Я думаю, что у нас здесь — литературный кружок.
Чем мы заняты? Мы мыслим, чувствуем, переживаем — а потом садимся и пишем текст. Или читаем тексты других.
Тексты вызывают эмоции, они комментируются — одни более, другие менее интенсивно. Все зависит от содержания — цепляет или нет.
Мы рады, когда удалось создать текст, который нравится людям; если комментариев мало, мы огорчаемся, что читатель от нас отвернулся.
Мы боремся за читателя, без него мы вянем и усыхаем. Мы ориентированы на успех.
Наши Мастера — это люди, которые пишут наиболее удачные тексты. Можно сказать, члены Союза Писателей. Их тексты не подвергаются критике, но рассматриваются в качестве примеров для подражания.
Кроме того, они учат нас писать. Они дружелюбно (или не очень) указывают нам на неудачные метафоры, корявые пассажи, неправдоподобные описания. Мы стремимся исправиться и пробуем снова — с переменным успехом.
Конечно, мы надеемся, что и нас когда-нибудь примут в Союз.
О чем же мы пишем?
Как и все начинающие литераторы, мы пишем — о себе.
Наша собственная персона, наш опыт, наши мысли и чувства поставляют материал, из которого ткутся всевозможные пестрые истории.
Будучи по натуре людьми скромными, мы как правило отрицаем этот очевидный факт вплоть до отрицания самого авторства. Мы пытаемся убедить себя и других, что наши тексты возникают иным способом, и речь в них идет о вымышленных персонажах.
Словом, мы ведем себя так, как и подобает приличным сочинителям.
В наших текстах раскрывается целый мир в причудливейших красках и деталях. Нигде, кроме наших строк, этого мира не существует, — потому-то нам так интересно в нем блуждать. Не менее интересно заглядывать в чужие миры — ведь сколько нас, столько и вселенных!
Подобно Гомеру, Достоевскому и Шекспиру, мы творим реальность — как умеем, в силу литературных способностей, привычек и, конечно, дара воображения.
В этих литературных мирах предостаточно драм и тупиков — иначе наши рассказы не были бы столь интересных. Какая разница,
Читать дальше →

Когда капля воды растворяется в море и когда пылинка падает в землю, то капля уже море и пылинка уже земля…

«Однажды ученик сказал своему гуру, что собирается уединиться в спокойном месте, с тем чтобы заняться медитацией и, возможно, обрести просветление. Раз в полгода он извещал учителя о том, как идут дела.

В первом письме ученик написал: «Теперь я понимаю, что значит утратить себя». Гуру разорвал письмо и выбросил его в мусор. Во втором послании говорилось: «Теперь я чувствую все живое на земле». Эту записку постигла та же участь, что и первую. «Теперь я постиг тайну одного и многих», — было написано в третьей записке; учитель порвал и ее.

Через несколько лет письма от ученика перестали приходить. В конце концов учителя разобрало любопытство, и он попросил направлявшегося в дальние края путника разузнать, что случилось с запропастившимся учеником. Через какое-то время гуру опять получил письмо.

Там был лишь один вопрос: «Что это значит?»

И гуру воскликнул: «У него получилось! У него получилось! Наконец-то у него получилось! Наконец он нашел!»

Мозаика слов сложится
Сказка из снов вспомнится
Оптом или в розницу
Ты или я
Улыбка надета печальная
Маской скривилось отчаяние
Завтра или вчера
Случилось прощание
Крещением
Кисть акварелью движется
Новый рассвет близится
мир на любви выживет
и иже с ним
ты или я призраки
тенью мелькнем изредка
памятью предков издревна
слово живое Твоё

Маленькая птичка подходит к гусям, которые собираются лететь на зимовку, и начинает ныть: — Вот вам хорошо, вы на юг летите, а я тут остаюсь, тут холодно, я замёрзну и умру. Гуси её успокаивают: — Да не переживай ты так, птицы твоего семейства хорошо переносят холод. — Другие хорошо, а я слишком маленькая, я замёрзну! — Ну полетели с нами. — Вы большие, а я по пути устану не долечу. — Устанешь — кто-нибудь тебя на спину к себе возьмёт, ты же лёгкая. — На спине страшно. — Значит, будем чаще делать остановки, чтобы ты перевела дух. — А вы вот жирок накопили, а у меня нет жирка, я умру от голода по дороге. — Не умрёшь — мы наловим тебе жучков и червячков. — А вдруг там, куда мы полетим, не такие жучки-червячки — я поем, отравлюсь и умру! Тут в разговор вмешался главный гусь: — Так. Нахуй.

Сарипутта пришёл к Будде. Он много медитировал, и к нему стали приходить разные видения, как это случается со всеми, кто входит в состояние медитации. Он начал видеть ангелов, богов, демонов. Они были очень реальными.
Но Будда сказал:
— Это всё ничто — просто мечты.
— Но они такие реальные! — пытался возражать Сарипутта.
Тогда Будда сказал:
— Сейчас, когда твоё внимание сфокусировано на видениях, мечта становится реальностью, а реальность — мечтой. Когда исчезнет эта двойственность, проявится реальность как она есть!

