щас так расслабило, лежу. И начинаю слышать незнакомую музыку на иностранном. Музыка становится настолько громкой, что начинает напрягать, я почувствовал, что как то «могу» ее вытеснить. тогда стало интересно, повернулся, а в комнате тихо. Хотя я был уверен, что это соседи.

сейчас мне пришел такой классный вопрос. Если очевидно что в сознании всегда что то борется с чем то. То с чем я в себе борюсь?

Простой вопрос для самоисследования (речь об исследовании ума, мотивов собственных действий, своей личности)
Зачем вы пишете?
Какой личностный смысл заключен в этом действии?

Когда ты на самом деле не чувствуешь недостатка ни в чем, ты не осуждаешь других, потому что это очень естественно — делишься от избытка, от широты души. Само собой. Не злорадствуешь, не завидуешь, не обесцениваешь радость или достижения кого бы то ни было.
Если ты думаешь, что у тебя уже всего достаточно, если считаешь себя счастливым/постигшим, но при этом показываешь пренебрежение к другому, пытаешься унизить, расстроить — значит у тебя нет ничего. Ни счастья, ни достижения, ни достаточности. Ты — тлен.
Ты боишься смотреть на свою собственную несостоятельность, и хочешь ее уничтожить, используя другого как внешний символ. Ты думаешь, что манипулируя этим символом, ты избавишься от своей недостаточности.
Но какое тебе дело до других, если у тебя есть все, все твои желания исполнены и ничто тебе не угрожает? У тебя не найдётся для них ничего, кроме любви.

Мир знает не одно, а два грехопаденья:
Грехопаденье ангелов и человека.
Но человек спасен Голгофой. Сатана же
Спасенья ждет во тьме. И Сатана спасется.

То, что для человека сотворил Христос,
То каждый человек свершит для Дьявола.
В мире дело идет не о спасеньи человека,
А о спасеньи Дьявола. Любите. Верьте.

Любите Дьявола. Одной любовью
Спасется мир. А этот мир есть плоть
Страдающего Сатаны. Христос
Распят на теле Сатаны. Крест – Сатана.

Воистину вам говорю: покамест
Последняя частица слепого вещества
Не станет вновь чистейшим из сияний,
«Я» человека не сойдет с креста.

Зло – вещество. Любовь – огонь. Любовь
Сжигает вещество: отсюда гарь и смрад.
Грех страден потому, что в нем огонь любви.
Где нет греха, там торжествует Дьявол.

И голод, и ненависть – не отрицанье,
А первые ступени любви.
Тех, кто хотят спастись, укрывшись от греха,
Тех, кто не горят огнем и холодом,
Тех изблюю из уст Моих!

<13 сентября 1919
Коктебель>

Почему существуют такие люди? Они не честные, а я честна. Мне положено больше блага, чем им, а я отдаю им свои блага, и ничего не получаю взамен.
Я завидую им, потому что мне кажется, они гребут блага обеими руками, а меня оставляют ни с чем. Это несправедливо. Я бы тоже могла бы быть нечестной, если бы меня не останавливала совесть. Если бы я была совершенно уверена, что честность не играет никакой роли в распределении блага.
— Шоколадку хочешь?
— Хочу конечно. За честность. За то, что я хорошая.
— Нет. За честность я тебе не дам. Я тебе дам ее просто так.
Просто так… почему? Даже когда мы стремимся к материальному благу, мы в корне все равно желаем на самом деле непреходящей любви и абсолютной достаточности. Почему и этот праведник, и этот вор и гад имеют одинаковое право на непреходящую Любовь и абсолютную достаточность? Ведь это несправедливо… Праведник и грешник одинаково достойны Царствия Божьего? Как же так?
Что ответишь ты, дух?!
Он ответит, что я обуславливаю Любовь, отказывая в ней грешнику. И когда я чувствую себя недостаточно праведной, то я отказываю в ней и себе тоже.
Разве не нужно завоевать Царствие Божье?
Не нужно. Но нужно суметь его принять. Потому что именно идея о Любви по справедливости мешает нам ее ощутить прямо
Читать дальше →

Бесконечная природа индивидуального бытия
Джоэл Голдсмит. Практика присутствия
(фрагменты из книги)

Мир не нуждается ни в новой религии, ни в новой философии. Он нуждается в исцелении и возрождении. Мир нуждается в таких людях, которые через свою преданность Богу настолько наполнены Святым Духом, что могут стать инструментами, через которые произойдет исцеление. Ибо в исцелении нуждается каждый.

