Зачем мы поехали отдыхать вместе, было не понятно. Между нами все уже было кончено. Оба это понимали, но сделать решительный шаг никто из нас не решался. Приехали мы рано утром. Абориген, который нас подвозил на машине, сказал что отвезёт нас в хорошее место, не далеко от моря.

Спохватились мы, когда были уже на горе, усеянной домишками, утопающими в деревьях инжира и граната. Хозяйка, увидев наши смущённые лица, вывела нас на веранду, с которой открывался замечательный вид на весь город. Он лежал у наших ног, а умопомрачительно синее море своим космосом сразило нас наповал, и мы остались. Не успели мы побросать сумки, как погода стала портится. Набежали тяжёлые тучи и срывался тропический дождь. Сидеть в доме не хотелось и мы решили прогуляться по городу.

Спустившись с горы, мы пошли по прибрежной улице, рассматривая местных жителей и архитектуру заброшенного города. Срывающийся дождь никак не начинался, и периодически открывающееся от туч солнце, украшало нашу прогулку. В магнолиях плотным звуком шумели цикады. Я не выдержал, подошёл к дереву, развел листья и стал искать глазами это маленькое существо, которое своими трущимися друг о друга крылышками издавало эти завораживающие звуки.

Мы шли молча. Иногда у меня возникало желание растормошить ее, чтобы она улыбнулась. И когда мне удавалось это сделать, я радовался, и слабая надежда у меня в груди немного оживала, я продолжал говорить и говорить всякую чушь, лишь бы опять не вернулась тоска безнадеги и отчаяния.

Дальше мы увидели украшенную двумя львами лестницу. От тротуара, три ее пролета, вели ко входу заброшенного театра. Из пустых проемов окон полуразрушенного здания доносился высокий женский голос. Некто выводил виртуозные пассажи, проверяя акустику зала. Мы заглянули внутрь и увидели девушку, она стояла в проходе амфитеатра лицом к сцене и пела арию. Облупленные стены и балконы, вывороченные кресла, жалкие остатки сцены никак не вязались с этой поющей девушкой. Мы
Читать дальше →

Ему приснилось светопрепреставленье.
Испуганно взывал он к небесам,
И горько требовал улучшить сновиденье!
Он был во сне и сном являлся сам…

Все кажется, что смерть не за горами…
Не правда ли, глубокая мысля?
И талый снег, на солнышке сгорая,
Бежит ручьями, сердце веселя.

Недвойственность не между множественностью объектов,
а между субъектом и объектами восприятия, потому что субъект – ноль.
тот, кто воспринимает, есть ноль (ничто),
а то, что воспринимается — множественно.
Иными словами, ты можешь отличить объекты восприятия один от другого,
но ты не можешь отличить себя от объектов восприятия.
Ты не можешь сказать: «вот — это объект восприятия, а вот это — я, субъект восприятия».
Субъект — ноль!

На что ты покажешь как на субъекта восприятия?
Ты можешь показать только на объекты восприятия.

Когда корневое Я отождествляется с каким либо явлением в реализации, то неизбежно это явление становится субъектом. Например тело это субъект взаимодействия с физическим миром. Поэтому очень странно слышать о том, что типа любое я только в твоей голове, что это всегда только мысль. По сути любое я указывает на субъект какого либо опыта.
Если отождествление идёт с индивидуальными телами — личность, ментал, физическое тело, тело ощущений, чувств, энергетическое, индивидуальное сознание (семь Я), то говорят о маленьком я. Большое Я это отождествление с над индивидуальными аспектами, например с осознанием. Устойчивое отождествление называется фиксацией. И освобождение это снятие фиксаций одного за другим и часто такое снятие сопровождается переживанием ясности, иногда да же происходит Сатори.

Помню, после третьего курса института поехали мы в
стройотряд. Не далеко от деревушки, в степи, возводили два барака для овец. В свободное от работы время, по вечерам, мы играли в карты, разговаривали о куннилингусе и гуляли по ночному кладбищу.

И вот в один такой вечер, сижу я, никого не трогаю и пялюсь по сторонам в сельском клубе. Подходит ко мне товарищ, которые мне был совсем не товарищ, и предлагает вкусно покушать и выпить, уж не помню под каким предлогом. Угощает какой -то местный парень. Я не долго отнекивался, тогда ещё, моя чуйка хоть уже и работала, но что -то сбойнуло. Видимо вареники с вишней, после столовской еды, полностью затмили мое юное воображение. И вот сижу я, уплетаю вареники, брызгающие соком и запиваю брагой. Кстати вкусная штука, скажу я вам. Пью, пьянею и думаю о том, чем буду расплачиваться за праздничный ужин. А. Вспомнил. Сказал местный абориген, что просто нужно подсобить.

Через какое то время, мы втроём уже сидим в телеге и лошадка, под красивым звездным небом с млечным путем прямо над головой, везёт нас в степь. Через минут двадцать мы уже в поле, около огромной копны сена и у нас в руках вилы. И нам нужно сено из колхозного стога переложить в телегу, чтобы хозяйским коровками и лошадкам было что кушать зимой.