А Вам никогда не приходило в голову, что некоторые слова и понятия – это ментальные ловушки? Мы используем их по инерции или из невозможности подобрать замену, а они просто сбивают с толку с печальными последствиями. Вот несколько примеров:
ПРОСВЕТЛЕНИЕ: многие люди, в том числе и я, считают, что речь идет о некоем мощном психическом феномене, некоей «вспышке понимания», сотрясающей все человеческое существо, после которой начинается «новая жизнь», полная всего самого светлого. А так ли это? Почему именно так принято считать? Загадка. Но эта «загадочная» модель порождает с необходимостью представление о соответствующей цели. Так начинается бесконечная беготня за состояниями, которые приходят и уходят. Всему виной – слепая вера в превратно понятое значение одного-единственного слова. Опасная психолингвистика.
ПОИСК: еще одно слово-паразит. Кто вообще сказал, что надо что-то искать? Ведь поиск предусматривает как минимум (кроме Ищущего) конкретный Объект, доступный в ощущениях и восприятиях. И вот мы все усердно чего-то ищем, хотя слово-паразит не указывает вообще ни на какой Объект поиска. То, что подразумевается под словом «поиск», никаким боком не касается лингвистического значения этого слова. А мы все равно ищем и ищем…
ПУТЬ: слово-паразит с тысячелетним стажем. Подразумевает некое условное перемещение из пункта А в пункт Б в не менее условном пространстве. Суггерирует идеи роста, становления, изменения, достижения, приписываемые, конечно, «Путнику». Стоит лишь поверить в магию этого слова, и начнется бесконечное достигаторство. А всего-то навсего четыре буквы…
УМ: букв вдвое меньше, зато недоразумений не оберешься. Достаточно трезво спросить себя, что за таинственный объект кроется за этим словом, и непоняток хватит на целый вечер.
Я: полная и окончательная засада. Слово до боли родное, а что оно означает? Тут ведь не надо полжизни в пещере сидеть, достаточно просто трезво поинтересоваться: а что, собственно, означает СЛОВО «я»? Конкретно, как на уроке
Читать дальше →

В: Сэр, что произойдет после смерти?

У. Г.: Все вопросы о смерти бессмысленны – а особенно для такого молодого человека, как ты. Ты еще и не жил в своей жизни. Почему ты задаешь этот глупый вопрос? Почему он тебя интересует? Человеку, который живет, некогда задавать такой вопрос. Только человек, который не живет, спрашивает: «Что произойдет после моей смерти?» Ты не живешь. Сначала проживи свою жизнь, а когда придет время…
Ничего не произойдет. Нет такой вещи, как смерть. Что, по твоему, умрет? Что? Это тело распадается на составляющие элементы, так что ничего не теряется. Если его сжечь, пепел удобрит почву и будет способствовать прорастанию. Если его похоронить, им будут питаться черви.Одна форма жизни питается другой формой жизни и таким образом обеспечивается продолжение жизни. Так что жизнь бессмертна.
Однако это не поможет тому, кто пойман в сети страха смерти. В конце концов, «смерть» – это страх, страх того, что чему то придет конец. «Ты», каким ты себя знаешь, каким ты себя ощущаешь, не хочет прекращаться. Но оно также знает, что это тело однажды упадет замертво, так же как другие – ты испытываешь смерть других, – и это пугающая ситуация, потому что ты не уверен, продолжит ли оно (твое «я») свое существование, если это (тело) уйдет. И тогда оно создает проекцию (жизни после смерти). Это становится самым важным – знать, есть ли жизнь после смерти или нет. Его создает страх, так что когда исчезает страх, исчезает и вопрос о смерти.
Ты не можешь испытать свою собственную смерть. Вот почему я иногда говорю людям, очень сильно заинтересованным в мокше, освобождении, что каждый из вас, все вы достигнете мокши перед самой смертью.
(смех) Но можете быть уверены, что тогда будет уже слишком поздно: тело обессилено и не может восстановить себя. Эта смерть может случиться с тобой сейчас – это то, что происходит сейчас.
У тебя нет никакой возможности знать что нибудь о твоей смерти, ни сейчас, ни в конце так называемой жизни. Если знание, непрерывность знания,
Читать дальше →

Многие люди пресыщены жизненным опытом и ЗНАНИЕМ. Знание в гипер-избытке. Получается некий гипевитаминоз знаниями. Но это ладно. Не совсем ладно то, что они продолжают страдать и искать себя всё там же в Знании и посредством Знания. А это только добавляет утомленности и очередного переизбытка Знаниями, от которого их уже тошнит и тошнит. Они переполненны и еще пытаются наполниться.
Читать дальше →

11