Любовь к себе…
Не отменяет любви к другому…
Ее просто не уносят с собой…
Когда уходят к другому…

Ты говоришь прощай…
И это больно и грустно…
Но не означает больше…
Прощания с любовью…

Поэтому и прощение…
Не ждет приглашения…
Оно всегда здесь…
Никто ведь не знает…
Куда любви течь…

Скоро утро, но, может ещё и очень нескоро. Там что-то будет дальше, какая-то очередная интрига из выбора интрижек жизни. Но не пойду дальше своих рамок. Не брошу курить, не уйду вперёд и вперёд, где ночь застанет, не утону в молчании где-то в горах, да и до гор не дойду, а если дойду, то вернусь туда же и тем же к этому же ноутбуку писать что-то про себя и занозу в груди. Её описывать можно бесконечно, это никогда не кончится — ни заноза, ни её описания, ни побеги от неё куда-то вниманием на сладкое.
Буду смеяться, будет переть улыбка, буду ныть от боли и всё это будет и будет пока не кончится.
Любовь, к себе ли, но вообще любовь — непростое искусство, вернее, простое, самое простое и естественное, но так заглючила винта, что разглючивать очень непросто обратно до её естественного состояния. Весь этот танец, вся жизнь, вся эта драма с соплями и кровями, эти горки американские — возможно, просто, чтоб кататься?
Извиняюсь, что слушать это пришлось, кто дочитал.
Кто-то другой расскажет про улыбки и балланс будет.

Есть одна ошибка которая сводит на нет всю практику любви к себе. Сводится она к тому что любить пытаешься не себя как «я», а себя как образ.
То есть происходмт запрограммированный сьезд с «я», на «я — такой то». И тут гораздо сложнее, потому что образ создан не только тобой, но и всем окружающим тебя социумом, а самый распространённый образ создаваемый социумом, это образ жертвы. А кто готов полюбить жертву? Я например не был готов…
Но гораздо легче и «правильнее» любить просто «я», просто «себя» без всяких прибамбасов ввиде описания. ПРОСТО Я! И тут легко увидеть что «я» на самом деле свободно от образа себя!
Всегда возвращайся к я!

ЛЮБИ СЕБЯ! ТЕМ БОЛЕЕ ЧТО ЭТО И ТАК ЕСТЬ!:)))

Йа ссцылко на видео) жмякай в меня

Мы воспринимаем информацию через кишечник, а уже мозг обрабатывает её относительно опыта прошлого и той рефлексорики, что уже заведена на подсознание.

Все ()

Как Дух (Безначальный Источник) — он Дух.
Как Отец (Проявленное Сознание) — он Отец.
Как Сын (Индивидуальное Сознание) — он человек.

Три в одном!
То есть, вы не только человек, вы ещё и Сознание, и его Безначальный Источник.

И всё? — это была первая мысль. Андрею смерть показалась знакомой. Он стоял на том же месте, где только что стояло его тело и смотрел как оно падает словно кусок дерева. Вид собственного окровавленного трупа восхищения не вызывал, Андрею лишь захотелось увидеть выражение своего лица — он всегда хотел знать с какой гримасой умрёт. Не хотелось выглядеть жалким. Эх! Так и не успел отписать тело крематорию. Вот никогда не знаешь до какого времени можно откладывать этот вопрос. Почему-то Андрей иррационально верил, что будет жить вечно. Как можно было предположить такую внезапную смерть.
Тело лежало, упёршись лицом в пол и мимику было не рассмотреть. Вообще нелепо — вот так лежать в луже крови, носом упёршись в чей-то палас. Фу. Некрасиво. Злые вы, недобрые. Уйду я от вас.

Читать дальше →

отрывок из второй саги
Жил однажды мудрец Акаша-джа, дваждырожденный брахмана, приверженный дхарме и постоянно погруженный в медитацию, благожелательный ко всем в своем сердце.
Он жил уже очень долго, когда Смерть решила забрать его, подумав: «Только я одна не умираю, и ем всех этих существ! Почему же я до сих пор не съела этого дваждырожденного Акаша-джу? Тут моя сила и решительность пропадают, как будто мой меч ударяется о камень».
Так, решив убить его, она пошла в город, где он жил — те, кто стремятся к цели, не оставляют своих усилий и действий.
Но когда она попыталась войти в его жилище, на ее пути встало огромное пламя, подобное огню, поглощающему вселенную.
Прорвавшись через огромные языки пламени, она вошла в дом и увидела
дваждырожденного. Она долго пыталась схватить его своей рукой,
Но даже сотней рук она не могла схватить брахману, видя его прямо перед собой, как силач бессилен перед человеком, твердо настаивающим на своем. Тогда Смерть пошла к богу Яме, заведующему судьбами смертных, за помощью в решении проблемы, и спросила его: «Молю тебя, великий, скажи мне, почему я не могу забрать этого Акаша-джу?»
Яма ответил:
На самом деле, Смерть, ты никого не можешь убить! Смерть вызывается собственной кармой, результатами собственных действий, и ничем иным.
Потому попробуй узнать карму этого брахманы, которого ты намереваешься погубить, и с ее помощью ты сможешь его съесть.
Тогда Смерть пошла искать карму этого человека, бродя и близко, и далеко, ища в реках и озерах, повсюду во всех направлениях;
В лесах, джунглях и болотах, горах и на берегах океанов, на разных континентах и в чащах, в городах и деревнях; В селах и во всех королевствах, в дальних странах — и так, бродя по всей земле, она нигде не могла найти карму святого человека.
Смерть нигде не смогла найти карму этого Акаша-джи, как мудрый не может
обнаружить существование сына бесплодной женщины, и как никто не может взойти на воображаемую гору.
Снова она вернулась к
Читать дальше →