Существует старая-престарая история об одном духовном учителе, который однажды постучался в ворота рая. Бог подошел к двери и спросил: «Кто там? Кто стучит?» На этот вопрос последовал уверенный ответ: «Это — я». «Прошу простить меня, но на небесах сейчас нет места. Приходите в другой раз». Тот добрый человек, удивленный таким отпором, ушел. Через несколько лет, проведенных в медитациях и размышлении над тем странным приемом, он вернулся и снова постучался в ворота. Он был встречен тем же самым вопросом и дал тот же самый ответ. И снова ему сказали, что на небесах нет места, и что они сейчас совершенно заполнены. Шли годы. Учитель глубже и глубже уходил внутрь себя, медитируя и размышляя. И вот он снова постучался в ворота небес. В третий раз. И снова Бог спросил: «Кто там?» На этот раз он ответил: «Ты». И ворота широко отворились, Бог сказал: «Входи. Здесь никогда не было места для „тебя“ и „Меня“.

Не существует «Бога и вас» или «Бога и меня». Существует только Бог, — выраженный, проявленный в качестве индивидуального бытия. Существует только одна жизнь — жизнь Бога.

Божественная самость — это единственная Самость; а это — ни богатство и ни бедность, ни болезнь и ни здоровье, ни молодость и ни старость, ни жизнь ни смерть. Это — состояние бессмертия, вечного бытия, неизменяемого, неизменного, но бесконечного в своих формах и проявлениях. И смысл заповеди Учителя „отвергнуть себя“ заключается в признании отсутствия любой другой самости, кроме Божественной. Мы должны отказаться от мысли, что сами по себе мы имеем какие-то качества, характер, силу, здоровье,
Читать дальше →

Я не живое и не мёртвое
Если бы я был живым, то видел бы лишь мёртвое
Если был бы мертвым то видел бы лишь живое
А я вижу и то и другое
Так что же я из себя представляю:
Падшую жизнь или ожившую смерть
Или ни то и ни другое?
Так что же я такое?

Медовый месяц с практикой, похоже, закончился. Каждое утро я просыпаюсь в ужасе или в депрессии. Чаще это просто иррациональный страх, вина, подавленность, иногда там можно различить «послание» — «не лезь! не рыпайся! я могу разрушить твою жизнь одним движением, и даже убить тебя, если полезешь туда, куда тебе не положено!» Я понимаю, что Он так пугает меня. Его дело — свести меня с ума в плохом смысле, заставить паниковать, забыть полученный опыт и бросить практику. Он раздувает важность любого негатива и уменьшает важность маленьких достижений. В этом состоянии любые призывы к душе и к прощению воспринимаются как издевательство, потому что единственное желание — чтобы кошмар прекратился.

Я догадываюсь, что это нереально, но мне нужно увидеть, осознать, что это нереально.
Я лежу и перебираю вопросы как ключи: Кто Я? Кто мой Хозяин? Кто мой бог? Что здесь невинно? На что я опираюсь? Что остаётся незатронутым в кошмаре? Кто наказывает? Чей это голос? В чем содержится кошмар? Кто смотрит сверху? Кто принимает решения? Кто меня обвиняет? Где источник кошмара? Где сознание? Где разум?

И какой-то из вопросов, а на самом деле — намерение — срабатывает, и я выхожу на это чистое сознание. Я испытываю облегчение. И теперь можно услышать дух…

Сколько я себя помню, я всегда больше боялась того, что внутри, чем того, что снаружи — темнота страшна не тем, что где-то в ней живут вымышленные чудовища, а тем, что когда окружающий мир скрыт, ты остаёшься наедине с подсознанием. В детстве и иногда позже оно являет откровенно абсурдные страшилки, не связанные с обычной жизнью, но от этого не легче. Я всю жизнь живу с этим по соседству, и потому ненавижу смотреть фильмы ужасов — их образы и атмосфера пробуждают мои кошмары на полном серьезе.
Позже, во взрослой жизни эти ужасы приобретают черты социальных опасностей — государства, силовых структур, насилия в подворотне и прочих вполне «реальных» угроз. Это уже не картонный Фредди Крюгер, как раньше, но я узнаю этот
Читать дальше →