Все мне понравилось в эту темную, тёплую, звёздную, южную ночь. И вареники с вишней, и мутная, сладковатая, щиплющая язык брага, и фыркающая лошадка, и скрипящая телега, и колючее сено, и огромная копна и сверху нее я, вот вот съеду и убьюсь насмерть, и крутой склон оврага, по которому идёт дорога и телега кренится и вот вот опрокинется, и вся эта колхозная экзотика с шепотом аборигена. Не понравилось мне только одно, что я был
Читать дальше →

Один и тот же опыт можно описать по-разному. Всё зависит от того, с какой позиции посмотреть. Можно посмотреть из Недвойственного Осознавания, из Наблюдающего Сознания и т. д. Естественно, если эта позиция реализована. И эти описания будут разными.
Но, для того, кто говорит из опыта, это не вызывает противоречий.
Если опыта нет, а есть только моделирование опыта в мышлении, то такая смена ракурса взгляда будет болезненной. Потому что есть отождествление с ментальными конструкциями.
Вы только представьте себе ситуацию:
Опыта нет. Человек читает описание чужого опыта. Пытается представить это в своём уме, т. е. создаёт образ опыта. Отождествляется с этим образом. И пытается описать образ опыта. Далее. Это описание он оценивает, сравнивает с описанием опыта другого человека. И спорит, доказывает, отстаивает свою позицию. По сути он защищает своё отождествление с образом опыта, с ментальными конструкциями. Ещё хуже когда это отождествление с ментальными конструкциями выдаётся за реальное переживание.
Я бы ещё понял, если бы это было искренним заблуждением. А если это лицемерие и враньё себе и другим, и трусость признаться себе и другим в том, что его описания всего лишь интеллектуальные размышления без опоры на реальное переживание?


Читать дальше →

Нет, не было и не будет пробуждённых людей. Пробуждается Абсолют от сна о себе отдельном к СЕБЕ не отделённом от собственной реализации.
После пробуждения уже нет ничего отделённого от ТЕБЯ.
НЕ ТЕБЯ НЕТ! :)

ТЫ не часть, а ЦЕЛОЕ.

Все))

В этом вся,
всЯ идея классической адвайты… учение прозревшее буквально в суть всех вещей… все есть Брахман. Есть только единый для всех и каждого континиум бытия. Ты отрезан от этого понимания чувственным пониманием (пониманием-проживанием) себя, как отдельного от всех других существа… на всех уровнях отдельного — на сознательном, на энергетическом и на психофизическом уровнях… это то, что учение называет кошами, т.е. оболочками как бы наложенными на Единую реальность, на изначальную целостность Бытия всего так как Оно есть. Признание своей отдельности и есть падение в иллюзию-майи, других иллюзий вообщем то и нет. Иллюзию не преодолеть простым пере- таксказать перепониманием — это ничего не дает в плане освобождения… н-р, ты понимаешь, что ты не есть тело и весь связанный с ним психо-соматический набор и тебя выносит в осознание, что ты чистая энергия… это путь йоги. Одна иллюзия (я есть тело) заменяется просто на иллюзию более высшего порядка… я есть энергия… которая может быть обращена и на более глубокий план — где я уже не энергия, а чистое сознание — тема н-р кашмирского шиваизма и буддизма ваджраяны… я есть ум. В классической адвайте есть с этим прозрением свои глубочайшие коннотации, что привело к созданию внутри адвайта-веданты более техничных-лайт-версий учения… но это ессно тоже — иллюзия, т.к. идея отдельности остается на месте, это лишь более тонкое, как бы голографическое ее выделение… от тела к энергии, от энергии к осознанию, так раскручивается матрица идеи отдельности…

…ессно что к настоящему не-2 это не имеет ровным счетом никакого отношения, пока есть ты отдельный, будет и противопостовление тебя и всего остального мира, как своего рода разнобитных вещей (используя язык программирования) — т.е. отдельный бит информации претендует на целостность и законченность себя в поле бытия. И это засада букв. всех практиков… я не тело, я не энергия — я есть ум, тчк. На этом путь обычно и заканчивается и начинается лишь
Читать дальше →

Эпиграф
«В мире есть два вида шпор, друг мой! Одни входят в дверь… А другие в окно!» («Хороший, плохой, злой»)

Стремление от неприятного к удовольствию стимулирует развитие любых форм, в том числе человека.
И здесь наблюдается два основных подхода.
Первый — изменить то, что неприятно. Уничтожить врага, построить жилье, укрывшись от непогоды, вырастить или добыть пишу, избавившись от голода и пр.
Второй — изменить себя так, чтобы не замечать неприятное, то есть смириться с существующим положением вещей (правда тут есть много физиологических ограничений, если на грубость начальника ещё можно не обращать внимание, то с холодом, жаждой, голодом ситуация несколько сложнее, хотя на совсем примитивном уровне потребности тела удовлетворить можно, не опускаясь до совсем животного состояния)
Что общего у этих путей?
На мой взгляд — внутренние и́зменения. Чтобы изменить что-то вовне, нужно совершить некие действия, чему-то научиться, накопить достаточно силы. Чтобы перестать реагирование на то, что раздражает, тоже нужно изменить себя, изменить стереотип реагирования.
Каждый выбирает по себе… Или не
Читать дальше →