бы идёт такая атака на саму себя, сдерживание.
Если посмотреть на этот момент, когда я выделяю себя как плохую, или как хорошую среди плохих, я испытываю кайф. Но ладно, дело не в этом. Скорее вот это непонятное состояние «в танке», оно актуально в данный момент, и чем собственно оно меня не устраивает? Тихо отчасти спокойно, потолок пока не подтекает. Только вот это замкнутость на совершенно новом уровне))) Мертвая, как будто все эмоции заморожены, и не поворачивается язык сказать, что это нормально и правильно)))

помогите разобраться кто чует… что понимает реально...! уперся в эгоизм… есть такой взгляд… чтобы собрать частички души нужно дейсвовать от сердца… подымаясь над эгоизмом… обьединяя людей… и таким образом познаешь и собираешь себя…
и есть другой взгляд… все твои части находятся в паралелных мерностях… итолько от восприятия зависит… где правда!??.. ш

… О, заройте меня в эту больную гнилую родную любимую землю!
В небеса это грешное тело больное страстьми не взлетит не взойдет никогда!
Я забыт сам в себе, никому ничему я не внемлю,
Только спать не дает мне распятая в небе звезда.
Я со всем этим бредом, со всей этой болью совпался,
Я — томление духа само по себе, суета всех сует.
Я еще не родился! но траурный марш продолжался,
И метался и бился, зарытый в забвение, свет.

(из забытого)

Рудик всегда хотел летать как птица. Он восторженно смотрел как воспаряют большие белые лебеди, мощно хлопая крыльями и поднимая свое грузное тело. А воробьи вообще быстро трепыхают крылышками и чирикая трясутся в воздухе. Еще завораживали его ласточки, они парят так стремительно рассекая воздух, словно бритвой. Бабочки — это вообще песни цветного полёта, как и полёт шмеля — мелкого бомбардировщика
Рудик записался даже в секцию парашютистов, чтобы хоть ка-то полетать. Сначала было страшно падать камнем, но потом привык к такому падению, а затем и парению на парашюте в небе. Ну все равно ему виделось, что он как мешок летит и не может порхать как птица крыльями.
Однажды ему приснился красивый сон, что он растопырив рученьки, оторвался от земли и воспархнул в небеса. Проснувшись по утру и вспоминая видение не столь в воображении, сколь чувством блаженства полёта, всё его тело было заполнено легкостью и радостью. Вот оказывается как человек то летает, не то, что бы махать руками, а Душой васпарять.
И Рудик побежал счастливый, расказывая всем как он летает в жизни. Прибежал на стадион к знакомому тренеру по прыжкам. А тот его выслушал и говорит — «Кто же так летает». И показал как надо разбежаться, оттолкнуться и на затяжном прыжке прыгнуть, то есть взлететь. Юрик на волне радости прыгнул раз, прыгнул, два, а чувство полета как батарейка, начала садится. И сразу перестал… летать. Опечалился он несколько, пошаркал по беговой дорожке не торопливым шагом, привыкая опять к земле.
А после подумал, а зачем мне летать? Буду я просто жить — сидеть, ходить, что то делать, а пусть во мне летают когда
Читать дальше →